Нина улыбнулась, вспомнив, как эти бусы шлепнулись в грязь в тот ужасный… нет, чудесный день.
Нина посмотрела в зеркало. Она сделала все, что могла, чтобы всем понравиться. Затем она стала бесцельно бродить по комнате, прикасаясь к вещам Фредерико и прижимая их к губам. Это помогло ей собраться с духом.
Она сможет сделать это. Любовь к Фредерико придаст ей сил. А если Фредерико… Улыбка Нины увяла. Если он все же захочет докопаться, зачем она искала Лучано… Нина гордо подняла голову. Ей остается только надеяться на лучшее, так как пока она не смогла придумать какое-нибудь убедительное объяснение.
— Ты чудесно выглядишь, Нина, — сказал Фредерико, который ждал ее внизу, у лестницы. На нем был легкий белый костюм, белая рубашка и строгий черный галстук. Нина огорчилась, что опять одета не так, как следовало.
Она нерешительно улыбнулась, а Фредерико взял ее руку и поцеловал.
— Я хочу, чтобы ты всегда была такой прекрасной, — улыбнулся он. — А теперь идем. София тоже очень волнуется. Но я уверен, что она будет от тебя в таком же восторге, как и я.
— Хорошо бы, — прошептала Нина, взяв Фредерико под руку и прижавшись к нему. — Я вообще-то не волнуюсь, разве что чуть-чуть. Если твоя мать такая же, как Кристина, то мне вообще не о чем беспокоиться.
— Вот вы где, — послышался голос Кристины, которая уже спускалась к ним по лестнице. — Я к вам стучала, стучала… Я очень долго проспала. Ой, Нина, какая ты красивая! Ты уже познакомилась с мамой?
— Мама в столовой, — сказал Фредерико.
Кристина направилась на кухню. На ней было то самое голубое платье, которое он когда-то предлагал Нине.
— Она накрывает на стол, хотя это должна была сделать ты, — упрекнул Фредерико сестру.
Кристина рассмеялась, повернулась и поспешила в столовую.
— Ничего бы с тобой не случилось, если бы ты помог маме сам.
— Я и помогал, — рассмеялся Фредерико. — Ты готова? — обратился он к Нине. Глаза его сияли, лицо было очень спокойно.
Нина кивнула. Все будет хорошо, думала она. Она приняла единственно правильное решение.
София стояла у огромного антикварного стола красного дерева, спиной к двери. Она раскладывала серебряные ножи и вилки. Услышав голоса, она обернулась с улыбкой на красивом лице. Но ее улыбка тут же исчезла.
На какую-то долю секунды в глазах женщины промелькнула тревога, и это не укрылось от Нины. Правда, в следующее мгновение она решила, что просто принимает все слишком близко к сердцу. Ей даже почудилось во взгляде Софии удивление.
Но это длилось всего один миг. Мать Фредерико шагнула к ней навстречу. Высокая и стройная, эта женщина показалась Нине точной копией Кристины, только гораздо старше. У Софии были такие же темно-каштановые волосы, только с сединой на висках. Ее шелковое темно-вишневое платье отличалось элегантностью.
— Я так рада познакомиться с вами, Нина, — тихо проговорила София, поцеловав девушку в щеку.
Нина почувствовала, что руки Софии дрожат. Ей даже показалось, что она как-то странно посмотрела на Фредерико поверх ее головы. Но Фредерико явно ничего не заметил, он восхищенно смотрел на Нину, а не на мать.
Фредерико стал что-то рассказывать, но Нина уже не слышала, что именно. Ее поразила тишина этой роскошной комнаты, залитой светом сотни свечей.
Она не понравилась Софии. Наверное, София не могла понять, что нашел ее сын-юрист, утонченный и умный, в этой крашеной блондинке, плохо одетой, подобранной где-то в Палермо!
Нина почувствовала себя маленькой и жалкой по сравнению с элегантной Софией. Она здесь не нужна… Она им не нравится…
Вдруг в комнату вбежала Кристина. Рассмеявшись, она обняла Нину.
— Мам, она чудесная, правда? Вот только не знаю, что она нашла в моем брате.
Последовала веселая пикировка между нею и Фредерико, и они оба рассмеялись. Нина поймала взгляд Софии, и у нее потеплело на сердце. София теперь ласково улыбалась, ее глаза поблескивали.
— Да, она действительно чудесная, и я счастлива за них.
Все сели за стол. Ужин начался с мусса из авокадо. Фредерико налил всем вина. Нина успокоилась и расслабилась.
Вечер получился чудесный. Нина решила, что вполне сможет справиться с поставленной задачей — сохранить свою тайну. Да и как же иначе? Ведь они такие милые люди. О свадьбе почти не говорили. Нина узнала только, что все приготовления закончены, и она состоится через неделю.
Фредерико еще раз рассказал о том, как они с Ниной познакомились. В его изложении это была скорее комедия. И Нина только сейчас поняла, что он прав. Теперь она была почти благодарна Локасто, ведь их обращение с ней привело к тому, что она встретила этого замечательного человека.
Уже за полночь они с Фредерико помогли Софии и Кристине убрать со стола, а потом, обнявшись, пошли в спальню. Мать и дочь остались на террасе поговорить.
Нина с Фредерико снова занимались любовью, нежно и страстно, а потом Нина спокойно уснула, обняв его. Она чувствовала себя счастливой. Она была дома.
Наутро Нина, встав раньше всех, потихоньку спустилась вниз. На ней был тот же белый сарафан, что и накануне, так как она не хотела будить Фредерико, открывая шкаф. Нина распахнула заднюю дверь и с наслаждением вдохнула теплый, душистый воздух.
Она была совершенно счастлива. Счастливее, чем когда-либо в жизни. И ей хотелось с кем-нибудь поделиться своим счастьем. Нина побежала к загону Карло. Тот по обыкновению бурно обрадовался Нине. Его лапы оставляли пыльные следы на ее платье, которые Нина, смеясь, стряхнула.
— Карло, что ты наделал с моим альбомом? Ты на нем спал? — Вчера, после неожиданной встречи с Кристиной, она забыла здесь свой альбом.
Нина подняла альбом, отряхнула его и сунула под мышку. Выпустив Карло, она побежала за ним. Когда они добежали до каменной стены, Нина совсем выбилась из сил, ей было жарко. Она прошла дальше и с утеса посмотрела на сверкающее внизу море. Карло заметил зайца и понесся за ним как сумасшедший. Нина рассмеялась. Она поправила волосы и выронила альбом. Но он не упал, кто-то успел подхватить его. Нина от неожиданности вскрикнула и, обернувшись, столкнулась лицом к лицу… с Лучано Трезини.
У нее словно оборвалось сердце. Время как будто остановилось. Теплый бриз показался ей ледяным ветром.
— Не бойся, — сказал Лучано глубоким голосом. Проницательный взгляд его темных глаз, казалось, поникал ей прямо в душу. В руке он держал ее альбом.
Первой мыслью Нины было броситься бежать. Как еще ей выбраться из ловушки, в которую она сама себя загнала? Как сохранить тайну, если перед ней стоит ее родной отец? Но убежать она не смогла, ее ноги словно вросли в землю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
