него живой и невредимой…
Друзья мигом замолчали.
– Мне удалось вызвать духа темного морока, Ярослава, подтверди, это раз, – Катя загнула один палец. – По моей команде этот дух принялся меня защищать, это два, Ярушка тоже это видела, – и она загнула второй палец, – и у него это получилось, это три. Наконец, может, хватит со мной нянькаться, как с маленькой девочкой, может, уже будем решать проблемы сообща? Это, кстати, четыре. – Она сложила руки на груди, совсем так, как делала ее мама, когда сердилась, и уставилась на своих друзей, переводя строгий взгляд с одного удивленного лица на другое.
Ребята в самом деле привыкли думать о ней как о человеке, о котором надо постоянно заботиться, за которого надо принимать решения, а она, выходит, все время позволяла это. Но что-то для нее открылось за последние несколько часов. Впервые в жизни она почувствовала силу и желание что-то решать самой и, что, наверное, самое главное, отвечать за свои действия. Может, вот так, за несколько часов, она стала взрослой?..
– Ты уверена?
– Абсолютно, – отрезала Катя.
– Что ж, хорошо, коли ты так настроена, – поддержала Енисея, в ее голосе чувствовалось облегчение, – на самом деле я тоже думаю, что ты справишься.
Она подошла к Кате, положила ей горячие ладони на плечи, заглянула в глаза.
– Значит, так, – сказала она, – переход – это лаз, соединяющий две точки в пространстве. Так как любой переход происходит под властью темного морока, то на него не действуют природные силы: время, расстояние и скорость изменяются – и ты оказываешься как бы вне настоящего. Когда мы это изучали в Аркаиме, нам подсказали сказку о Хаврошечке, которая проходила из одного уха волшебной коровы в другое. Поэтому часто переход называют Велесово ухо или игольное ушко.
– То есть мне надо пролезть в игольное ушко? – уточнила Катя.
– По сути – да.
– У нас это называют кротовья нора, – усмехнулась Катя, – но про игольное ушко мне больше нравится. Еще вспомнила: все равно что верблюду пролезть в игольное ушко. Так что мне надо делать, чтобы пройти через это ушко?
– Во-первых, – серьезно подхватила Ярослава, – надо научиться представлять пространство как лоскутное одеяло. Переход – иголка, ты – нитка. И ты должна две части этого одеяла прошить иголкой с ниткой. Как только у тебя это получится, ты сможешь мгновенно перемещаться. А живая вода в купели должна помочь, так что стоять надо где-то рядом с ней.
Катя призадумалась.
Образное мышление у нее было развито неплохо. Она живо представила себе карту России как огромное лоскутное одеяло, мысленно сложила вместе две точки – древний город Александрию (а он находился аккурат там, где стоят Красноярские столбы) и Аркаим. Исходя из того, что Александрия – это место, где они находятся в настоящем, а Аркаим – древний город, откопанный в Челябинской области,[8] она мысленно взяла в руки толстую штопальную иглу и представила, как она будет сейчас эти две точки сшивать…
Раздался странный звук, похожий на бульканье.
Словно в воду бросили тяжелый булыжник.
Пространство вокруг дрогнуло и потемнело. Внезапно воздух стал тяжелым и давящим. Клубы темного дыма окружили ребят, проникая все глубже в легкие и застилая широко распахнутые от удивления глаза.
– Это что происходит-то? – в панике воскликнула Ярослава. Енисея и Олеб переглянулись, и тот мгновенно бросил Кате под ноги обломок щепки, которой несколько минут назад чертил на пыльном полу карту перехода. Пространство вокруг еще раз дрогнуло и замерло. Стихли звуки, исчезли цвета и запахи. Ребята оказались в центре широкого коридора.
– Что происходит? – недоумевали ребята.
– Это вы с Енисеей устроили? Хоть бы предупредили! – возмущался Истр, а Енисея, Ярослава и Олеб пристально следили за Катей.
Та все еще стояла с закрытыми глазами, слегка разведя в стороны руки, так, будто собиралась обнять кого-то невидимого. Она не двигалась, словно заснула в таком неудобном положении.
– Катя-я-я, – тихонько позвала Ярослава, – ты не уснула?
Катя открыла глаза.
– С чего это я должна спать? – она огляделась по сторонам и, казалось, немного смутилась. – А где это мы находимся?
– А вот и нам это хотелось бы знать, – съехидничал Истр, выражая, конечно, общее мнение.
– Ты нас куда затащила-то? – медленно чеканя слова, спросила Енисея тоном директора школы. – Ты хоть сама поняла, что произошло?
Катя покачала головой. Все на нее смотрели, будто ждали объяснений. А что она сделала не так, она никак не могла понять. Единственное, что было абсолютно очевидно, – она снова находилась в переходе. Только при чем тут она?
– А что случилось? – Катя шумно сглотнула. Истр хохотнул и с восклицанием: «Ах ты ж рыбий хвост!» – плюхнулся на пол.
– Этот переход сделала ты, – Енисея не спрашивала, она утверждала. Ярослава подошла ближе к подруге на случай, если за нее придется вступаться. – И я хотела бы знать, куда он приведет.
– Я понятия не имею, о чем ты говоришь, – покачала головой Катя, – я никаких переходов не делала. Это точно.
– Вот влипли… – сокрушенно пробормотал Олеб и плюхнулся рядом с товарищем. – И чего теперь делать будем? Есть идеи?
Вопрос повис в воздухе. Но постепенно до Кати начинал доходить смысл произошедшего.
Получалось, что ребята оказались в переходе, невольно ею выстроенном, без знания местности, законов построения перехода. Теперь при выходе из выстроенного ее неумелыми руками коридора они легко могли оказаться на другом конце света, или на дне океана, или в кратере вулкана, в общем, в любом самом неподходящем месте.
– Ты скажи, о чем ты думала, когда переход представляла, – Ярослава взяла Катю за обе руки и, развернув к себе, заглянула в ее испуганные глаза. Кажется, она осталась единственной, кто пытался сохранить спокойствие и самообладание.
– Да ничего такого не делала. Я представила карту России, поставила на ней две точки: Александрию и Аркаим, – взяла мысленно в руки иголку – и р-раз!
И тут же пространство вокруг опять дрогнуло. Ребята хором закричали, чтобы Катя замолчала, но было уже поздно: перед ними открылся широкий просвет, затянутый тонкой, но плотной пленкой, похожей на ртуть. Еще через мгновение пленка натянулась, как пузырь, и со свистом лопнула.
В пространство перехода хлынул поток свежего теплого воздуха, щедро приправленного ароматом горьких трав, и сероватая дымка морока мгновенно растаяла, оставив ребят стоять на краю скалы, на небольшом, метра три в диаметре, пятачке, заваленном камнями. Перед ними раскинулась бескрайняя долина.
– Уф, – с облегчением выдохнули одновременно Истр и Ярослава, – удачненько выскочили!
– А как мы отсюда спускаться будем? – поинтересовалась Катя, взглянув на отвесную скалу у них за спиной и довольно
