Глава 25
Когда ранним солнечным утром на аэродроме, расположенном в тридцати километрах от Штеттина, тревожно заревели сирены, обер-лейтенант Ганс Вайденбауэр безмятежно спал.
Первый раз за пять лет военной службы ему снился маленький городок Зоммерфельд с его черепичными крышами и улицами, утопавшими в зелени каштанов. Там он родился накануне Первой мировой войны. Там он не был с самого начала Второй мировой. И по закону подлости именно в тот момент, когда затерявшиеся в глубинах памяти приятные воспоминания всплыли в его окутанном крепким сном сознании, раздался этот противный пронзительный звук!
– Какого черта! – воскликнул Ганс, вскакивая с кровати и протирая ладонями заспанное лицо.
Два громких взрыва, раздавшихся в отдалении, окончательно привели его в чувство.
В коридоре послышался топот десятка ног. Дверь в комнату распахнулась, и на пороге возник лейтенант Эрик Хешфер, его ведомый.
– Ганс, скорее собирайся! Поступила срочная команда на взлет!
– Что за спешка, Эрик? И что это за взрывы? Отсюда до линии фронта почти тысяча километров!
– Майор фон Харфиш сказал, что с нашего аэродрома буквально только что неизвестные угнали бомбардировщик «Дорнье-217»! Представляешь, под самым носом у часовых и полусотни эсэсовцев, приехавших прошлой ночью из гарнизона для усиления охраны! Подозревают, что это русские диверсанты. Ну, те, о которых вчера предупреждали! Наша задача – посадить этот самолет или сбить!
– Вот как? – удивленно вскричал Вайденбауэр. – Это меняет дело! И я уже не злюсь, что не успел досмотреть свой сладкий сон!
Быстро одевшись, он следом за Хешфером выскочил на улицу и побежал к своему «Мессершмитту», на борту которого был изображен крылатый дракон, так поразивший воображение Федора Воронина.
Как и предполагал Отто фон Камп, две глубокие воронки в конце взлетно-посадочной полосы не помешали пилотам Люфтваффе взлететь, и вскоре четверка истребителей под командованием обер-лейтенанта Вайденбауэра была в воздухе, взяв курс на юг. Именно в этом направлении, по свидетельству многочисленных очевидцев, скрылся разыскиваемый бомбардировщик.
Несмотря на некоторое преимущество в скорости, немецкие истребители не смогли обнаружить «Дорнье», имевшего небольшую фору по времени, до того как он повернул на восток. К тому же наземные станции слежения за воздушными целями в данном районе отсутствовали. Поэтому звено «Мессершмиттов», сохраняя боевой порядок, попросту проскочило мимо, направляясь все дальше на юг!
Большую роль сыграло и солнце, лучи которого слепили немецких летчиков с левой стороны и, одновременно с этим, по странному контрасту будто обволакивали беглый бомбардировщик, сделав его почти невидимым для преследователей.
Пролетев почти сто километров по прямой, обер-лейтенант Вайденбауэр понял, что цель изменила курс. Связавшись с ближайшим аэродромом и узнав, что патрульные истребители никого не обнаружили, он отдал команду повернуть на северо-восток.
Запаса имевшегося в баках истребителей горючего изначально должно было хватить на четыреста километров полета. Поэтому, произведя в голове нехитрые подсчеты, Вайденбауэр решил, что если через пятнадцать-двадцать минут они не догонят искомый бомбардировщик, то он отдаст своей группе приказ возвращаться на базу.
Конечно, когда топливо будет на исходе, можно совершить экстренную посадку на аэродромах близ Варшавы или Белостока, но обер-лейтенант не хотел доводить дело до крайности и без серьезной необходимости рисковать машинами и людьми. По истечении следующих десяти минут Вайденбауэр связался с Хешфером, сообщив ведомому о своем решении.
– Я понял, шеф! – именно так лейтенант обращался к своему командиру во время полетов. – Только возвращение придется отложить!
– Почему, Эрик?
– Посмотри вперед! Видишь, немного левее солнца движется темная точка? Даю голову на отсечение, что это «наш» самолет!
– Я не такой зоркий, как ты! Но вроде что-то наблюдаю! – Обер-лейтенант прищурился и машинально вытянул голову вперед, затем передал приказ: – Всем следовать со мной, скорость максимальная!
«Мессершмитт-109» Ганса Вайденбауэра, подобно крылатому дракону, изображенному на фюзеляже, устремился за своей добычей. Три другие машины держались немного позади.
Вскоре темное пятно стало приобретать вполне четкие очертания самолета.
– Шеф! – раздался в шлемофоне возбужденный голос Хешфера. – Это «Дорнье»! Его сложно с чем-то спутать!
– Не кричи, Эрик! – недовольно ответил Вайденбауэр. – Я чуть не оглох!
И, обращаясь уже ко всем, продолжил:
– Слушайте приказ! Разделимся на пары! Мы с Хешфером заходим на бомбардировщик справа. Попробуем вынудить его приземлиться. Курт и Фридрих! Пристройтесь ему в хвост и ждите моей команды. Если всем все понятно, тогда вперед!
* * *
Макс, убаюканный ровным гулом авиационных двигателей, слегка расслабился, но продолжал периодически окидывать взглядом горизонт. Вначале он не обратил внимания на истребители противника, издали приняв их за больших птиц. Но когда «птицы» приблизились, он понял свою ошибку и, едва не вывихнув шею, закричал:
– Андрей! Сзади справа приближаются вражеские самолеты в количестве четырех штук!
– Хорошо, Макс! Если откроют огонь, то покажи им, где раки зимуют!
– Хорошо спать у жены под боком! – негромко сказал Макс, обращаясь к самому себе, и совсем некстати вспомнил фрау Марту.
Отто, слышавший краткий разговор разведчиков, повернулся к Андрею.
– Андрэ! – назвал он Седова по имени на французский манер. – Если мы не будем защищаться, то нас собьют за полминуты!
– Кто сказал, что мы не будем защищаться?
– Только что ты сам, когда зачем-то предложил своему другу показать пилотам истребителей место, где зимой живут раки!
– Извини, Отто! Забыл, что ты не всегда понимаешь великий русский язык! Это я образно выразился про раков! Но Макс меня понял, поэтому не переживай!
– Я не переживаю, просто не хочу быть легкой мишенью для своих бывших коллег!
– Вот как! Пилотов Люфтваффе ты уже называешь «бывшими коллегами»! Такими темпами через пару дней будешь считать их врагами!
Тут снова раздался голос Макса:
– Немцы разделились! Двое пристроились нам в хвост на приличном расстоянии, явно чего-то ждут! Другая пара набрала высоту и идет прямо над нами!
Отто задрал голову вверх, осмотрелся и увеличил скорость. Четверка преследователей сделала то же самое. Впрочем, долго играть в кошки-мышки они не собирались.
Пара истребителей, занимавшая верхний эшелон, осуществила маневр снижения и теперь следовала с бомбардировщиком параллельным курсом. Один летел немного сзади. Другой «Мессершмитт», на фюзеляже которого был изображен дракон, сблизился с «Дорнье» настолько, что можно было, не напрягая зрения, наблюдать за жестикуляцией и выражением лица летчика.
– Это самолет, которым восхищался наш сержант! – сообщил Андрей.
Отто повернул голову вправо и встретился взглядом с пилотом истребителя. Тот поднял левую руку и помахал ею в знак приветствия. Отто ответил таким же жестом. Андрей удивленно посмотрел на него. Не дожидаясь вопроса, фон Камп пояснил:
– Мы знакомы! Это Ганс Вайденбауэр, летчик-ас! Сбил шестьдесят самолетов противника, недавно награжден рыцарским крестом!
– Так вы друзья?
– Нет! Но мы вместе сражались в небе над Англией!
– И как, успешно?
– Не очень! Однажды я чуть не рухнул в Ла-Манш, а Ганс разок в нем искупался!
– Смотри, он опять что-то показывает!
Действительно, Вайденбауэр делал рукой энергичные жесты по направлению к земле.
– Он требует, чтобы я посадил самолет на ближайшем аэродроме!
– Держи карман шире! – обращаясь к Гансу, воскликнул Седов и показал тому кукиш.
Затем, посчитав, что этого недостаточно, Андрей для убедительности погрозил ему кулаком и, обхватив правой кистью ребристую рукоятку, положил указательный палец на гашетку авиационного пулемета, установленного перед ним в носовой части кабины. Впрочем, «Мессершмитт», как упоминалось выше, летел сбоку и пока не попадал в зону поражения.
Удивленный и явно обескураженный Вайденбауэр покачал головой, и его истребитель, в сопровождении ведомого, отвалил в сторону.
Отто, за несколько последних дней окончательно ставший фаталистом, на этот раз не стал пожимать плечами, а широко улыбнулся и спокойным голосом, словно речь шла о совершенно посторонних вещах, сообщил Седову:
– Скоро они начнут атаку и попытаются нас сбить! Более того – они просто обязаны нас сбить! Четыре истребителя, за штурвалами которых сидят профессиональные летчики с боевым опытом, с одной стороны – и один бомбардировщик, где в роли стрелков выступают майор Абвера, танкист и сержант-парашютист, с другой! Расклад не в нашу пользу!
