глупый вопрос.
— Тише, — попросила учёная, воровато оглядываясь по сторонам. — Я, скажем так, слегка опередила события. Попросту говоря, уехала из Англии, не дожидаясь разрешения. И не совсем официальным путём. Пошли в тёмный переулок, пообщаемся.
Что-то мне после этих слов стало тревожно. Впрочем, беззаботно пожав плечами, последовал за своей начальницей, у которой в тёмном переулке был припаркован легко узнаваемый трейлер с логотипом мебельной компании, которого я раньше не заметил.
Усадив в, ставшее привычным для меня, кресло своего мобильного, научного комплекса, госпожа Чамар потребовала, — Рассказывай.
— Что рассказывать? — удивился.
— Всё, что помнишь. От сотворения мира и до сегодняшнего дня. Если в упомянутых сценах ты как-либо задействован, — уточнила свои пожелания.
Дальше, параллельно с проводимыми процедурами по изучению любимого подопытного, безумная учёная вытянула всё, что произошло со мной с момента прибытия в эту страну. Уделяя особое внимание моему взаимодействию с силовым снаряжением. После чего взяла немного времени на обдумывание полученной информации.
— Что скажете? — настала моя очередь задавать вопросы.
Было интересно, что она скажет? Надеюсь, похвалит за отличные результаты. Однако, сегодня госпожа Чамар не переставала удивлять. Предпочла остаться немногословной.
— Говоришь, у вашей команды завтра будет пятый матч? Против серьёзных ребят, которые считаются одними из основных соперников Рыцарей Сент-Лоран? Из элитной частной школы. Вот после этого матча и поговорим. Обо всём, — туманно пообещала учёная, без улыбки на лице, что несколько напрягало.
Хвалить меня не стала. Вместо этого выдала кучу датчиков, попросив надеть их завтра на очередной вызов. Взяв слово никому не рассказывать про то, что мы виделись, выгнала из трейлера. Пообещав завтра прийти на матч. Посмотреть, что мы будем вытворять на поле. Необычное поведение начальницы немного сбивало с толку, с другой стороны, обычной она никогда и не была. Теперь, с её приездом, я стал чувствовать себя увереннее.
Как часто бывает, после затишья пришла буря. Пятая команда, непонятно почему называющаяся — Ле Мартен, основательно приготовилась к нашему приходу. Больше не позволяя себе такой блажи, как пренебрежительное отношение к новичкам. Проанализировав нашу тактику, она приняла определённые меры.
Для начала Ле Мартен выставили на поле не двенадцать человек, а только шестерых. Самых сильных и опытных. Судя по всему, собравшись навязать нам поединки один на один, а не общую схватку. Устроив что-то вроде ступенчатого турнира на выбывание. Чем заранее обеспечили себе хороший рост репутации, в случае победы, и его небольшую потерю, в случае проигрыша. В глазах зрителей уравняв шансы. Вроде как, оказывая должное уважение своему противнику. Желая честной схватки.
На самом же деле за их действиями кроется холодный расчёт. Таким образом, они сводили матч к сравнению индивидуального мастерства бойцов, в чём были сильнее нас. Кроме того, поскольку это неофициальный турнир с его ограничениями и даже не товарищеский матч, Ле Мартен выставили на поле двух паладинов. Одного своего и одного наёмного. В конце, вишенкой на торте, они включили в состав своих комплектов силового снаряжения модули ментальной защиты. Не знаю, догадались ли сами или им подсказал кто? А ещё, пригласили на матч двух сотрудников полицейского департамента, менталистов, устроив для меня ловушку. Если те обнаружат незаконное воздействие на сознание игроков или зрителей, то ничем хорошим для нас это точно не закончится.
Даже несмотря на подписанный документ, что члены нашей команды извещены и согласны на подобные действия с моей стороны, это будет расценено нарушением правил. Получением посторонней помощи из-за пределов поля, что автоматически аннулирует любые результаты матча. Если Ле Мартен от этого ничего не потеряют, то мы будем опозорены. А уж если обнаружится воздействие на людей, не дававших на то своего согласия, тогда меня попытаются привлечь к ответственности.
До этого наши противники о столь эффективном средстве противодействия не додумались. Сейчас-то им уже поздно что-то доказывать. Ведь я изначально договаривался о битве в формате — Без ограничений. В отличие от них, Ле Мартен на это уже не согласились.
— Что будем делать? — озабоченно спросил Эвен на совещании команды, за десять минут до начала матча.
Чтобы посмотреть на него, набрался полный стадион зрителей. Даже не вместивший всех желающих. Поэтому из-за большого скопления народа, да ещё из враждебных рыцарских лагерей, если так можно выразиться о школах, полиции пришлось присылать усиленные наряды, чтобы те следили за общественным порядком. Выйти перед собравшимися и сказать, что мы передумали, они могут расходиться по домам, было страшно.
— То же, что и раньше. Но, по-другому, — недовольно проворчал, чувствуя, как ухудшается и так не самое радужное настроение. — Отступать поздно. Помнится, кто-то был недоволен, что от него ничего не зависит? Что он хочет сражаться честно, своими силами. Что его не устраивают такие победы?
С непроницаемым выражением лица посмотрел на шотландцев и Поля.
— Хорошо. Сегодня вы или выиграете, или проиграете, но достойно. Как того и хотели. Без меня. Эльза, Джейн, Мари, вы как? Хотите победить или что-то им доказать? Потешить публику, пришедшую посмотреть, как нас, наконец-то, безнаказанно втопчут в грязь. Ибо мы независимы, а значит, сами по себе. Не представляем ни влиятельный дом, ни большой клан, ни уважаемую организацию. Не против разочаровать тех немногочисленных фанатов, что у нас только-только начали появляться? — самой постановкой вопроса дал понять, насколько я не предвзят в этом вопросе.
— Если я захочу чего-то подобного, то пойду в любой спортивный клуб. Там арены редко простаивают без дела. Сражайся, как хочешь и с кем хочешь, хоть до потери пульса. Сюда же я пришла за победой. Ради того, чтобы сломать систему, которая считает нас мусором, — решительно высказалась бунтарка Джейн.
Эльза с ответом замялась. Взглянув на шотландцев, с оттенком вины, неохотно приняла их сторону. Сказав, что желает честной схватки. Путь обмана для неё слишком тяжёл. Морально. Но, осуждать меня или оспаривать приказы она не собиралась. Оставив итоговое решение за командиром.
— Эльза, — глубоко вздохнув, мягким, успокаивающим голосом обратился к девушке. — Поверь, я с уважением приму любой твой выбор. Не буду заставлять или настаивать. Этот проект был начат, чтобы мы смогли чего-то достичь и получить удовольствие, а не я реализовал свои тайные амбиции. Если считаешь это необходимым, делай. На наших отношениях твой выбор никак не скажется. Даю слово, — решительно пообещал, глядя ей прямо в глаза, при всех. — Вас это тоже касается.
Оглядел других членов команды, которые почувствовали себя несколько смущёнными из-за чувства вины. Как
