— Ты не можешь вытереть даже собственное лицо.
— Ляг в постель, Рейчел, прежде чем ты упадешь.
Только теперь она заметила на его руке часы.
— Который час?
— Не знаю, — проговорил он, пытаясь поднять руку, но безуспешно. — У тебя что, срочное свидание?
Ей не следовало наклоняться к его часам. Неожиданно он сел на кровати и притянул ее к себе.
— Так лучше, — усмехнулся он, подвигая ее поближе.
— Притворщик. Ты не умер.
— Теперь умер. Это меня прикончило, — пробормотал он, перекидывая руку через нее, чтобы она не могла убежать. — Спи, Рейчел, еще не полдень.
Полдень… полдень… ей надо было что-то сделать в полдень.
— Уиллоу! — вскричала она, садясь. — Она должна позвонить. — Рейчел повернулась и сбросила его руку. — Если меня не будет дома, она приедет сюда, и тогда да защитит нас Бог!
С жалобным стоном он закрыл лицо рукой.
— Нас защитит Микки. Бог занят тем, что следит за моей шхуной. — Он поднял руку ко лбу и с любопытством взглянул на нее: — Ты боишься сестры? И мне тоже надо ее бояться?
Рейчел кивнула:
— Она бывает ужасной, когда рассердится.
— А почему она рассердится? Ты ведь большая девочка, Рейчел, и можешь провести ночь в доме мужчины.
— Но не в этом доме. И не с тобой.
С новым стоном и тем, что могло показаться героическим усилием, он сел. Потер лицо, поводил плечами, словно желая размять их, и про себя выругался.
Рейчел подобрала концы простыни и заковыляла к двери. Она остановилась, заглянула за дверной косяк и осмотрела коридор в обоих направлениях.
— Слушай, а где все?
— Если они достаточно сообразительны, то в другом крыле. — Совершенно голый, он с бесстыдным видом остановился за ее спиной.
Рейчел быстрыми шагами прошла по холлу, ведущему из Гобеленовой комнаты, когда Микки бросился ей наперерез. Ки наступил на волочившуюся за ней простыню, заставив резко остановиться.
— Я могу одеться без посторонней помощи, — заявила она, откидывая простыню и отправляясь на поиски своей одежды.
Скомканная блузка с запихнутым внутрь бюстгальтером валялась на столе, джинсы были брошены на пол у стены. Ей удалось найти всего один носок возле кроссовок, а трусиков вообще не было видно.
— Микки тебе кое-что принес, — доложил Ки.
Она повернулась и сначала посмотрела на Ки. Краска залила ее щеки. Он стоял посреди комнаты, все еще совершенно обнаженный, держа в руках свои джинсы.
Тогда она перевела взгляд на волка и увидела, что он сидит у дверей, вздымая хвостом облако пыли и сжимая в зубах ее трусики.
Она прыгнула к нему и после небольшой борьбы отняла трусики, перепачканные волчьими слюнями. Она набросила простыню на плечи, отвернулась от Ки и неловко натянула их на себя.
Потом взяла бюстгальтер и, опять отвернувшись, надела его под простыней. Микки принес ей блузку, и Рейчел, смахнув его слюни, накинула ее, позволив наконец простыне соскользнуть на пол.
Ки тоже влез в штаны и потянулся за рубашкой, когда возле двери с негромким стуком упал какой-то предмет.
Микки держал в пасти ее джинсы, а на полу перед ним лежало проклятое изумрудное колье.
Рейчел уставилась на него, не в силах пошевелиться.
У Ки такой проблемы не было. Он подошел, погладил Микки по голове, поднял колье и молча повернулся к Рейчел.
Рейчел выдернула джинсы и надела. Она не стала искать второй носок и, сев в кресло, надела кроссовки на босу ногу, засунув один носок в карман.
Когда она вытащила руку из кармана, в ней оказалась изумрудная сережка. Она подошла к Ки, бросила сережку в его ладонь возле колье, затем направилась к стене, через которую появилась здесь прошлым вечером. Отодвинула кусок лепнины, и панель открылась.
— Когда вы подойдете к такой панели в туннелях, просто нажмите на ее край, и она откроется, — сказала она Ки, наблюдавшим затем, как Микки исчез сквозь стену. — Проще всего обнаружить панели со стороны туннелей. Со стороны комнаты большинство панелей можно открыть, либо отодвинув лепнину, либо нажав на нее.
Она обернулась и посмотрела ему прямо в глаза:
— Когда вы будете обследовать переходы, то найдете довольно свежие следы. Они ведут от скал, находящихся внизу дома, в эту комнату. Я нашла следы мужчины и женщины. А маленькие следы от кроссовок мои. — Она подождала, но Ки было нечего сказать, и продолжала: — Очевидно, что другие люди знают о туннелях и в течение длительного времени пользовались ими. Я предлагаю повесить замок на ворота возле скал. Или взорвать их динамитом, — она, направляясь в прихожую.
Ки встал перед ней, все еще держа в руке изумруды.
— Ты действительно думаешь уйти отсюда без объяснений? — спросил он, протягивая ей драгоценности.
— Да, именно это я собираюсь сделать.
— Черт возьми, Рейчел, они были в склепе. В сейфе номер 16. — Он подошел к ней ближе, сунул изумруды в карман, затем схватил ее за плечи. — Гарнитур в сейфе номер 16 стоит свыше миллиона долларов.
Она улыбнулась ему:
— Поздравляю. Твое наследство растет не по дням, а по часам.
Он потряс ее за плечи, нахмурившись и прищурив глаза.
— Они были украдены из поместья во Франции почти семнадцать лет назад. Я хочу знать, где ты их нашла.
— Но не я их нашла, а ты.
Он встряхнул ее снова, на этот раз грубее, затем внезапно остановился, отпустил ее и отступил на шаг назад. Он провел рукой по ее спутанным волосам, всматриваясь в ее лицо, затем издал такой тяжелый вздох, что копна кудрей на ее голове взметнулась вверх.
— Это крупное воровство, Рейчел, — проговорил он тихо.
— Я не воровка.
— Где ты их взяла?
Рейчел тоже вздохнула.
— Ты можешь спрашивать меня сколько угодно, но мой последний ответ будет тем же, что и первый. Я не могу сказать тебе, Ки. Я не знаю, кто украл их первым, и знать не хочу.
— Только скажи мне, где ты взяла их.
— Нет. Это мой последний ответ. И конец дискуссии. Так что или дай мне уйти, или отведи меня в полицейский участок и подай иск. — Она вздернула подбородок: — Хотя я не представляю, какой иск ты можешь предъявить, если похищенные изумруды находятся в твоем склепе.
Он взял ее за подбородок и склонился к ее лицу:
— Это не игра, Рейчел. И если ты сейчас уйдешь из Саб-Роуз, это не решит твою проблему. Кого бы ты ни защищала, это не стоит тех неприятностей, которые я могу причинить тебе. Вместо того чтобы бороться со мной, позволь мне помочь тебе.
Рейчел молчала.
Ки сильнее сжал ее подбородок:
— Я знаю, что ты не крала оригиналы. Тебе в то время было лет четырнадцать? Но если эти следы принадлежат людям, которые их украли, то отстранение меня от поисков может быть опасным.
— Я не отстраняю тебя, я отстраняю себя. Все, Ки. Я иду домой и буду продолжать свою жизнь.
