— Они будут в большей безопасности, если перестанут так считать. Я могу ведь попортить им личики, — проворковала Джули и обвила руками шею Уэйна.
— Женщин надо подвергать испытанию, прежде чем соединиться с ними. — Уэйн поцеловал Джули, подтвердив тем самым, что она лучшая из всех.
— Вижу, что вы собираетесь быть предельно счастливой парой. Вы позволите мне предсказать вам скорую свадьбу? — Рейвен запнулась… — Итак, вы женитесь?
— Конечно, — ответил Уэйн. — Или ты уже не доверяешь каждому второму мужчине и во всем сомневаешься? — Он опять поцеловал свою избранницу, не заметив, что у Рейвен выступили слезы.
Она крепко обняла своих друзей.
— Именно сейчас мне было необходимо услышать что-нибудь вроде этого. Я собираюсь оставить вас здесь одних. Вы можете пожить в свое удовольствие, пока я уеду. Могу я сказать Хендерсону или это секрет?
— Можешь сказать, — разрешила Джули, — мы собираемся сделать этот решительный шаг на следующей неделе.
— Это прекрасно, Джули! Кажется, в холодильнике есть шампанское, верно? Мы отпразднуем это событие и выпьем, когда я вернусь с ланча. Меня не будет несколько часов.
— Рейвен. — Джули остановила ее перед дверью. Рейвен с любопытством глянула через плечо. — Твой кошелек. — Улыбаясь, Джули взяла его со стола. — Не забудь поесть, хорошо? — потребовала она, и подала кошелек Рейвен.
— Не забуду, — уверила ее Рейвен и вышла.
Около часа Рейвен сидела на застекленной террасе ресторана, ковыряя вилкой заказанное блюдо. В зале было с десяток завсегдатаев, хорошо ей знакомых, и ей пришлось обменяться приветствиями до того, как она села за столик в углу. Зал был искусно украшен тропическими растениями и цветами. Солнце, светящее сквозь стекла, и зелень создавали ощущение тепла и даже летнего зноя. Пол был выложен изразцами, в дальнем конце постоянно били фонтаны. Рейвен нравилась элегантность ресторана, плетенная из прутьев мебель, пряные ароматы подающихся блюд и цветов.
Наконец появился ее агент, Хендерсон. Это был крупный дородный мужчина, похожий на толстый обрубок дерева, только отполированный. Он считался очень способным человеком. У него была ярко-рыжая копна волос, которые слегка вились на макушке, и светло-голубые веселые глаза, очень цепкие и проницательные, широкое плоское лицо, усеянное веснушками. Все это создавало облик добродушного человека. Но впечатление было обманчивым.
Он мог улыбаться, выглядеть доброжелательным и несколько медлительным. Это было лучшее средство самозащиты. С первых дней их знакомства Рейвен поняла, что на самом деле он человек резкий, а при необходимости даже жестокий. Правда, он любил Рейвен, не только потому, что с ее помощью он разбогател, но и потому, что она никогда не противилась тому, что он делал. А Хендерсон никогда ничего не рассказывал о своих клиентах. И это вполне устраивало певицу.
Сейчас агент предоставил ей возможность развивать свою идею о поездке в Австралию и Новую Зеландию. Рейвен ссылалась на пластинки, которые уже распространились по всем странам мира. Хендерсон не спеша ел телятину, запивая ее густым красным вином, пока Рейвен рассказывала о себе и время от времени пригубливала из бокала белое вино.
Он отметил про себя, что она не упоминает о партитуре для мюзикла, о времени, проведенном в Корнуолле. Из своих источников он знал о том, как продвигается работа и что партитура уже почти готова. Разговор Хендерсона со Стивом Джареттом изобиловал похвалами. Лорен Чейз одобрила каждый из присланных номеров, начали работать и хореографы. Казалось, вся партитура будет передана для дальнейшей работы без задержек.
Поэтому Хендерсон был удивлен, когда Рейвен так внезапно вернулась из Корнуолла. Он ждал ее телефонного звонка, заверения, что партитура готова, но она известила, что они с Брэндоном хотят отдохнуть неделю или две и ничего не делать. Однако она появилась в Лондоне раньше и одна.
Рейвен явно нервничала, болтала, стремительно перескакивая с одного предмета на другой. Хендерсон не прерывал ее, делая вид, что его интересует только еда. Она говорила без остановки пятнадцать минут, затем стала выдыхаться. Хендерсон ждал.
— Ну хорошо, — сказал он, вытирая губы салфеткой, — не думаю, что возникнут проблемы с гастролями в Австралию.
— Прекрасно. — Подцепив креветку, она жевала ее с отсутствующим видом.
— Пока организуются гастроли, вам надо сделать небольшой перерыв и где-нибудь провести отпуск.
Певица удивленно подняла брови.
— Нет, я думала, вы сразу же купите мне билеты туда и обратно и быстро организуете рекламу моих выступлений.
— Я могу это сделать, — сказал он добродушно, — после того как вы проведете несколько недель где-нибудь.
— Но я хочу ехать сейчас, а не отдыхать несколько недель. Я еду немедленно, Хендерсон!
Ее глаза подозрительно сузились.
— Вы разговаривали с Джули?
Хендерсон выглядел удивленным.
— Нет. О чем?
— Да так, просто спросила. — Рейвен покачала головой и улыбнулась. — Гастроли, Хендерсон.
— Вы неважно выглядите сейчас, похудели, знаете об этом? — Он подцепил на вилку еще кусок телятины. — Это видно по вашему лицу. Побольше ешьте и отдыхайте.
Рейвен раздраженно махнула рукой.
— Почему каждый обращается со мной, как с маленьким ребенком? — пробормотала она. — Я не должна много есть. Пока я все же звезда и слежу за своей фигурой.
Хендерсон коротко выругался, но Рейвен это проигнорировала.
— Что насчет Джерри Майклса? Я слышала, ему нравится привкус скандальности. Он может заполучить меня в свое шоу.
— Это легче легкого, — согласился Хендерсон. — Он будет просто в восторге.
— Ну?
— Что ну?
— Хендерсон. — Рейвен решительно отодвинула тарелку. — Вы собираетесь показать меня в его шоу?
— Нет. — Агент плеснул себе вино в бокал. Солнце бросило на скатерть красную тень.
— Почему? — В голосе Рейвен сквозило раздражение.
— Это не для вас. — Хендерсон поднял руку, чтобы прекратить спор. — Я знаю продюсера этого шоу. Это не для вас.
Рейвен поникла. Знание им своего дела не подлежало сомнению.
— Хорошо, забудьте об этом шоу. Но что тогда?
— Хотите десерт?
— Нет, только кофе.
Хендерсон позвал официанта и заказал для себя пирог из черники и кофе для обоих. Затем откинулся на стуле.
— А что с мюзиклом «Фантазия»?
— Партитура закончена, — сказала она.
— И?
— И? — переспросила она. Веселые глаза Хендерсона прищурились. — Она закончена, — повторила Рейвен. — Да, в сущности, закончена. Я не могу предвидеть всех вопросов, которые могут возникнуть. Но уверена, что Брэндон или его агент свяжется с вами, если будут какие-либо затруднения.
