спросил Коинт. Ответом ему было испуганное ржание проснувшихся лошадей. Двух Бык успел схватить за поводья, одна ринулась к двери, и её хотел было поймать скелет, но та встала на дыбы, и, едва не раскроив мертвецу череп, с выпученными глазами принялась молотить копытами по воздуху. Четвертая, задев Фирмоса, удрала к дальней стене и принялась кружить там, мечась из одного угла к другому, словно её окружило пламя.
На крыше что-то загрохотало. Подгнившие доски прогнулись, и одна балка, не выдержав, треснула и обвалилась.
— В сторону! — крикнул Коинт, отскакивая и растягиваясь на полу. Магический огонек погас, и склад погрузился в пепельный полумрак. За балкой вниз низверглись потоки песка, доски и что-то ещё, протянувшееся черной змеей на фоне серого сумрака. Коинт приподнялся, встал на одно колено, но тут же получил по спине удар такой силы, что выронил меч и, перекувыркнувшись в воздухе, рухнул лицом в песок. Низкий гортанный рык разнесся над головой, перекрыв ржание лошадей и короткий, пронзительный вскрик.
— Пригнитесь! — заорал Фирмос откуда-то слева. Коинт, выплевывая песок, перекатился на спину и в свете магической вспышки, озарившей их укрытие, увидел огромного черного зверя, мощными задними лапами отталкивающегося от пола, а передними цепляющегося за края дыры в крыше. Прыжок — и над длинным, изгибающимся телом распахнулись крылья, рассекшие потоки песка. Вспышка угасла, доиграв прощальным высверком на шкуре чудовища. Ржание лошади и женский крик потонули в грохоте досок и скрежете песка.
Коинт застыл, прикрывая лицо рукой и не сводя глаз с дыры на потолке. Вопль чародела вернул ему мысли.
— Быстрее, сюда! — во тьме замерцал синим магический купол. Фирмос, бледный и растерянный, стоял в центре круга и махал руками. Коинт поднялся, сплюнул песок и, перемахнув через балку, ввалился под покров. Вытерев лицо, он огляделся. Песок сыпался вниз из огромной дыры на потолке. Бык, рыча и плюясь, втащил в круг одну лошадь, морду которой обвязал походным одеялом.
— Что это было? — Коинт свел брови и глянул на Фирмоса, потом на пыхтящего Быка. — Где Патриция и лошади? Где этот философствующий мертвец?!
— Я здесь.
Коинт обернулся и с трудом сдержался, чтобы не отступить назад. Скелет, оставшись за пределами магического купола, замер точно позади него и протягивал ему меч рукоятью вперед.
— Оборонили.
— Благодарю, — процедил Коинт, хватая оружие. — Где воин Скорпиона?
— Он её унес, — простонал Фирмос, потирая плечо. — И либо Тринадцатый бог существует, либо я только что видел живого дракона!
— Дракона?! — Коинт обернулся к чароделу. — Какого, к демонам, дракона?! Что это за чудище? Очередной выродок?
— Угадали, — щелкнул скелет, и Коинт снова посмотрел на него. — Отпрыск сильной ведьмы. А отец его — сам Двенадцатый бог.
— Этот ваш божественный выродок унес лошадь и Патрицию, — фыркнул Фирмос. — Зачем, спрашивается?
— У всех живых потребности одинаковы. Ему всего лишь хочется есть и женщину, — скелет дернул тощими плечами. — И нам лучше уйти. Раз он нашел здесь еду, он вернется.
— Эту тварь привел ты? — Коинт поднял меч.
— Нет. Я понятия не имею, как он вас учуял. Лошадей ли, женщину ли… — скелет щелкнул. — К слову, если вы решите спасать свою спутницу, то, скорее всего, сможете убить двух зайцев. В замке его матери хранятся неплохие луки.
— Ты водишь нас за нос! — рявкнул Коинт, теряя терпение. — Ты! Ты, проклятое отродье, натравил на нас это чудище!
— Слава двенадцати богам, не имею с ним ничего общего, — скелет запрокинул череп. — Буря стихает. Вам нужна эта женщина или отправимся в Риеннар без неё?
Скорпион
Патриция, не открывая глаза, прислушалась, стараясь дышать ровно, как если бы продолжала пребывать в беспамятстве. Казалось, вокруг не было ни души. Тишину бередил только легкий шорох, будто слабый ветер шевелил сухую листву. Патриция вздохнула и, осторожно приподнявшись на руках, огляделась. Комната, в которой она очутилась, походила на тюремную камеру — темно-серые каменные стены, маленькое окошко под потолком, сухая трава на полу, аромат которой добавляла горечи в тяжелый, спертый воздух. У двери, в нише, светила масляная лампа.
Патриция нащупала рукоять лежащего рядом меча и, схватив клинок, не без труда поднялась на ноги. Оружие у неё не забрали, из чего следовало, что либо оно не представляло опасности для хозяев, либо она не была пленницей. Взяв лампу за изогнутую ручку, Патриция ногой толкнула дверь. Визг ржавых петель походил на крики заключенных в пыточной. Женщина поморщилась. Резкий звук вернул головную боль.
Скользнув в коридор, Патриция подняла лампу и снова огляделась. Вокруг маленького конуса света царила сплошная тьма. Патриция прислушалась — справа, где-то в отдалении, завывал ветер, но его дуновений она не чувствовала.
— Хочешь уйти? — прошептал кто-то у самого уха, дыханием коснувшись шеи. Патриция вскинула меч, резко развернулась, но тьма вокруг оставалась неподвижной. Держа оружие наготове, воин Скорпиона шагнула вперед и повела лампой.
— Кто здесь?
— Ищешь меня? — шепот шорохом сухой травы пронесся по коридору.
Патриция напряглась. Она помнила то чудовище, что, проломив потолок, свалилась ей на голову. Дракон вряд ли мог поместиться в узком коридоре, но сбрасывать со счетов магию не стоило.
— Где ты? — спросила Патриция, приподнимая лампу. — Выйди на свет.
Она даже не успела вздохнуть, как кто-то, подойдя со спины, обхватил её руками за грудь и талию и с силой прижал к себе. Патриции показалось, что хрустнули ребра. Запрокинув голову, она попыталась ударить противника затылком в лицо, но тот занял выгодную позицию. Меч, а вслед за ним и лампа, упали на пол. Патриция дергалась, как зверек в силках, а незнакомец и не думал ослаблять хватку. Рука, что лежала на талии, скользнула под пояс. Пальцы, горячие даже через рубашку, коснулись живота.
— Какая сильная, — прошептал незнакомец ей на ухо. — Значит, хочешь меня увидеть?
Хватка ослабла. Скрывающееся во тьме существо отбросило пленницу в сторону, словно куклу. Патриция с размаху ударилась лицом о дверь и едва не потеряла сознание. Царапая ногтями дерево, она удержалась на ногах и хотела было обернуться, но вновь оказалась в нечеловечески сильных руках. Незнакомец, оттащив её назад, распахнул дверь и зашвырнул в комнату.
Патриция упала на бок, поджала колени к груди и выхватила спрятанный за голенищем сапога кинжал. Собрав себя за один вдох, она перекатилась на спину и рывком поднялась, в этот раз готовая к атаке, но незнакомец замер в дверях. Лампа вспыхнула, осветив лицо смотревшего на неё человека. Это был молодой мужчина, светловолосый, кудрявый, голубоглазый. Слишком правильный, слишком красивый для выродка.
Он улыбнулся.
— Я удовлетворил твое любопытство, дева?
— Что тебе от меня
