двор у двухэтажного каменного дома. Навстречу высыпали обитатели во главе с хозяином:
– Олман! Гай! Хитан! Рад приветствовать вас, мои дорогие! Наконец-то, дождались! – и, раскинув руки, бросился обнимать всех по очереди.
– Здравствуй, Кадар! Здравствуй! – Олман, тепло улыбаясь, хлопал хозяина по плечам. – Вот мы добрались до вас.
– Да, добрались, я очень рад видеть всех! А некоторых особенно…
Кадар обнял Хитана (самого старшего члена нашего каравана и по совместительству, отца Олмана), а также Гая. Закончив приветствия, он пригласил всех располагаться и воспользоваться его гостеприимством.
Я же еле-еле сползла со спины Свиста. Скай принял у меня поводья:
– Ну, как самочувствие? – ехидненько так спросил.
Я отмахнулась:
– Пожалел бы несчастную девушку…
– А я и пожалею… – парень придвинулся поближе и уже тише добавил: – Я очень хорошо умею жалеть, особенно таких красавиц, как ты…
Прижимаясь бедром, он обнял меня за талию, а я внутренне вздрогнула: «Вот те раз! И этот туда же! Мальчишка совсем, а уже «жалеть» меня собрался. Ну, теперь всё с тобой ясно, а я-то голову ломала, с чего такие перемены, что даже любимца своего дал покататься и учить взялся. Ах, развратник малолетний!» Немного отстранившись, не хватало ещё чтобы он меня унюхал, а то мало ли какие могут быть последствия, я бросила лукавый взгляд и тон в тон ответила:
– Уверен, что у тебя хорошо получится? – Потом перевела взгляд ниже его пояса, усмехнулась: – Там… уже всё подходящих размеров? Выросло как положено?
Как же он вспыхнул! Будто я его кипятком окатила! Дёрнув коня за поводья, он резко повернулся и повёл того на конюшню. «Да… не видать мне больше Свиста. Ну да ладно, пусть лучше так. Обидела, конечно, парня, но только шлейфа из кавалеров, таскающегося за мной по Окатану, мне как раз и не хватает. Достаточно с меня Дайка с Кареллом». Почему-то я была уверена, что если они живы, то будут меня разыскивать.
Я залезла в телегу и уселась на раскладушку. Хотелось спрятаться, расслабиться, наконец-то, поговорить с Мозговым, а то в последнее время вокруг постоянно были люди, движение, поток впечатлений и мыслей, и разговора не получалось. Мой внутренний жилец несколько раз звал меня, но сосредоточиться и ответить я не могла, всегда что-то отвлекало.
Я прилегла и вытянула ноги. Мысли вернулись к Скаю: «Не стоило так резко… Прямо-таки стеганула по мужскому самолюбию, а ведь он совсем ещё мальчик, восемнадцать лет только. Обиделся, наверно, сильно… Надо было как-то помягче дать ему понять, что не настроена я на амурные дела, тем паче с членом приютившей меня семьи». Я уже знала, что совершеннолетие у юношей наступает в двадцать лет. Это возраст, когда можно оторваться от семьи, уехать, жениться, сменить ремесло, если не было желания жить так, как твои родители. В общем, полная свобода. И каждый совершеннолетний юноша мог распоряжаться ею так, как хотел, но… Не у всех была такая возможность. Как и на Земле, пробиться из низов даже к элементарному благополучию было так же сложно, а для многих просто нереально.
У девушек совершеннолетие наступало раньше – в восемнадцать лет, а выйти замуж можно было уже и в шестнадцать. Но девушки не торопились… они выбирали. В этом тоже была одна интересная особенность Окатана. Девочек рождалось значительно меньше, чем мальчиков. В принципе, и на Земле так же: мальчиков появляется на свет обычно больше, но со временем, из-за того что мальчики и мужчины погибают по различным причинам, соотношение мужчин и женщин выравнивается и даже меняется в сторону преобладания женской части. Но здесь ситуация была не совсем такая. Женщин было меньше и притом значительно. А на севере, моей, так сказать, придуманной родине, с этим делом, говорили, совсем была беда. То есть, если включить логику, получалась очень нехорошая картина. Население медленно вымирает, а с чем связана такая демографическая проблема – загадка.
Из бесед у вечернего костра, обрывков разговоров, повседневных перебрасываний фразами я уже многое знала об Окатане, о том, как тут живётся и чем дышится. Я наблюдала, слушала, делала выводы и строила предположения. Учитывая, сколько времени я этим уже занималась, то получалось неплохо. Меня очень заинтересовали древние легенды о Хранителе душ и проклятии восьми богов, их как-то после ужина, сидя у костра, рассказывал детворе старый Хитан. Я тоже слушала, развесив уши и открыв рот, но как поняла позже, к этим историям серьёзно никто не относился. Это были просто сказки: древние, интересные, но сказки. Мне же так не показалось. Что-то было в этих почти забытых историях, какое-то «зерно истины» проглядывало, только уловить его не удавалось. Всё воспринималось на каком-то интуитивном уровне. Что-то чувствую, ощущаю… Но что?
Ввиду всего этого ситуация со Скаем не выглядела ни для кого, кроме меня, необычно. И дело было даже не в моей примечательной, для жителей Восточных земель, внешности, а в том, что женщин на всех просто-напросто не хватало. На любую, даже в возрасте и, мягко говоря, некрасивую, всегда находились претенденты, а про молодых и симпатичных девушек так и говорить нечего.
Тканевый полог кибитки откинулся, и моё уединение было нарушено. Хейа, держа Натри, залезла внутрь и присела рядом.
– Эрдана, вы тут спите уже, что ли? – она улыбалась белоснежной улыбкой.
– Нет, прилегла ненадолго… Ноги гудят и спину жутко ломит.
– Ну это ничего, – она махнула рукой, – это с непривычки… пройдёт. Все уже расположились в доме, комнаты позанимали, а вы тут валяетесь!
– Я и тут могу ночевать, эта раскладушка лучше всякой кровати.
– Э-э-э нет, так не пойдёт… – и схватила меня за руку. – Нужно помыться с дороги, потом ужин, а потом… – она сделала большие глаза.
– Что потом?
– Гай сегодня петь будет! А вы ещё не слышали его голос, поэтому вставайте и будем приводить себя в порядок.
– Ну, будем так будем. Только Хейа… У меня просьба к тебе есть…
– Какая?
Я постаралась сделать очень просительные глаза:
– Не называйте меня, пожалуйста, на «вы» и «эрдана» не надо повторять. Я очень прошу… И Гаю скажи, пожалуйста. Я Карина, или Кари, называйте как хотите, только не надо таких церемоний, мне очень неловко от этого. Вы столько делаете для меня… Очень прошу… – даже чуть не заплакала.
Хейа пристально посмотрела, потом порывисто обняла и прижала к себе, а Натри между нами протестующе запищал.
– Конечно, милая, конечно… как скажешь.
– И Айре, и Скаю передай, хорошо? Хотя Скай… – и тут я поняла, что проболталась.
– Что Скай?! – она резко отстранилась и схватила меня за руки. – Он обидел тебя?!
