фуражку, Шперрер, хлопнув дверями и удалился.
Вальтер Шперрер знал, что полковник Векманн, вновь будет не в восторге, увидев его в таком виде, но приказ есть приказ. Шперрер должен был разбиться вдрызг, но явиться к начальнику штаба в любом состоянии. В девятой армии, он был дважды кавалером железного креста и слыл не только любителем хорошего шнапса, но и исполнительным офицером в ведомстве адмирала Канариса. Шперрер знал, что полковник Векманн не будет домогаться его с расспросами. Он, скорее всего, даже закроет глаза на офицера, который имел право таким образом расслабляться, после службы. Ему, вернувшемуся с наряда, по уставу было положено отдыхать целых двенадцать часов. Поэтому полковник Векманн, был просто обязан простить майору, его проступок, словно он был не штабистом вермахта, а лютеранским капелланом.
Около часа господина майора не было дома. За это время Мартин успел немного вздремнуть, оставаясь одним ухом на «боевом посту». Двери в дом со скрипом открылись. С порога, ругаясь последними словами, майор ворвался в квартиру. Он на ходу расстегнул портупею, которую с каким–то остервенением швырнул, на спинку стула. От такого броска, стул закачался, и не удержав равновесие упал. Грохот прокатился по всему дому. В тот миг даже спящий берлинский гость проснулся, и вскочил с кровати.
– Это что было, –крикнул барон.
– К черту, к черту Генрих! К черту всю эту войну! Векманн дерьмо собачье!
– Что, случилось, Вальтер? –вновь спросил полковник.
– Кто я? –спросил майор барона. –Я разведчик –или я, похож на убийцу….
– Что случилось, –спросил полковник, закуривая….
– Да, я солдат –Генрих – я солдат! Я офицер! Я разведчик, а не чертов палач! Пусть эта проклятая война, заканчивается без меня! Лучше сдохнуть рядовым в дисциплинарном батальоне, чем заниматься утилизацией.
– Успокойся! Расскажи, что случилось, –сказал барон, увидев возбужденное состояние друга.
– Это Генрих, твоя –твоя сраная директива, из Берлина! Мне только, что полковник Векманн сунул в руки приказ на службу. Завтра выдвигаемся в сторону лагеря военнопленных мне приказано сформировать из пленных первую рабочую роту.
– Так, и чем ты, не доволен? Это же наша работа! Не вижу ничего, что могло бы так испортить тебе нервы, – спокойно сказал барон, пуская дым.
– Генрих, а ты знаешь, что после выполнения задачи, написано в приказе?
– Нет не знаю…. –Русские в виду сохранения секретности операции подлежат уничтожению?! Нам приказано расстрелять их, как свиней, – прокричал возбужденный майор. –Я Вальтер Шперрер! Я немецкий офицер «Абвера»! Я Генрих, не палач! Наша задача воевать с умным врагом, а не заниматься работой, которую обязаны исполнять СС, –заорал майор.
За время службы в вермахте Шперрер честью и правдой служил Германии и фюреру. Он как истинный немецкий офицер, считал ниже своего достоинства воевать с пленными и старался всегда исполнять требования одиннадцатого параграфа второго раздела женевской конвенции.
Вынув из коробки сигару майор, откусил кончик, и с какой–то неистовой жадностью закурил, пуская клубы табачного дыма. –Ты же знаешь старина, я потомственный офицер. Мой отец погиб в России под крепостью Осовец во время второго штурма в марте 1915 года. Он был настоящим солдатом, который умел и родину защитить и сына родить! Я Генрих, такой же как он солдат! Мы Шперреры никогда не были палачами, и не будем ими никогда.
– Я смотрю камарад, на восточном фронте ты стал очень сентиментальным. Не стоит торопить время. Давай лучше будем ужинать и думать о том, как выполнить приказ адмирала. Ставку не волнует абсолютно, кто будет это делать и каким способом, ведь именно от этой операции зависит сколько жизней мы спасем, когда наши парни двинутся на Кавказ.
Вальтер, держа в зубах сигару, стал расхаживать по комнате в зад и перед, стараясь вернуть свои нервы в состояние умиротворения. Весть о том, что ему придется участвовать в экзекуциях пленных, вывела его из себя, и ему было трудно смириться с подобной постановкой вопроса. Достав из кармана мундира лист бумаги, он вновь и вновь принялся перечитывать его, стараясь найти хоть какую–то зацепку для его отмены через управление военной юстиции:
– Короче Генрих, не бери это в голову. Я завтра доложу об этом командующему и он отменит приказ Векманна.
У нас к вечеру должно быть все готово для приема грузов. Необходимо заранее оборудовать в здании пакгауза складские помещения Организовать посты охранения.
Глава двенадцатая
Золотой эшелон
…. и пришло утро….
– Внимание группа–общий сбор, –прокричал на всю казарму дежурный.
– Камарады, выходи строиться….
Через несколько минут двести девятая группа «Пехфогель», громыхая коваными сапогами, выстроилась во дворе солдатского магазина, второй этаж которого служила казармой и штаб –квартирой майора Шперрера. Лейтенант Лютц, заместитель командира группы, майора Вальтера Шперрера, построив подразделение, скомандовал:
– Группа становись! Смирно! Солдаты, выполнив приказ, замерли, и в шеренгах наступила тишина. Взяв руку под козырек, строевым шагом лейтенант подошел к полковнику, и, по уставу спросил:
– Господин полковник, разрешите доложить майору Шперреру, о готовности подразделения к выполнению задачи.
– Докладывайте лейтенант, –сказал полковник Риттер. Лейтенант повернулся к Шерреру, и вытянувшись по стойке смирно, отрапортовал:
– Господин майор, вверенное мне специальное подразделение «Пехфогель», в количестве разведывательно –диверсионной роты, взвода связи и моторизированного пулемётного взвода, построено! Докладывал лейтенант Лютц!
Майор приняв доклад, выдержав паузу и сказал:
– Вольно! –Вольно, –продублировал команду лейтенант, и разведчики расслабились.
– Парни! Солдаты великой Германии! –ставкой верховного главнокомандующего, отдан приказ: в связи с крупной наступательной операцией, на Москву, на данном участке фронта, нам поручена особая миссия, о которой вам расскажет офицер особых поручений полковник Риттер: Полковник встал перед строем и сказал:
– Солдаты, здесь на этом участке фронта предстоит большая работа. В преддверии летней наступательной кампании нам необходимо подготовиться к мероприятиям оговоренных в приказе оперативного отдела ставки. Приказ будет доведен вам командирами взводов и групп специального назначения. Приказываю: с сегодняшнего дня обеспечить скрытое передвижение специальных подразделений на всем рубеже нашей подконтрольной территории от Ржева до Орла и обратно. По плану ставки, нам предстоит создать у противника иллюзию массовой переброски войск с южного направления в центр. Во время выполнения поставленной задачи в прямое боевое столкновение с противником не вступать избегая прямого огневого контакта. Приказываю: командирам подгрупп строжайшим образом, пресекать любые «демаскирующие» действия, со стороны личного состава, и непременно наказывать нарушителей режима секретности! Колоннам начать движение ровно в 21 час, местного времени, а пока всем вольно!
– Вольно, разойтись! –прокричал лейтенант. –Всем командирам младшего звена, собраться для озвучивания приказа в расположении штаба через три минуты. Через несколько минут командиры специальных групп и диверсионно –разведывательных рот собрались на втором этаже.
– Господа офицеры и унтер –офицеры! На следуемом участке пути, необходимо соблюдать строжайшую скрытность передвижения колонны. Соблюдаем режим полного радиомолчания. Все
