— нет. Но отпускает хватку.
Наблюдать за закатом с высоты этой горы вновь… было странно. Предельно смешанные эмоции: волнение, лёгкий страх, воодушевление, радость от того, что всё уже в прошлом, и волна обрывочных воспоминаний. Наверное ещё месяца не прошло как мне удалось отсюда выбраться.
Сейчас всё вокруг, в отличие от того же самого места, но в реальности, где меня законсервировал Самаэль, так или иначе изменилось. Но не это привлекло моё внимание, а рожа архидемона, усевшегося в нескольких метрах сбоку, будто вновь погружая меня в картину минувшего кошмара.
— Ход с Пожарским — одобряю, — неожиданно раздобрился на похвалы Самаэль, что было для него крайне несвойственно. — Специально его тебе оставил, и доволен, что ты закрыл этот вопрос.
Я молча скосил взгляд в его сторону. Хотел я того или нет, но в такие моменты в голове возникали не самые приятные воспоминания — перед глазами ещё свежа была картина того, как совсем недавно мы, сидя здесь же, обсуждали несколько иные вещи.
— Что-то хотел? — наконец нарушил тишину я, вновь уставившись в сторону моря.
— Да, — кивнул архидемон, посерьёзнев в лице. — Чтобы ты начал активнее работать над исполнением данных клятв.
* * *
— О, ты вернулся! — с лёгкой улыбкой произнесла Виктория, едва я шагнул в гостиную.
Она сидела на своём обычном месте, в кресле у окна, скрестив ноги и прижимая к коленям книгу, которую тут же закрыла, заметив моё появление. Я остановился на пороге на секунду, бегло оглядывая помещение. Максима с Машей здесь нет, значит они наверху со Стёпой.
— Да. Все дела закончил. Теперь, признаться, даже не знаю, чем буду заниматься всё лето, — ответил я, подходя ближе и не торопясь усаживаясь за стол напротив сестры.
Естественно, последняя фраза была брошена с иронией — с учётом всего происходящего вокруг, забот у меня вряд ли уменьшится, что тут же подтвердила Виктория.
— Не переживай, без дела не останешься — Темногорск уж точно не позволит, — произнесла она, чуть склонив голову, и на секунду её глаза блеснули иронией.
Что правда — то правда, моё княжество просило, а иногда и требовало целую прорву моего времени. Работа там всегда имелась, и забывать об этом не приходилось даже без напоминаний сестры.
Очередной раз оглядев Викторию внимательным взглядом, я отметил, что несмотря на то, что девушка очевидно была рада меня видеть, улыбка постепенно сошла с её лица и взгляд вновь стал задумчив и серьёзен.
— Как справляешься со своей бесовкой? — осторожно спросил я, попробовав предположить причину тревог сестры.
— Всё нормально. Она ещё восстанавливается, — с готовностью ответила Виктория и, отставив свою чашку, поднялась с места, направившись к кухне.
В течение следующей минуты сестра заварила свежий чай, а затем поставила передо мной кружку с горячим напитком. Ароматный запах мяты расплылся по комнате. Следом же на столе оказались и сладкие угощения.
— Спасибо, — произнёс я, благодарно кивнув и тут же вспоминая, что с момента нашей разлуки прошло чуть более десяти часов и никаких новостей на счёт демоницы пока ждать точно не приходилось. — Ну хоть с дядей-то позаниматься успели? — спросил я, решив сменить тему.
— А как же! — глаза сестры заискрились и губы вновь расплылись в улыбке. Очевидно, эта тема настроение ей поднимала. — Только он мне железный меч не доверил. Даже учебный. Сказал пока заниматься с деревянным. А ещё… ещё я оказалась слабачкой, — добавила она, и в голосе прозвучала лёгкая досада. — Долгие физические нагрузки даются мне нелегко.
— Дело практики, — протянул я, позволяя себе чуть расслабиться.
На самом деле, если уж говорить совсем откровенно, всё это казалось мне чем-то близким к баловству. Хороший мечник, как и любой другой боец, начинает свой путь ещё в детстве. В крайнем случае — с подросткового возраста, когда любые знания и умения человек впитывает будто губка. Но это только если речь идёт не просто об умении держать клинок, а о внутренней дисциплине, балансе, реакции, рефлексах…
Да, конечно, бывали исключения. Люди, у которых талант просыпался внезапно — как вулкан, спящий полжизни. Они могли за пару лет достичь уровня, к которому другие шли десятилетие. Но на то они и исключения, которые, к слову, только и подтверждают собой существование правила.
Впрочем, стать сильнее и лучше, чем ты был вчера — всегда возможно. Изучить азы, научиться держать оружие, уметь защитить себя или близкого — этому можно научить почти любого, если у того есть мотивация. Тут всё упиралось лишь во время и усердие ученика.
— Лёша, нас на приём во дворец пригласили, — раздался голос Виктории, и я чуть вздрогнул, выныривая из своих мыслей. — Сегодня, — добавила она, опуская взгляд в свою кружку.
— О как… — выдохнул я и откинулся глубже в спинку кресла. — А быстро они.
— Ты о чём? — Вика приподняла бровь.
— Да так… — покачал я головой, не желая вдаваться в подробности, и поставил чашку обратно на блюдце.
Теперь сестре уж точно не нужно знать о том, что произошло минувшей ночью. И дело тут не в том, что я ей не доверял. Просто если вдруг цесаревич решит невзначай задать Виктории пару вопросов на эту тему, ей не придётся кривить душой перед будущим мужем и уходить от его вопросов — она действительно будет не в курсе дел, и это очень хорошо.
— Мне бы хотелось выспаться, Вик. На завтра никак не перенести? — спросил я больше в шутку, отлично понимая ответ на свой вопрос. Тем забавнее была её реакция.
— Лё-о-ша… нас зовут во дворец, а не в ресторан… К императору! — осторожно пояснила сестра, широко раскрыв глаза и удивлённо меня оглядывая. — Такое не очень хорошо переносить…
— Жаль, — вновь вздохнул я, прикрыв глаза. — Но поспать перед твоим свиданием мне всё же нужно.
— Лё-ша-а! — негромко воскликнула Виктория с деланной обидой в голосе. Следом она покраснела, немного сбивчиво добавив: — Никакое это не свидание!
Я не удержался и расплылся в довольной улыбке.
— Ну, смотрины… если тебе так больше нравится, — отозвался я, неприкрыто поддразнивая девушку.
— Вот тебе смешно, а я волнуюсь!.. — отмахнулась Вика, следом скрестив руки на груди. Губы её всё ещё были растянуты в улыбке, но в глазах осталась тень беспокойства.
