Они вынесли на улицу блендер около часа назад и начали готовить дайкири прямо на крыльце, чтобы не пришлось каждые двадцать минут бегать в дом.
— Это будет как в старые времена, — засмеялась женщина. — Давай же, толкни меня.
Люк видел, как она приехала, и понял, что эта женщина — сестра Рейчел, Уиллоу. Они были очень похожи, хотя волосы Уиллоу были пострижены по последней моде до плеч, а ее одежда выглядела более деловой.
Но правда, не в данный момент — теперь Уиллоу имела вид куда более затрапезный. Да и Рейчел тоже. Они давно уже сбросили туфли, жакет Уиллоу висел на плечиках, а блузки обеих выбились из брюк и были покрыты клубничными пятнами.
Люк подвинулся, чтобы лучше видеть, как Рейчел, покачиваясь, спустилась по ступенькам, тоже со стаканом в руке и последовала за своей сестрой к качелям, привязанным к старому дубу на стороне дома, выходящей к океану.
Ах, к черту приличия! Ки и остальным мужчинам требовалось это показать хотя бы для того, чтобы напомнить им о том, что жизнь полна сюрпризов. Помимо шалостей Микаэлы, они уже целую вечность не видели такой импульсивной и непосредственной радости — особенно со стороны взрослых женщин.
Люк достал свой сотовый телефон и набрал номер Ки.
— Что случилось? — спросил босс.
— Я звоню, чтобы поблагодарить тебя за ужин, который ты мне прислал, — саркастически заметил Люк, прикрывая микрофон, чтобы Ки не расслышал, как Уиллоу громко рассмеялась, когда Рейчел вылила ей коктейль за шиворот, стараясь раскачать ее на качелях.
В трубке раздался вздох Кинана.
— Извини, мы все утро обследовали туннели. Я пришлю к тебе Питера с едой. Там все в порядке?
— Ты сказал, что хочешь знать, если она сломает ноготь на пальце, а как насчет того, что она в стельку пьяна?
В трубке воцарилось молчание. Минута. Две. Три. Потом — шепотом:
— Извини, ты сказал «пьяна»?
— Ее сестра приехала домой около трех часов, — сообщил Люк вместо ответа.
— Ты сказал «пьяна»? — повторил Ки еще тише.
— Сначала они покричали, — уточнил Люк. — Но затем Уиллоу выбежала из дома и бросилась к своей машине. Она достала из нее несколько корзинок с клубникой и отнесла их в дом. Они еще немного покричали, а потом все стихло.
— Люк! — прорычал предупреждающе Ки.
— Уиллоу Фостер очень даже ничего, — продолжал Люк. — И любит выпить. А Рейчел так много хихикала, что под конец охрипла. Клянусь, босс, если бы я не был таким дисциплинированным человеком, я бы присоединился к ним.
Телефон внезапно отключился. Люк улыбнулся и снова поерзал на своем месте, поудобнее устроившись на дереве и приготовившись следить за женщинами. В этот момент в желудке у него заурчало от голода, и он повесил голову, понимая, что сегодня ему предстоит провести вечер без ужина.
Совершенно онемевший от удивления Ки мог только сидеть, согнувшись, в кустах и смотреть, как Рейчел и Уиллоу Фостер бросают камушки в океан. На берег постепенно опускался туман, и хотя фонарей возле дома было достаточно для того, чтобы осветить всю лужайку, женщины не могли разглядеть, как старательно пускаемые ими снаряды ударяются о воду.
Сначала они несколько минут искали подходящий камушек, споря, чей камушек лучше, затем замирали, когда он пролетал по воздуху. Каждый всплеск сопровождался победным возгласом, а затем оживленной дискуссией о том, пролетел ли он дальше предыдущего или нет.
Состязание длилось минут двадцать.
— Боюсь, что твоя женщина быстро пьянеет, — прошептал Дункан, стоя рядом с Ки, и добрая усмешка, прозвучавшая в его голосе, смягчила неуважительное замечание.
Ки посмотрел в сторону дома и насчитал пять подносов с кубиками льда, семь пустых корзинок от клубники и две пустые бутылки рома, разбросанные по земле и на крыльце. Он перевел взгляд на Дункана.
— Послушай, я тоже быстро пьянею. — Он покачал головой. — Завтра их ждет тяжелое похмелье. — Он обернулся к Люку, стоявшему в тени. — Ты ничего не разобрал из того, что кричала Уиллоу, когда приехала? Не знаешь, о чем они спорили?
— О каком-то свидании с парнем по имени Ларри Дженкинс, — с усмешкой доложил Люк. — И я слышал, как они раз или два выкрикнули твое имя.
Ки удовлетворенно хмыкнул. Он был уверен, что без упоминания его имени тут не обошлось.
Микки завыл и попытался прорваться вперед сквозь кусты к женщинам. Ки схватил его за загривок, чтобы удержать на месте.
— Не надо, — сказал он твердо. — Пусть они повеселятся.
— Ты заметил, как он полюбил Рейчел? — спросил Дункан.
— Заметил, — признался Ки со вздохом. Даже волк поддался ее чарам.
— Говорят, что животные хорошо разбираются в людях, — продолжал Дункан тихо. — Дети тоже обладают этим даром. Интересно, что подумает о Рейчел Микаэла.
Ки не попался на удочку. Женщины наконец начали уставать от марафона по поглощению дайкири, бросания камушков и распущенного поведения. Теперь они вытянулись на траве, раскинув руки в изнеможении и уставясь на звезды, медленно исчезающие в тумане, и тихо беседовали.
— Если они уснут, то простудятся, — озабоченно прошептал Дункан в своей обычной манере курицы-наседки.
В желудке у Люка заурчало, и он наконец поднялся, держась в тени клена.
— Я голоден, — проговорил он, поглаживая живот. — Похоже на то, что шоу окончилось. Я возвращаюсь домой. Ты хочешь, чтобы я прислал Мэтью приглядывать за ними?
Ки сказал Люку, что он может уйти, еще более часа назад, когда появился с Дунканом и Микки, но Люк не ушел.
— Нет, я сам останусь до конца, — ответил Ки. — Дункан, возьми с собой Микки.
Дункан тоже встал, но заколебался.
— Тебе понадобится куртка.
Ки отрицательно покачал головой:
— Я согреюсь на диване у Рейчел.
— Ты собираешься спать в ее доме?
Ки кивнул в сторону женщин:
— Ты действительно думаешь, что они заметят, что я у них в доме? Как только их головы коснутся подушки, их не сможет разбудить целая армия.
Дункан хлопнул себя по ноге и прищелкнул языком:
— Пошли, Микки. Идем домой.
Микки взглянул на Дункана, потом на женщин и завыл.
— Иди, — приказал Ки, подталкивая его коленом.
В конце концов Дункану пришлось схватить волка за загривок и оттащить назад, на тропинку к Саб-Роуз.
Ки повернулся и расположился на клене, где раньше сидел Люк. Он увидел, что женщины сидели и все еще беседовали, и покачал головой.
Рейчел Фостер определенно была полна сюрпризов. Когда она не пыталась заставить мир считать ее милым, серьезным, достойным членом общества, то нападала на него в библиотеке, лгала в глаза, а затем снова атаковала его своим горячим, вкуснейшим и очень страстным ртом.
