— И почувствует ловушку?
— На его месте, я бы почувствовал.
Морган на мгновение закусила нижнюю губу, затем высвободилась из его рук и пошла, чтобы сесть, но не на диван, а на стул. Она с трудом могла думать ясно, когда он прикасался к ней, а она хотела подумать об этом. Куин сел на край дивана возле стула, серьезно смотря на нее.
— Алекс… он знает, что ты Куин. Я имею в виду, он знает, что Алекс Брендон — это Куин.
В ее голосе была слышен вопрос, хотя она и была уверена в своей правоте.
— Он знает.
— Тогда я не понимаю. Он знает, что ты Куин, а ты знаешь, что он Паслен…и вы оба разыскиваетесь полицией нескольких стран. Вы оба следите за выставкой «Тайны прошлого», потому что коллекция Баннистера — это то, чего желал бы любой вор, кроме того, каждый из вас понимает, что другой так же интересуется ею. И как из этого может получиться ловушка?
Куин помедлил, а затем вздохнул.
— Вообще-то, это скорей западня. По неким причинам, которые я предпочту не обсуждать, Паслен не может отправиться за коллекцией в одиночку. Ему нужен партнер — и им являюсь я.
Морган открыла рот, но затем закрыла его. Если Киун сказал, что предпочитает не обсуждать что-то, значит, он не будет делать этого. Поэтому вместо того, чтобы задать вопрос, она просто сказала:
— Хорошо. Но почему Куин не может пойти за коллекцией в одиночку? Зачем Куину потребовался Паслен?
— По нескольким причинам, — ответил он достаточно охотно. — Потому что, например, Штаты… незнакомая территория для Куина. Даже вор, который, по всей видимости, действует в одиночку, нуждается в контактах — внутренние источники или информаторы с достоверными сведениями, надежные люди для обеспечения приспособлениями и оборудованием, несколько быстрых и безопасных средств транспортировки по окончанию работы. Все мои связи в Европе, и мне потребовалось бы огромное количество времени, чтобы переправить коллекцию туда. Но я все равно приехал сюда, как ты и сказала, потому что коллекция Баннистера так притягательна. Итак… когда я наталкиваюсь на другого вора, планируя грабеж музея, и выживаю после того, как он стрелял в меня, я ставлю себе задачу найти его, раз уж я раскрыт. Естественно, он огорчен, что я смог найти его, но я даю понять, что мне все равно, кто он такой, и у меня нет намерения соваться на его территорию. Нет, я собираюсь обратно в Европу, но очень сильно хочу захватить с собой одну вещь из коллекции Баннистера.
— "Бойлинг"? — предположила она.
— Ты шутишь? — слегка улыбнулся Куин. — На этой дряни лежит проклятье. Каждый раз, когда за свою долгую и красочную историю он был украден, это приносило несчастье вору.
— Я не знала, что существует проклятье, — сказала он удивленно.
— О, да, и это все записано в деле. Алмаз попал в руки Баннистеров примерно в 1500 году — законно. Мужчина, по имени Эдвард Баннистер нашел нешлифованный камень, лежащий на дне реки в Индии. Он просто лежал там.
— Вот это удача, — сказала Морган.
— Да. В общем, он отшлифовал камень, но не огранил его, и отдал своей невесте в подарок на помолвку. Первая попытка украсть его имела место во время их медового месяца. И потенциальный вор сломал шею, пытаясь убежать через окно. По слухам, Эдвард встал над телом, одетый лишь в простыню в спешке снятой с постели, и объявил всем присутствующим, что бриллианту судьбой предопределенно оставаться в его семье. И он с этого момента будет считаться амулетом.
А затем он назвал камень "Бойлинг" [11].
— Почему "Бойлинг"?
— Эдвард не мог назвать его алмазом Банистера, — улыбнулся Куин, — потому что у него уже был один такой. Поэтому ему пришлось придумать что-то еще. И, кажется, у него было довольно ироничное чувство юмора. Вор, который сломал себе шею, стараясь украсть камень, был известен под именем Томас Бойлинг.
— И камень, который он так и не смог украсть, будет всегда носить его имя. Ирония судьбы. И это весьма странный вид популярности.
— Томас Бойлинг, возможно, был бы польщен, но судя по всему, он был тупым и отчасти порочным человеком, и скорей всего, так и остался бы неизвестным, если бы не столкновение с этим прекрасным желтым алмазом.
— Ты уверен, что не сочиняешь все это? — посмотрела Морган на Куина. — Ты слишком красноречив, и слова так и льются!
— Клянусь. Спроси Макса.
— Гм. Ладно, и что случилось затем?
— Этим заявлением, которое, как он, скорей всего, думал, будет предупреждением, держащим всех воров на расстоянии, Эдвард похоже заложил твердую основу для проклятия. Может, его слушала вселенная. Или вероятно, просто несколько на удивление неудачливых воров пытались украсть камень. В любом случае, "Бойлинг" начал создавать себе репутацию. В те дни камень, возможно, весил сотню карат или даже больше, поэтому, конечно же, являлся привлекательной целью. И позже, когда он был огранен и вставлен в подвеску, он стал таким притягательным, что мало кто мог противостоять такому соблазну.
На протяжении следующих четырех сотен лет было предпринято огромное количество попыток украсть его, и некоторые из них удивительно изобретательны. Но ни одному не улыбнулась удача, и никто не смог забрать его из семьи Баннистеров. Все воры, без исключения, умерли — и большинство мучительным образом. Несколько человек были пойманы и умерли в тюрьме, но все скончались из-за этого камня.
Морган слегка поежилась. Она не была суеверной женщиной, но история ее обеспокоила. Без сомнения, причиной тому была любовь к похитителю драгоценностей. Она прочистила горло и сказала слегка яростно:
— Держись подальше от этой вещи.
Куин улыбнулся и неожиданно соскользнул с дивана, встав на колени перед стулом, на котором она сидела. До того как Морган смогла сделать хоть что-то, его руки оказались у нее на коленях, разводя их в стороны. У нее перехватило дыхание, когда теплые пальцы начали поглаживать внешнюю сторону ее бедер, а затем очень медленно заскользили вверх, под шелк халата, пока, наконец, не накрыли ее ягодицы. После чего он толкнул ее к себе.
— Я не собираюсь красть "Бойлинг", Моргана, — пробормотал он.
Выражение его глаз было соблазнительным и глубоким. Когда ее голова откинулась назад на валик стула, он поцеловал ее в шею сначала сбоку, а затем спереди. Его губы медленно проделывали дорожку вдоль V-образного островка гладкой кожи, который открывался в вырезе халата.
— Я охочусь за изумрудом "Талисман", — хрипло сказал он.
Морган запустила пальцы в его густые серебристые волосы и нежно дернула, изумленно посмотрев на него, когда он перевел свой взгляд на нее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
