– На этом снимке у доктора Нгабе почти королевский вид, – заметил Гидеон, передавая фотографию африканки в ее ярком национальном наряде.
– А на этом твоя Марта слишком много выпила, – не удержалась Лора, чтобы с некоторым удовлетворением не указать на снимок, и положила сверху свой собственный.
– Мне бы хотелось, чтобы ты перестала все время говорить о ней, – ответил Гидеон и поднял голову, поняв, что Джордж наконец умолк.
– Вы ищете что-то определенное? – спросил он весело, с интересом переводя взгляд своих по-птичьи острых глаз с Гидеона на Лору.
Уэллес покраснел, почти угадав его мысли. Только любовники пикируются так, как они.
Ладно, они и были любовниками!
Он улыбнулся и вдруг заметил, что Джордж ждет ответа, и растерялся.
– Да. – Лора, чувствуя растерянность своего спутника, пришла на помощь. – Мы надеялись найти фотографию нас обоих вместе. На память о нашей первой встрече.
Джордж просиял. Явно тут что-то было. Романы всегда были его излюбленной темой для сплетен. (Политика и экономика, конечно, не исключались, но были слишком серьезными предметами для легкой болтовни!)
– Дайте посмотреть, думаю, да, вот он, – сказал Джордж, отбирая у Гидеона половину фотографий и вытаскивая из стопки одну.
Джордж выбрал момент идеально, сразу же понял Гидеон. Он сердито смотрел вниз на нее, а она с неприязнью – вверх на него.
– А, интересная композиция, – тактично заметил Джордж.
Что-нибудь еще менее похожее на любовь было трудно вообразить.
– Прекрасно, – с озорной улыбкой сказала Лора. – По-моему, настроение схвачено прекрасно. Не правда ли, дорогой?
Глаза Гидеона округлились, и он бросил на девушку убийственный взгляд.
– Если ты так считаешь, милочка, – скрипнул он зубами.
И обреченно взглянул на Джорджа. Завтра весь город будет обсуждать их роман.
Странно, но эта мысль не привела Уэллеса в смятение, как он мог бы предположить.
– О, а вот доктор Олленбах. Славный кусочек, не правда ли? – сказал Джордж. Затем, увидев, что две пары глаз с недоумением смотрят на него, быстро поправился: – Кулончик, я хочу сказать. Настоящий бриллиант. Видите ли, я немного разбираюсь в драгоценностях. Моя дорогая женушка так любит драгоценные камешки. – И он вздохнул.
Довольно печально, заметила Лора и снова скрыла усмешку.
Она взяла у Джорджа фотографию и посмотрела на нее. Он был прав, кулон был небольшой, но даже на снимке было видно, что бриллиантовая капля настоящая.
Она машинально передала снимок Гидеону.
И Гидеон замер. Он смотрел на фотографию так долго, что привлек внимание сначала Лоры, а затем и Джорджа.
– В чем дело? – тихо спросила Лора.
Гидеон вздрогнул, затем покачал головой:
– О нет, ничего. Послушай, Джордж, было очень любезно с твоей стороны разрешить нам посмотреть фотографии. Ты уверен, что тебе не жалко отдать нам вот эту? – спросил он, кивнув на снимок, который передала ему Лора, и встал.
– Нет, конечно, нет. Уже уходите? – спросил Джордж с явным разочарованием.
– Да. У нас встреча с директором, – твердо добавил он, поскольку Джордж собирался задержать их.
– О да, понимаю, – сразу же согласился тот.
Приглашением к директору было явно не принято пренебрегать, подумала с сочувствием Лора.
Без сомнения, Оксфорд с его университетским стилем жизни начинал завоевывать место среди ее пристрастий.
С огромным трудом сдерживая нетерпение, она вышла вместе с Гидеоном и раздраженно переступала с ноги на ногу, пока Джордж продолжал разговор уже на пороге.
Наконец они вырвались, и у ворот Лора не выдержала.
– Что? – требовательно спросила она. – Что?
– В машине, – сказал Гидеон, с тревогой поглядывая на прохожих. – Я был идиотом. Первоклассным олухом.
Лора фыркнула. Теперь она в это не могла поверить.
– Ладно, так почему же ты был идиотом? – спросила она, как только они пристегнули ремни безопасности и Гидеон включил мотор.
Глухое гортанное рычание «моргана» обеспечивало им своего рода уединение, и Гидеон наклонился к ней.
– Что мы установили прежде всего, обнаружив кражу кубка? – спросил он.
«Почему мужчинам так трудно говорить по существу дела?» – возмущенно подумала Лора.
– Что похитителем должен быть один из номинантов, – нетерпеливо высказала она свою догадку.
Гидеон раздраженно взмахнул рукой.
– Да, но кроме этого? – И поскольку она продолжала смотреть на него с озадаченным и раздраженным видом, он подсказал: – Что кража совершена за минуту, правильно?
– Правильно.
– И если это так… как вору удалось вырезать дыру в стекле? Разве вы обычно приносите на приемы в своей сумочке воровские инструменты? – спросил он.
– Нет. Так что же… – Вдруг Лора широко раскрыла глаза. – Алмазы режут стекло. – Она быстро уловила его мысль.
– Правильно. На докторе Нгабе были бусы, это я заметил на фотографии. У меня не было бриллианта, и Марта тоже не очень увлекается ими. Если она и надела украшения, то, могу поспорить, это было золото или серебро.
– Конечно, ты же знаешь ее вкусы.
– Лора! Черт побери, не отвлекайся. Разве ты не поняла? Теперь мы знаем, кто это сделал.
Лора медленно кивнула. Она откинулась на спинку сиденья и вздохнула.
– Мне не хотелось, чтобы это оказалась моя соотечественница, американка, – несколько запоздало заметила она.
Гидеон покачал головой.
– Должно быть, их финансовое положение настолько безнадежно, что она решилась на такой отчаянный поступок. Не уверен, что и сто тысяч спасли бы их.
– Не думаю, что они получат такую сумму, даже от хорошего скупщика краденого, – сказала Лора и замолчала, потрясенная какой-то мыслью. Неожиданно она подняла руку и хлопнула ладонью по лбу, – Какая же я кретинка. А ты еще говоришь, что ты тупица!
– В чем дело?
– Скупщик. Ты можешь предположить, что доктор Олленбах или этот ее муж могут знать скупщика? – спросила она.
– Нет, – не задумываясь ответил Гидеон и понял. – Как же они собираются продать его?
– Есть только один путь, дружочек, – усмехнулась Лора. – Только один.
В своем доме на Файв-Майл-драйв доктор Фелисити Олленбах сидела в кресле и смотрела на Огентайнский кубок. Ее муж, все еще не оправившийся от шока, устроился рядом. Он молча указал на маленький серебряный сосуд.
– И ты говоришь мне, что это действительно стоит больше ста тысяч? – спросил он с соответствующим благоговением в голосе.
– Да, – коротко ответила Фелисити.
Она смотрела на кубок почти с таким же изумлением, как и ее муж.
Даже по прошествии нескольких дней ей все еще было трудно поверить, что она украла его. Она просто не могла понять, что на нее нашло.
