К’ирсан ощутил озноб. С крылатыми ящерами он успел познакомиться очень близко, и воспоминания остались самые неприятные. Постоянно казалось: вот-вот вся голосящая стая кровожадных хищников поднимет головы и увидит Кайфата.
До капитана вдруг дошло, что наблюдаемое им зрелище совершенно необычно. Вряд ли такое количество драконов слишком часто собирается вместе — значит, происходит нечто важное: то ли обсуждение какого-то серьёзного вопроса, то ли встреча с явно непростым гостем.
А ещё Кайфат поймал себя на мысли, что совершенно не воспринимает происходящее как сон. С ним ведь уже случалось нечто подобное. Он засыпал и становился свидетелем некоего важного события, а потом… потом обязательно появлялся Рошаг, и начинались неприятности. Капитан завертел головой, разыскивая возродившегося лога.
В это время среди ящеров возникло некое подобие порядка, шум стих, и на небольшой камень прямо под уступом с К’ирсаном взобрался зеленошкурый дракон. Размером он был много меньше своих сородичей, отчего казался настоящим карликом. Зато аура его полыхала как лесной пожар, не оставляя никаких шансов конкурентам. Мар’хуз знает, как называют курразы своих чародеев, но то, что это был именно он, сомнений не вызывало.
Шаман драконов оглядел собравшихся сородичей, клацнул зубами, а потом вдруг задрал голову и заревел. От неожиданности невидимый для всех К’ирсан дёрнулся и едва не сорвался со своего уступа.
Из глотки курраза вырвался столб дыма, который с каждым мгновением чернел, обретал густоту и плотность. Когда его скопилось достаточно, шаман захлопнул пасть и, дёрнув башкой, захлопал крыльями. От магического взора К’ирсана не укрылось, как сложное плетение взбаламутило облако дыма, заставив образовать в воздухе гигантский семиугольник, вписанный в круг и заполненный множеством мелких значков. Истинных среди них Кайфат не увидел.
В передней лапе драконьего чародея возник шар света, и он швырнул его в центр колдовского чертежа. Полыхнуло огнём, и К’ирсан вдруг узнал ритуал, испытав оттого сильнейшее потрясение. Сейчас перед ним происходило невозможное: курраз проводил тёмный обряд призыва сущности из иных планов бытия. Знания, давным-давно извлечённые из костяного амулета, не оставляли иных толкований. И это Светлые силы, хфурга вам в глотку?! Начало стремительно холодать. Вроде бы лишённый тела, Кайфат ощутил, как когти стужи царапают кожу. Разлитая вокруг Сила пришла в движение, вливаясь в открывшиеся на месте рисунка врата. Тот, кого ждали драконы, требовал для перехода немало энергии. К’ирсан отстранённо подумал, что предпочёл бы оказаться отсюда как можно дальше.
Толпа курразов пришла в движение, а шаман и вовсе торжествующе заревел. Из центра круга вызова с влажным хлюпаньем вырвалось облачко белесого тумана, обернувшееся до омерзения знакомым черепом переродившегося дракона-лога.
Рошаг, чтоб ему сгинуть в Бездне!
Давний враг К’ирсана неторопливо обежал взглядом ряды младших сородичей, пока не остановился на почтительно замершем маге драконов.
— Кто вызвал меня? — прогрохотал прямо в голове голос Рошага.
— Приветствуем нашего старшего собрата! Тысячи лет прошли с тех пор, как властители Междумирья последний раз почтили своим присутствием земли нашего народа, — выдал шаман, припадая на передние лапы. — Да будет славен этот день!
До К’ирсана докатились отголоски злой радости лога. Тьма в его глазницах ожила, готовая пожрать любого.
— Зачем я понадобился… младшим братьям?
— Мы просим покровительства. Наш народ вырождается — не только молодёжь, но и старики забыли о прежнем могуществе, — с жаром сказал шаман. — Помоги вернуть утраченное!
— Какие громкие слова, — сказал Рошаг с тихим смешком и уже иным тоном потребовал: — А вот меня больше волнует — откуда вы про меня узнали? Отвечай!
Голос лога хлестнул бичом. Чародея курразов выгнуло дугой, вырвав гортанный вскрик:
— Случайно, старший! Совершенно случайно! Просто несколько братьев столкнулись в бою с одним человеком, а у того на ауре был заметный отпечаток драконьей крови. Позже выяснилось, что в нашем Роду никто не погиб, а значит, кхорр убил гостя. Гостя из-за грани между мирами.
— И вы решили вызвать дух погибшего дракона?! Рискуя призвать нечто более жуткое и опасное? — спросил Рошаг и захохотал. — Похоже, в ваших жилах ещё осталось несколько капель нашей крови! Так чего же вы хотите, младшие братья?
— Старший, тебя… убил… этот человек?
Перед кругом вызова появилась иллюзия крепостной стены, где в окружении языков пламени, олицетворяя смерть и разрушение, стоял какой-то маг. В нём К’ирсан с трудом узнал себя и самокритично отметил, что после такого зрелища он готов самолично повесить на шею бирку злодея.
Иллюзию Рошаг изучал недолго. Жутко зарычав, он вновь обернулся облаком густого дыма, которое стремительно разрослось. Внутри гремел гром, сверкали алые вспышки, пока беззвучный взрыв не разнёс лога в клочья. Возникла иллюзия чёрного камня, на котором свернулся клубком костяной дракон.
— Убил?! О нет, он превратил меня в то, чем я сейчас являюсь. В уродливую тварь, которой осталась одна лишь месть. — Рошаг больше не кричал. Он лишь шептал, но каждое его слово было слышно абсолютно всем, кто собрался вокруг шамана. — Да… Месть!!!
Внезапно, один за другим, драконы начали склонять головы перед мёртвым логом.
— Приказывай, старший, твоя воля для нас священна. Открой тропу своей мести, и мы пойдём по ней, куда бы нас она ни завела! Приказывай!!!
Могучие, хитрые и коварные ящеры превратились в толпу фанатиков. С пугающей убеждённостью они вновь и вновь повторяли своё «приказывай», всё сильней и сильней распаляясь. Было в этом что-то жуткое, запредельное.
— Да, братья мои, да-а-а! — заорал Рошаг, пересиливая рёв обезумевших курразов. — Я укажу вам путь… нет, не для мести… Для возмездия!
Сжав кулаки, К’ирсан изо всех сил молил Тьму, Свет, Бездну и всех богов и демонов вместе взятых уничтожить проклятого Рошага, стереть с лица земли, сжечь, а пепел развеять по ветру. Как же сильно он этого желал! Ведь если бы не ненавистная тварь, то ничего не было: боли, страданий, бесконечных смертей и… одиночества. Вот он, корень всех зол, точка, откуда началось падение в ад. Рошаг!!!
Глаза начало жечь, по щекам потекли горячие капли. К’ирсан провёл ладонью, но это оказались вовсе не слёзы — кровь, чёрная, отравленная ненавистью кровь.
— Да будь ты проклята, мерзкая тварь! — Кайфат посмотрел на Рошага и наткнулся на ответный взгляд.
Мёртвый дракон знал о незримом присутствии своего заклятого врага и… улыбался. К’ирсану даже показалось, что он слышит отголоски безумного смеха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
