-Она была права. Наверное, ей лучше так, – вот в это я не поверила. Дэз что-то знала, но не собиралась говорить.
-Как ее звали? – странно, мы говорим в прошедшем времени. Понятно – я, для меня родители – прошлое, такое далекое, что я его и не помню. Но Дэз не видит в этом ничего странного. Или для нее непредельщик, покинувший организацию, больше не существует?
-Я не помню, – опять ложь, постоянно живущие в усиленном поле правды чувствуют слишком хорошо, когда им пытаются лгать. – Спросишь у безымянной, завтра.
-Вы помните, – я внимательно посмотрела на непредельщицу. – Все отлично помните, только не хотите мне говорить. В каком вопросе вы еще пытались мне солгать, Дэз?
-У нее не было имени, – сказала Дэз. Это было правдой. В графе «имя матери» в моем досье стоит буква «Н». Один из вариантов записи об отсутствии. Конечно, не все энергетические модели приняли данное им по умолчанию имя «Эми» с порядковым номером.
-Вы не лжете, – я медленно стала успокаиваться. Дэз действительно ее знала. Иначе бы заметила, что я переспрашиваю то, что она уже и так сказала. Конечно, для непредельщиков безымянные отличаются друг от друга. Я все-таки была права, энергетические модели действительно производятся на истинной основе. Конечно, ради эксперимента добавляли и другие элементы. Этих Эми не просто так десять штук сделали, ежу ясно – на каждой отрабатывали какую-то идею. А настоящего отца у меня вообще могло не быть. Как там Рингил говорил, что нужно для того, чтобы стать отцом… По крайней мере, не садистка, тут я хотела бы ошибиться, слишком часто такие вещи передаются по наследству. – Это хорошо, надеюсь, что будете честны и дальше.
-Я хочу, чтобы ты мне верила, – Дэз словно бы подметила во мне какую-то слабину. Думает, мой интерес к матери делает меня менее жесткой? Я просто хотела убедиться, что права в своих гипотезах. Вот и все. – Ты далеко не обычная де… не обычный демон, Мэлис. Если ты будешь с нами, а так будет, я бы хотела, чтобы ты чувствовала себя счастливой. Я не хочу видеть демона, который считает, что делает что-то против воли. Тем более тебя в такой роли. Те из нас, кто поняли наши идеи – они счастливы, Мэлис! Потому что именно нам, стоящим вне законов и общепринятых норм, удалось найти достойный смысл жизни для демона. Он в том, чтобы отыскивать преграды и рушить их.
Ну вот, теперь можно с чистой совестью возвращаться к Майку. Безумный Пророк требовал от меня смысла жизни. Теперь я его знаю. Только вот и о себе все знаю. Вряд ли кто-то может что-нибудь добавить. Разве что насчет полного исчезновения всей памяти за первые три года, но здесь причин может быть масса. Начиная от плохой притирки сознания к простой оболочке, что неудивительно, раз мне ее так рано дали, и заканчивая сознательным стиранием. Возможно, не хотели, чтобы я помнила о завершающих этапах формирования базовой личности. Это должно только в подсознании оставаться, так, чтобы не подкопались. А я удивлялась – и чего это оно у меня такое самостоятельное? А делать это незачем. Раз уже узнала, что являюсь творением непредельщиков, то какая разница, что это означает в расшифровке?
-Хочу верить, – машинально ответила внезапно проснувшаяся во мне синтегистка.
-Со временем, – Дэз вытащила из воздуха, то есть стопроцентно из карманного измерения, сложенный черный плащ. Именно черный, а не серый, как у непредельщиц. – Возьми, ты заслужила право его носить.
-А говорили, детских моделей нет, – ворча под нос, я застегнула на шее символ статуса. Неопределенного, но статуса.
-Его моя дочь носила, – призналась Дэз. Интересно, так этой тряпке несколько миллионов лет? А даже не пыльная. Свои джинсовки я выбрасываю, когда они сами начинают превращаться в пыль. Года через два после сотворения. А это явно делали с дополнительными функциями. Хороший плащик. Я натянула на голову капюшон. С предосторожностью, которая оказалась совсем не лишней. Похоже, Алана, дочка Дэз, обладала головой меньшего размера и более послушной шевелюрой. Да, и могла даже не вспоминать про такие вещи, как ожоги от излучателя на затылке. По той простой причине, что в то время излучателей еще не было. Интересно, с чем связан тот факт, что прогресс чисто демонической техники в последнее время ускорился до максимальной степени, и в основном – в областях исследовательских и прочих вред причиняющих? Или это просто так кажется?
-Не помню что-то исторического факта, – по возможности вежливо ответила я. Непредельские тряпки были в принципе удобными. Не ставить же в вину главному дизайнеру, что не предусмотрел возможность ношения его творения личностью в неисправной оболочке? А была ли Алана непредельщицей – на самом деле, до сегодняшнего дня никто этого точно не знал. – Все равно польщена, если для вас это чего-то означает.
-Мэлис, я с большим трудом верю, что ты не хейтерша, – Дэз тоже надела капюшон. Наверное, что-то этот жест обозначает, только я не знаю, что именно.
-Один вопрос: группа «Сознание» – не из первых призванных случаем состояла? – вопрос меня заинтересовал по чистому наитию. Дэз ошарашено кивнула. Было заметно даже в капюшоне. – Так вот, к ним все претензии.
Дэз продолжала находиться в неглубоком ступоре, бормоча себе под нос «как на последнем этаже…» и «что я им – девочка? Погулять вышла?». А я не виновата, что мне невоздержанные на язык демоны энное время назад проболтались о причинах моей крайней несдержанности.
-Да не относитесь вы к вопросу так серьезно, – непредельщицу мне было даже жалко, как любого большого начальника, впервые в жизни уяснившего на собственной шкуре, что чем выше сидишь, тем больнее падать. – Вы же не знали, что у ваших коллег свои планы на меня лично.
-Они мне больше не коллеги! – взорвалась непредельщица. Я мерзко, даже самой плюнуть захотелось, хихикнула:
-Конечно, не коллеги, разве что вместе в Хаосе окажетесь… что маловероятно. Не надо Вечной на глаза попадаться, и все обойдется. Хотя для вас и это не проблема.
Конечно, чтоб я да не в курсе была. Эту конкретную историю про Дэз знает даже тот, кто всерьез полагает, что Департаментом до сих пор первые правят. Пока что Дэз – единственная, кто избежал справедливого суда Вечной, даже если плюнуть на тот факт, что ее одну только и пытались публично осудить. Теперь Вечная умнее себя ведет с теми, кто в открытую и особо нагло плюет на закон.
-За дело, – злорадно произнесла Дэз. С такой интонацией, что мне стало завидно. – Только они и заслуживали того, что получили, если первых не считать.
-А чем вам первые не угодили? – в этом вопросе я была единодушна с собеседницей, но я-то полукровка, а Дэз – истинная…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
