Да, думала она, держа косметическую кисточку у щеки, я должна что-то предпринять. И Рейвен снова набрала номер. Ответа не было.
Через полчаса она спускалась по лестнице, одетая в черное шелковое платье, а на голове была простая, с твердыми полями шляпа.
— Рейвен, — Джули вышла из своего кабинета, — ты собираешься куда-то идти?
— Да, если я найду свою сумочку и ключи от машины.
— С тобой все в порядке?
— Мне уже лучше. — Ее ответ явно не удовлетворил подругу. — Помнишь, — продолжала Рейвен, — после похорон ты настойчиво советовала мне ни в чем не упрекать себя? Я пытаюсь осуществить это на практике.
— Да, я уверена, что ты все сделала, чтобы помочь матери и большего сделать не могла.
— Конечно, я старалась, — вздохнула Рейвен. — Может быть, этого было мало? Но я должна теперь избавиться от унылого настроения. Я уже чувствую себя лучше, Джули, надо взять себя в руки. — Рейвен улыбнулась на прощание, собираясь уйти, но в это время из комнаты Джули вышел Уэйн Меткалф. — Привет, Уэйн, я не знала, что ты здесь.
Уэйн кивнул в знак приветствия.
— Мне определенно нравится твое платье, — сказал он Рейвен.
— Так ты одобряешь? Я очень рада.
Он насмешливо поклонился.
— Куда ты направляешься?
— Я встречаюсь с Хендерсоном за ланчем.
Уэйн коснулся пальцем щеки Рейвен.
— Чуточку излишний румянец, — заметил он.
— Не волнуйся, все как надо. — Рейвен заставила его нагнуться, чтобы она смогла его поцеловать. — Я еще не сказала, как благодарна тебе за то, что последние дни ты был радом.
— Мне пришлось сбежать из офиса.
— Я тебя обожаю. — Она положила руки ему на плечи и крепко сжала их. — А теперь перестань беспокоиться обо мне. — Рейвен повернулась к Джули — И ты тоже. Я встречаюсь с Хендерсоном, чтобы поговорить с ним о планах на новые гастроли.
— Новые гастроли? — Джули нахмурилась. — Рейвен, ты работала безостановочно больше шести месяцев. Записи, гастроли, партитура. После всего этого тебе необходим перерыв.
— После всего пережитого мне не нужен перерыв, — возразила Рейвен. — Я хочу работать.
— Но устрой себе хоть короткие каникулы, — предложила Джули. — Несколько месяцев назад ты говорила, что обнаружила симпатичное местечко в селении недалеко от города.
— Да, — Рейвен засмеялась и тряхнула головой, — я собиралась вести простую жизнь, не так ли? Пренебречь восторгами очарованной публики, поселиться в уютном домике и писать стихи. Но, дорогая, ты сказала, что у тебя нет интереса к простой жизни.
Джули удивленно подняла черные брови.
— Я изменила свое мнение, я даже собираюсь купить ботинки для прогулок.
Уэйн что-то одобрительно промычал. Рейвен ласково улыбнулась им обоим.
— Вы милые, — сказала она, — но в этом нет нужды. Мне надо делать что-нибудь дающее энергию. Я хочу просить Хендерсона организовать мне гастроли в Австралию. Мои записи расходятся там очень хорошо.
— Ты уже сказала это Брэндону… — начала Джули, но Рейвен прервала ее.
— Я собиралась передать ему это по телефону, но не смогла… — Надо было как-то закончить фразу, не вдаваясь в подробности. — Очевидно, он не хочет говорить со мной. Я не виню в этом его.
— Он влюблен в тебя, — сказал Уэйн, стоя за спиной Рейвен. Она повернулась и встретилась с ним взглядом. — Несколько тысяч зрителей видели, как он в мгновение ока умыкнул тебя ночью с концерта в Нью-Йорке.
— Да, он любит меня и я люблю его, но этого недостаточно. Я не тот человек, чтобы ради этого сойти со своей дороги. Нет, пожалуйста, не отговаривайте. У меня по этому поводу свое мнение. Я чувствую себя так, словно была на прекрасном пикнике и попала под обвал. А ушибы до сих пор болят. Мне нужны какие-нибудь хорошие новости, — сказала Рейвен, лукаво глядя то на Джули, то на Уэйна. — Может, кто-нибудь из вас решится рассказать мне их? — Парочка заговорщически переглянулась. Рейвен усмехнулась, заранее радуясь тому, что сейчас услышит. — Что, несколько изменилась ситуация?
— И даже очень, — согласился Уэйн, улыбаясь Джули, — только эта ситуация длится около шести лет.
— Шести лет?! — У Рейвен от изумления полезли брови наверх.
— Тогда я получил отставку от одной особы, — сказал Уэйн, зажигая сигарету. — От кого — догадайся!
— Да, я всегда думала, что он влюблен в тебя, Рейвен, — объяснила Джули, глядя на Уэйна.
— В меня?! — удивленно воскликнула Рейвен.
— Я пытался отнестись к этому с юмором, — заметил Уэйн, окутанный клубами дыма. — И обдумывал, как стать более привлекательным.
— О, ты и так необычайно привлекателен, — возразила Рейвен и, хихикнув, поцеловала его в щеку. — Безумно привлекателен. Только я никогда не верила, что ты можешь быть влюблен в меня. Ты всегда предпочитал красивых манекенщиц с их неподвижными лицами и длинными ногами.
— Думаю, не следует напоминать об этом в данный момент, — возмущенно заявил Уэйн.
— Это все правда, — согласилась Джули, улыбаясь, — только у меня нет никаких проблем с его развеселым прошлым.
— И когда все это произошло? — полюбопытствовала Рейвен. — Я возвращаюсь из поездки через пять недель и обнаруживаю двух моих лучших друзей, глядящих друг на друга с телячьим восторгом.
— Я никогда ни на кого не смотрел с телячьим восторгом, — возразил Уэйн. — Теплым взглядом, это возможно.
— Когда? — повторила Рейвен свой вопрос.
— Я увидела его в первое утро моего круиза на теплоходе, — начала рассказывать Джули. — Я сидела в шезлонге и, как ты думаешь, кто подошел ко мне в отличном, специально сшитом для Средиземного моря белом костюме?
— В самом деле? — Рейвен с некоторым сомнением глянула на Уэйна. — Думаю, не ошибусь, если скажу, кто это был.
— Кажется, у тебя есть возможность догадаться, — стряхивая пепел в ближайшую вазу, невозмутимо заявил Уэйн. — Если бы я не подсуетился, то она очаровала бы какого-нибудь корабельного магната или ловкого матроса…
— Я уверена, что очаровать финансового магната могла еще несколько лет назад, — парировала Джули, — а что касается матроса…
— Однако я решил, что круиз будет хорошим местом, чтобы завоевать ее. И завоевал… до удивления просто, — заметил он.
— О, в самом деле?! Ты уверен в этом?! — с деланным удивлением воскликнула Джули.
Уэйн загасил сигарету и заключил свою любимую в объятия.
— Женщины всегда считали меня неотразимым, — самоуверенно изрек этот покоритель сердец.
— Они будут в большей безопасности, если перестанут так считать. Я могу ведь попортить им личики, — проворковала Джули и обвила руками шею Уэйна.
