нет, всё мимо. Эта тварь излечит любые малые повреждения. Даже будь у меня порох — он бы не помог. Нужно что-то по-настоящему мощное, типа залпа корабельных орудий. Корабельных…
— Задержите её! — Кричу я и со всех ног несусь к ближайшему трупу паука-воина. Мне нужна энергия, столько, сколько я смогу удержать.
Что-то мелькает в глазах твари и она ускоряется. Солдаты, во главе с баронетом, с воплями несутся в сторону чудовища. Алхимик достает из мантии свои самые драгоценные, хранимые на черный день, эликсиры.
Обжигаю руки о тлеющий хитин. Глубже. Вот оно, ядро Воина. Расколотое, истекающее сырой энергией. Поглощать её в таких количествах — самоубийство, но выбора нет. Зачерпываю столько, сколько могу и еще немного сверху.
Что такое моя сила? Телекинез? Или же магнетизм? От ответа зависит всё. Любимый котелок алхимика летит ко мне, повинуясь моей воли. Без меди мой план не осуществить.
Чудовище игнорирует солдат и несется ко мне, всё больше ускоряясь. Один из воинов оступается и тут же насмерть затаптывается тварью. Алхимик тщетно пытается зажечь огонь, но куда ученику пытаться пробить антимагическое поле? Монстр даже не замечает его усилий. Хорнет вонзает свой меч достаточно глубоко, чтобы тварь отвлеклась на него. Она отмахивается, но баронет чудом уклоняется.
Направляющие рельсы. Медь. Покрываю серебром из кошелька. Сила Лоуренца. Электромагнитная индукция. Закон Лапласа. В голове вспыхивают знакомые со школы формулы, рядом с ними всплывают ритуальные круги. Кровь. Стальная нить очерчивает границы ритуала. Лишь граница. Воля. Мышление фрагментируется.
Матриарх открывает пасть. Залить меня кислотой кажется ей отличной идеей. Баронет метает свой меч вверх. Клинок входит в пасть и чудовище поперхнулось своей же кислотой. Месть мгновенна, удары саблевидными лапами сокрушают доспехи баронета и рвут его на части. Тварь совершила ошибку, отвлеклась.
Зря. Думаю я и вливаю всю свою ману, щедро приправив кровью получившийся полумагический рельсотрон.
Ослепительная вспышка плазменной дуги и снаряд разгоняется до космический скоростей, оставляя в воздухе раскаленный след. На это невозможно среагировать. От этого невозможно уклониться. Но тварь попыталась.
Взрыв! Фонтан ихора, кусков плоти и хитина волной орошает землю в радиусе нескольких сот метров. Почти целая, но оторванная от тела голова, с оглушительным грохотом приземляется рядом со мной. Глаза чудовища недоуменно смотрят по сторонам. Хелицеры бессильно щелкают в нескольких метрах от меня. Матриарх смотрит на меня, я безучастно смотрю на неё. Нет радости, лишь механическая опустошенность. И её глаза гаснут.
Я опускаюсь на землю. Кажется, что от магического опустошения я должен был уже давно вырубиться, но что-то держит меня в сознании и заполняет энергией, разрывая грудную клетку. Побочный эффект от схлопнувшегося антимагического поля? В голове нарастает противный звон, на губах кислый вкус ихора и железа, от моей же крови.
Нервное истощение дает о себе знать и я наконец проваливаюсь во тьму.
Глава 12
— Господин Виконт, вы в порядке? — Меня тряс за плечо измазанный в темном ихоре солдат.
Поднимаюсь. Грудь разрывает, словно я разбил вдребезги какой-то внутренний орган. Тошнит, но я пока могу держать себя в сознании. Сколько прошло минут?
— Жить буду.
Солдат помогает мне подняться и оглядеться. Немногочисленные оставшиеся на ногах бойцы пытаются найти выживших.
— Пойдемте, баронет просил вас привести. Попрощаться.
Под ногами плюхался ихор, острые куски хитина кололи ноги. То тут, то там валялись оплавленные обломки рельсотрона. Спустя несколько минут мы подковыляли к разорванной туше. На куске панциря Матриарха лежал баронет. Точнее, то что от него осталось. Половина туловища отсутствовало, вырванная из плечевого сустава рука, искореженный и порванный металл доспеха. Над Хорнетом стоял алхимик и поил его зельем.
— Дерьмово выгляжу, да? Ты выглядишь не лучше, Рэндал. — Алекс закашлялся, из его рта потекла кровь. — Бездна, и не выпить даже. Фляжка где-то с остальным телом валяется.
Я сел рядом и протянул ему свою.
Алхимик хотел было взять её и напоить баронета, как тот перехватил фляжку единственной оставшейся рукой и приложил к губам.
— Пока у меня есть хоть одна рука, черта с два меня будут с ложечки кормить.
Я лишь покачал головой. Удивительно, что он еще не помер. Но с такими ранами не выживет даже пятый ранг, что уж говорить о третьем?
— Перегорели? Понимаю. Такую тварь завалить. Вы уж упомяните в легендах, что я там тоже был. Ха-ха… кха-кхе. Никогда бы не подумал, что увижу смерть алой угрозы своими глазами.
— Я всем буду говорить, что без вас мы бы её не завалили. — Мой голос звучал сипло, словно наждаком по стеклу.
— Спасибо. В моих бумагах есть метод. Мой метод развития. Возьмите его. И позаботьтесь о моих людях, Рэндал Кондор. Позаботьтесь…
Он закашлялся и продолжил уже ослабевшим голосом.
— Привезите… останки твари в столицу… Ваш отец будет вами гордиться…
— Мой отец? Вы знаете что-то?
Но Алекс фон Хорнет, Баронет Серых Холмов и командир Стальной чести был уже мертв.
— Виконт. Принимайте командование. — Обратился ко мне алхимик.
Я растеряно оглядел побитое воинство. На ногах было четыре человека, из них лишь двое почти не были ранены. Тяжелых и при смерти — еще больше. Нужно вернуться в лагерь, нужно собрать трофеи и похоронить мертвых. Для всего этого нужны руки.
— Вы двое, отправляйтесь в лагерь. Приведите подкрепление и главное — целителей. Со смертью Матриарха пауки не смогут организоваться, но вы можете встретить одиночных. Будьте начеку, от вас зависят жизни товарищей. Остальным — позаботиться о ранах, оказать первую помощь, выставить караул из самых легкораненых и отдыхать.
Я тут же последовал своему же приказу и отрубился.
* * *
— Значит, Хорнет мертв? И кто теперь командует? — Спросил у меня глава отряда фуражиров, что привезли мне грязные, пахнущие навозом мешки со столь нужной селитрой.
— Я командую. — Спокойно отвечаю я.
— Пха. Сомневаюсь. В любом случае, приказ нам отдавал Капитан и нам надо обсудить это с Бертом…
— Обсуждайте, но товар оставьте тут. Вашу поездку оплачивал я.
— Оплачивали? Лично я не видел никаких денег. А вы, парни, видели? — Глава повернулся к наемникам, те отрицательно замотали головами.
Ну, ясно на что он намекает. Достаю золотой из стремительно пустевшего мешочка и показываю наемнику.
— Выгружай товар и он ваш.
Наемник чутка подумал,
