— Мне это не нравится, — сказал Макс.
— Я и не надеялся, — вздохнул Куин и опасливо поглядел на собеседника. — Слушай, мы оба знаем про импульсивность Морган. Я довел ее до сумасшествия, и она решила высказать все, что думает по этому поводу. И ей хватило ума догадаться о цели моего наблюдения и ярости, чтобы взобраться по той пожарной лестнице.
— Это я знаю, Алекс. — Макс слегка пошевелил плечами, что выдало его напряжение. — Что я не знаю, и о чем ты уклончиво отмалчиваешься, что Паслен делал на той пожарной лестнице. Если это был он, конечно.
Мужчины стояли на открытом месте в галерее возле выставки «Тайны прошлого» и разговаривали приглушенными голосами, чтобы никто не мог подслушать. Нельзя сказать, что Куин с нетерпением ожидал этого разговора, но понимал, что избежать вопросов в самое ближайшее время не удастся. Макс был слишком умен, чтобы пропустить вчерашнее происшествие.
— Разве Джаред не объяснил? — как можно небрежнее спросил Куин.
— Нет. Он сказал, что ты был слишком расстроен для серьезного разговора вчера ночью, когда он пришел тебе на выручку. Мне показалось, у него у самого есть к тебе пара вопросов.
Куина едва не передернуло.
«Скорее всего, сейчас у Джареда есть много вопросов, — подумал Куин, вспомнив сказанное ночью. — Возможно, он уже меня подозревает и появился потому, что искал меня».
Впервые в карьере он настолько был выбит из колеи криком Морган, что говорил не думая. Не удивительно, если Джаред пришел к очевидному заключению, что личность Паслена уже не тайна для Куина.
Отодвинув эти мысли в сторону, чтобы обдумать их позже, Куин прочистил горло и заговорил убедительным, открытым тоном.
— Ну, это не сложно, Макс. Паслен, если это он, должно быть, следил за музеем, — даже не представляю, как я сам до этого не догадался, — и увидел меня на крыше. Не знаю, чего он добивался, но, очевидно, Морган случайно пришла в то же место, поэтому он ее и усыпил. Я услышал странные звуки и спустился до того, как он успел что-то еще сделать. А он сбежал. Это все.
Макс не отрывал взгляда от глаз собеседника.
— Угу. Скажи мне вот что, Алекс. Ты часто носишь с собой по ночам хлороформ?
— Но это самый эффективный способ справиться с неожиданностями, не прибегая к убийству.
— Это когда-то заботило Паслена?
— Прошлой ночью, похоже, да.
— Морган угрожает опасность? — после небольшой паузы спросил Макс.
— Я сделаю все, что в моей власти, чтобы не угрожала, — по-настоящему искренне ответил Куин.
— Ты не ответил на мой вопрос, — нахмурился Макс.
— Ответил, как мог. Послушай, Макс, в мои планы входило не все. Я говорю о Морган. Мне кажется… более сложным, чем обычно, предсказать, что она сделает в следующую минуту. И я не могу с уверенностью сказать, полезет ли она на чертову лестницу снова. Но я не допущу, чтобы с ней что-то произошло.
— Ты настолько владеешь ситуаций, что можешь это пообещать?
— Макс… — Куин замолчал, затем тяжело вздохнул. — Послушай, после сегодняшней ночи я буду точно знать, насколько владею ситуацией, а до этого не смогу тебе ответить. Тебе остается просто поверить. Я знаю, что делаю.
— Хорошо, — неторопливо ответил Макс. — Подожду до завтра.
— Это все, о чем я прошу. — При некоторой удаче до завтра он придумает что-нибудь подходящее. Или найдет способ скрываться от Макса до тех пор, пока все не закончится. — А сейчас, извини, мне надо найти Морган.
— Передавай ей привет от меня. — Макс подождал, пока собеседник отвернется, а потом добавил: — Алекс? Это не ты украл колье Карстэйрсов?
Куину хватило благоразумия не надевать личину оскорбленной невинности и не отвечать обиженным голосом. Он совершенно искренне ответил:
— Нет, Макс, я его не крал.
Макс ничего не ответил, просто кивнул. Он задумчиво смотрел вслед молодому мужчине, шагающему по галерее. Его не застало врасплох, когда через секунду с противоположной стороны подошел Вульф. В черном кожаном пиджаке и с хмурым выражением лица он совсем не напоминал первоклассного эксперта по безопасности. Тем более с сидящим на плече небольшим белым котом.
Но Макс уже привык к внешнему виду Вульфа. Даже к коту Мишке, который в последнее время его часто сопровождал.
— Я начинаю думать, что Алекс меня обманывает, — задумчиво произнес он, продолжая пристально глядеть вслед Куину.
— Теперь и ты знаешь, что это такое, — ответил Вульф, ничему не удивляясь, и даже не без доли удовлетворения.
— Я никогда тебе не лгал. Всего лишь не говорил всей правды.
— Ну да, конечно, — немного мрачно согласился он и добавил: — Возможно, Алекс делает то же самое. Мы оба знаем, он лжет только тогда, когда уверен, что выберется чистеньким. Готов поспорить, если он сейчас солгал, то увяз глубже, чем говорит нам.
— И я бы поспорил, — согласился Макс. Потом тяжело вздохнул: — У нас с тобой еще одна проблема. Звонила мать. Она сейчас в Австралии, но собирается в дорогу.
Лицо Вульфа посветлело, но очень быстро это выражение сменила привычная угрюмость.
— Не самое лучшее время. Макс, ты не можешь ее остановить?
— Остановить мать? — с вежливым недоверием переспросил Макс.
— Прости, я забылся, — покачал головой Вульф. — Остается надеяться, что все закончится до ее приезда.
— Мяу! — заметил Мишка с отчетливым сарказмом в голосе.
Макс поглядел на маленького кота и вздохнул:
— Знаешь, Мишка, я не смог бы сказать лучше.
Куин, заметив Морган у одной из витрин, остановился и просто ею полюбовался. Алекс с уверенностью мог сказать, что его время заканчивается. Самым мудрым решением было бы покинуть музей как можно скорее, избегая встречи с Максом, но он не мог себя заставить поспешно исчезнуть.
О чем она задумалась? Торжественное выражение на милом лице, сжатые перед собой руки, она отрешенно смотрела огромными золотыми глазами на бриллиант «Бойлинг». Очень простая одежда — джинсы и свитер. Великолепные волосы струились по спине черным пламенем. Один взгляд на Морган заставлял колотиться его сердце, ускорял дыхание и напрягал каждый мускул в теле.
Интересно, знала ли она, какое оказывает на него действие? Она могла не сомневаться в физическом ответе: ему не удалось бы скрыть желание, да он и не пытался. Но знала ли она о невероятной силе этого чувства. Могла ли представить себе, как сильно он ее хотел, как она ему необходима. До безумия.
Жизнь, особенно в последние годы, сделала его знатоком по сокрытию и маскировке чувств, но он сомневался, что способен скрывать свое отношение к Морган. Джаред наверняка знал, особенно, после прошедшей ночи. Макс тоже, хотя они не говорили на эту тему с той ночи, когда Куин был ранен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
