они советские, – сказала Керстин. –Какой Кельн?
– Какая разница кто ты лютеранка, христианка или протестантка. Примешь православие и пойдешь замуж за своего Алекса. А потом мы все уедем в Кельн….
– Ладно–время покажет, и расставит все на свои места.
– А я не хочу в эту Россию. Там же кругом радиация и холодно, как на северном полюсе.
– С чего ты взяла, –спросила Керстин.
– Ты что черепаха забыла? Там же какой–то Чернобыль взорвался….
Глава четырнадцатая
Первый шаг
Еще за час до того, как кремлевские куранты возвестят о наступлении нового года по московскому времени, родители Виталия деликатно удалились в ресторан, который находился в «ГДО» в ста метрах от дома. Камень упал с плеч Демидова, и на почве наступившего облегчения он вышел на лестницу, чтобы покурить. Не успев выкурить сигарету, он услышал, как, Русаков поднялся по лестнице на третий этаж в мансарду.
– Что ты дышишь, будто марафон бежал, –спросил Виталий, и затушил окурок в консервной банке.
– Что –что, старики семь минут назад в ресторан свалили! Я на велик, и сразу к тебе. Возле офицерской столовой через забор, да в кусты с акацией влетел–чуть не убился, –сказал Русаков, отдышавшись. Виталий поставил банку в нишу где стоял электрический счетчик и сказал с долей сарказма:
– Здравствуй попа новый год! У меня все готово. Матушка с закуской помогла, а выпивон я еще днем в Цоссене купил. Старики просили со спиртным не злоупотреблять, а больше налегать на закуску.
– Будем налегать на девок, а пожрать и завтра можно! Глянь, что у меня есть, – сказал Русаков, расстегивая сумку.
Виталий заглянул во внутрь, и увидел на дне знакомые каждому офицерскому чаду предметы войсковой имитации.
– Это что, –спросил он.
– Что–что! Восемь взрыв-пакетов, Четыре сигнальных ракеты зеленого огня и четыре красного. А еще во –ИМ–85.
– А «ИМ» –это что за хрень такая, –спросил Виталий, рассматривая картонный тубус.
– ИМ–85, –это камарад, зверь! Это адская машина! Это имитационный патрон! Он имитирует взрыв восьмидесяти пяти миллиметрового артиллерийского снаряда.
Виталий взяв в руки картонный цилиндр длинной сантиметров тридцать и толщиной не мене восьми сантиметров и подбросив в руке, присвистнул.
– Это что –типа такой грос взры-впакет?
– Нет, майне камарад, это типа кляйне «бомба». Кино про войну любишь?
– Ну…. –Взрывы в кине видел, –спросил Русаков. –Ну видел, –ответил Демидов.
– Вот это и есть тот имитационный патрон, который делает большой бах. Здесь грамм триста мелкодисперсного тола, стружка магния и нафталин.
– Нафталин, уже на хрена, чтобы моль толом не полакомилась, –засмеялся Виталий.
– Ну типа это у тебя такая шутка, –спросил Русаков, пряча «бомбу» в сумку.
– Нафталин брат, нужен для черного дыма и красного огня в момент взрыва. Для натуральности эффекта.
– Слышь химик, или как тебя там –а откуда ты это все знаешь? Ты же ученик девятого класса, а не диверсант из главного разведывательного управления, – спросил Виталий.
– Я у нашего соседа наставление по инженерно –саперному делу спер. Оно ему все равно не нужно, а для меня любимое учебное пособие.
– А это все откуда, –спросил Виталий, кивая в сторону взрыв-пакетов.
– А, это я на спирт выменял, у солдат – виз шестьдесят девятого полка. У саперов. У них в каптерках этой фигни, как грязи.
– Ты, что дурак! Какой на хрен спирт!?
– Какой–какой, ротаторный, –ответил спокойно Русаков.–Они тоже люди и тоже хотят встретить новый год. По ценам школьного рынка, здесь примерно пиротехники марок на триста, А может и больше. Ты же сам говорил мне, что литр ротаторного спирта стоит всего шесть марок пятьдесят пфеннигов, а это если перевести на водку, то пять бутылок первоклассного шнапса по цене тринадцать марок пятьдесят пфеннигов.
– Саша, я думал ты умный мальчик, а ты дебил! Они же отравятся! Ты что не видел, что на бутылке нарисован череп с костями, и ясно написано «Gift –Lebensgefahr».
– Ты Виталик, не паникуй. Немцу поверить – себя обмануть! Ни кто этим спиртом не отравится, кроме глупых фрицев. Ты же сам мне говорил, что твой папик любит в обед перед борщом, грамм сто для аппетита употребить. Ты же сам говорил, что у него язва и ничего –он как Ленин –живее всех живых! Я между прочим спирт этот паяльником проверял.
Виталий посмотрел на Сашку глазами полными удивления, и недоуменно спросил:
– Паяльник то здесь причем?
– Да Демидов–ты дремуч, словно сибирская тайга! Чему тебя только советская школа учит!? После каникул рекомендую тебе взяться за учебу. Посоветую Татьяне Ивановне усилить в отношении тебя требования по химии. Жало паяльника Виталик, состоит из чистой меди, и при нагревании с последующим опусканием её в этиловый спирт, образуется уксусный ангидрид. Выделяются пары со стойким запахом уксуса. А что следует за тем – если спирт пахнет уксусом? Правильно Демидов – это именно тот спирт, который можно пить в свое удовольствие.
– Черт–откуда ты все это знаешь, –спросил удивленно Виталий, почесывая затылок.
– Я брат, хочу в военное училище поступать. Буду сапером–подрывником! Очень обожаю я химию и это дело…. Виталий включил магнитофон, и накинув на стол скатерть, принялся сервировать стол различной снедью, от селедки под шубой до бутербродов с красной икрой. Достав из загашника две бутылки советского шампанского и бутылку абрикосового ликера, он показал Русакову напитки.
– Вот глянь, что мы имеем в своем активе: советское шампанское –две штуки.
– Куртка замшевый –две штуки, кинокамера –две штуки! Магнитофон импортный две штуки, –сказал Русаков, вспомнив комедию Гайдая.
– Типа так мы шутим?
– Типа да, –ответил Русаков.
– А это у нас «априкот бренди» на тот случай если камрадки от шампанского до кондиции не дойдут. Вишневый ликер весь раскупили. Я как–то на днях пробовал –вкусная штука, –сказал Виталий, –тридцать пять градусов.
– А больше нам и не надо, –ответил Русаков. –Главное чтобы камрадки наклюкались, а там и до настоящего дела дойдет. Я слышал, как мужики в таком случае говорят….
– Ну и как же….
– Пьяная баба «звезде» не хозяйка….
Виталий засмеялся, и глянул на часы. До нового года по московскому времени оставались считанные минуты.
– Слышь, «Химик» хренов –пора уже! Смотри, без десяти десять! Наши камрадки уже, наверное, нас на КПП ждут, они же пунктуальные до мозга костей. Русаков сунул взрыв- пакеты по карманам, ракеты за пояс и надев куртку, сказал:
– Ну что –я готов! Нам татарам равнобедренно, что Крым, что крематорий….
– Причем тут Крым, –спросил Виталий.
– Так и в Крыму и в крематории очень жарко….
Виталий засмеялся, и накинув на себя куртку не закрывая двери, покинул квартиру. Несмотря на новый год, снега еще не было. Влажный морозный воздух был неприятен и уже через пять минут пребывания на улице озноб начинал пробирать до самых костей. Где–то
