Хотя никто, кроме Лэша не мог слышать ее, она начала кричать так громко, как могла, в надежде, что на этот раз сможет прорваться сквозь невидимые стены своей клетки.
***
Джон Мэтью не мог поверить, что лессер не знал о их появлении. Если только у ублюдка не было никаких отклонений, он должен был почувствовать то, что дом окружили вампиры. Но, нет, он просто занялся своими делами, шагнул в дом и оставил проклятую дверь открытой.
Первым делом нужно было захватить контроль, и как только Джон пересек порог дома, он схватил лессера и, вывернув ему руку за спину, приложил его лицом о плитку пола, а затем сел сверху, как за рояль. Между тем, мимо него, удивительно легкой поступью, мелькнул Рейдж, а Ви и парни проникли на кухню со стороны столовой.
Первый этаж дома они обыскали быстро, Джон чувствовал, как мурашки бегают по телу... будто кто-то провел ему по спине лезвием ножа. Оглянувшись вокруг, он никак не мог определить происхождение этого ощущения, но все же положился на инстинкт.
– Подвал, – прошипел Рейдж.
Вишес спустился вниз, вслед за Братом.
Парни остались прикрывать тылы, и Джон смог сосредоточить свое внимание на лессере, что лежал под ним. Уродец был слишком тихим, очень уж спокойным. Дышал, но не более того.
Он что, чем-то ударился, прежде чем оказался прижатым к полу? Он истекал кровью? Обычно, они всегда сопротивляются.
Например, мать их, пинают ногами газовые баллоны.
В поисках следов кровотечения или других травм, Джон повернул голову ублюдка, но в то же время, не давая ему шанс освободиться. Схватил за волосы, потянул…
Ага, он что-то обнаружил... но эта рана вряд ли была нанесена оружием. На левой стороне шеи убийцы виднелись две колотые ранки, вокруг которых растекался синяк, похожий на засос.
Куин подошел и опустился на колени: – Кто поработал над твоей шеей, здоровяк?
Лессер ничего не ответил, а Ви и Рейдж дематериализовались из подвала и направились на второй этаж.
Пока Братья молча передвигались по дому, Куин обхватил рукой челюсть убийцы. – Мы ищем женщину. И ты можешь конкретно облегчить себе существование, если сообщишь нам, где она.
Лессер нахмурился... и медленно перевел взгляд вверх.
Это всё, что Джону было нужно.
Он бросился вперед, схватил ладонь Блэя и дернул его ближе к убийце. Когда пленник перешел в другие руки, Джон подскочил и побежал через столовую в коридор. Широкую лестницу покрывал ковер, что значило, что сцепление будет отличным, даже если бежать через три ступеньки. Чем выше он поднимался, тем сильнее кричали его инстинкты.
Хекс была в этом доме.
Когда он взобрался на самый верх, Ви и Рейдж преградили ему путь.
– Дом пуст.
Джон прервал Рейджа. «Она здесь. Она где-то здесь. Я знаю это».
Рейдж схватил его за руку. – Пойдем вниз и допросим убийцу. Так мы узнаем больше…
«Нет! Она здесь!»
Вишес подошел ближе и почти уперся в лицо Джона своим, его алмазные глаза горели. – Послушай меня, сынок. Ты сейчас же спустишься обратно вниз.
Джон прищурился. Они не просто хотят, чтобы он спустился. Они не хотят пускать его дальше.
«Что вы нашли? Ни тот ни другой ничего не ответили. Что вы нашли!?»
Оттолкнув их обоих, он услышал, как выругался Рейдж, когда Ви метнулся и закрыл спиной дверь.
Голос Голливуда был пустым. – Нет, Ви, не мешай ему. Просто дай ему пройти... он и так будет ненавидеть Лэша до конца своей жизни.
Взгляд Ви сверкнул, как будто он собирался поспорить, затем парень достал из кармана куртки самокрутку и, ругнувшись, отступил в сторону.
Шея Джона напряглась, как кулак, он ворвался в дверь и словно оказался в тупике. Печаль в комнате была настолько ощутимой, что ему пришлось практически ее ломать – тело прорывалось сквозь холодные стены опустошения лишь потому, что он заставлял ноги двигаться вперед.
Ее держали здесь.
Ее держали здесь... и причиняли ей боль.
Его губы разомкнулись, он начал дышать через рот, взгляд наткнулся на царапины на стенах. Их были сотни, наряду с черными пятнами ... и следами засохшей крови.
Темного красного цвета.
Джон подошел и провел руками по одной из борозд, которая была настолько глубокой, что сквозь шелковые обои проступила планка и штукатурка под ней.
Его вдохи становились все глубже, а выдохи короче пока он обходил комнату. Кровать была в полном беспорядке, подушки разбросаны по полу, одеяло клубком...
Повсюду была кровь.
Протянув руку, Джон осторожно взял одну из подушек. Поднеся ее к носу, он вдохнул... и уловил реальную версию того, что ему снилось каждую ночь: аромат Хекс.
Его колени подломились, он рухнул на край матраса, словно камень на дно глубокого озера. Уткнувшись лицом в мягкую поверхность, он вдыхал ее запах – этот аромат был, словно память, одновременно материальный и такой же неуловимый.
Она была здесь. Совсем недавно.
Джон взглянул на испачканные кровью простыни. На окровавленные стены.
Он опоздал.
Лицо Джона стало мокрым, он почувствовал, как что-то стекает на подбородок, но ему было все равно. Его поглотила мысль о том, что он был так близко к ее спасению... но все равно опоздал.
Рыдание, вырвавшееся из его горла, можно было даже услышать.
***
Еще никогда в жизни сердце Хекс не было так близко к тому, чтобы разорваться от горя. Она всегда полагала, что это по вине ее симпатской стороны, что-то вроде врожденной патологии, она была тверда в моменты, когда любая другая женщина слетела бы с катушек.
Оказалось, она глубоко ошибалась.
Она стояла рядом с Джоном Мэтью, и смотрела на то, как его огромное тело сгорбилось на краю кровати, а орган, что, бился в ее грудной клетке, разлетался на куски, словно разбитое зеркало.
Оставляя после себя лишь мелкие осколки.
Она была целиком и полностью разрушена, когда смотрела, как он обнимает подушку, словно новорожденного, и в момент его полного отчаяния, была готова сделать все, чтобы облегчить его боль: хотя понятия не имела, почему он ее испытывал, но это было уже не важно.
Имело значение лишь то, что он страдал.
Совсем ослабев, она опустилась на колени рядом с ним, глазами впитывая печальный образ, который он вырезал прямо в сердцевине ее мозга.
Казалось, прошли века с тех пор, как она видела его в последний раз, и Боже, он был все так же красив, даже больше, чем она вспоминала в моменты затишья. Его сильный, жесткий профиль, необычные синие глаза, лицо воина, и соответствующее этому статусу огромное тело, плечи, в три раза шире ее. Он был одет в кожу, за исключением футболки под курткой, волосы практически сбриты, как будто ему было абсолютно наплевать на то, что твориться у него на голове, и он просто состриг все электробритвой.
