— Друзья мои. — Алланон поднялся, величественно распрямляясь по весь свой семифутовый рост, и его зычный голос заглушил негромкий гул голосов. В комнате мгновенно наступила тишина, все повернулись к нему. — Друзья мои, я должен сказать вам то, чего пока не говорил никому. Мы понесли трагическую потерю.
Он помолчал и по очереди оглядел взволнованные лица.
— Паранор пал. Отряд карликов под командованием Повелителя чародеев захватил меч Шаннары!
Пару секунд висело гробовое молчание, а потом все гномы вскочили на ноги и зал наполнился их сердитыми криками. Балинор тоже поднялся, пытаясь успокоить возмущенное собрание. Ши с Фликом недоверчиво переглядывались.
Только Мениона, казалось, ничуть не впечатлило печальное известие, он не сводил пристального взгляда с человека, сидящего во главе стола.
— Паранор захватили изнутри, — продолжал Алланон, после того как все немного угомонились. — Судьба защитников крепости и меча в точности не известна. Мне сказали, что все они были казнены. Никто толком не знает, как это произошло.
— А вы были там? — вдруг брякнул Ши, в то же мгновение осознав глупость своего вопроса.
— Я так внезапно покинул ваш Тенистый Дол именно потому, что получил сообщение о готовящейся попытке отбить Паранор. Но я прибыл слишком поздно, чтобы помочь тем, кто был внутри, и сам едва избежал гибели. Это одна из причин моего опоздания в Кулхейвен к назначенному сроку.
— Но если Паранор пал и меч Шаннары захвачен?.. — Произнесенный шепотом вопрос Флика зловеще повис в воздухе.
— Что же теперь делать? — хрипло закончил за него Алланон. — Это главный вопрос, на который мы должны дать ответ без промедления, ради этого и собрался Совет.
Неожиданно Алланон встал со своего места во главе длинного стола и направился к Ши. Подойдя к юноше, он встал за его спиной, положил широкую ладонь на худенькое плечо южанина и сурово оглядел внимательные лица слушателей.
— Меч Шаннары бессилен в руках Повелителя чародеев. Поднять его может лишь потомок рода Джерла Шаннары, только это и мешает дьяволу нанести смертельный удар. Дожидаясь своего часа, он методично выслеживал и уничтожал потомков королевского рода, поодиночке, одного за другим, даже тех, кого я пытался защитить, всех, кого мне удалось разыскать. Ныне все они мертвы, все, кроме одного. Это юный Ши. Он эльф лишь наполовину, однако перед вами прямой потомок короля, который много лет назад владел великим мечом. Теперь настал его черед поднять легендарный меч.
Если бы не сильная рука, удерживающая его за плечо, Ши не раздумывая метнулся бы к двери. Он с отчаянием взглянул на Флика и увидел в глазах брата отражение собственного страха. Менион стоял неподвижно, но и на него мрачное заявление Алланона явно произвело сильное впечатление. Казалось, грозный великан хотел возложить на хрупкие плечи южанина ношу, непосильную для обычного человека.
— Что ж, кажется, наш юный друг немного обескуражен. — Алланон коротко хохотнул. — Не падай духом, Ши. Все не так плохо, как тебе может показаться на первый взгляд.
Он резко развернулся, снова прошел к своему месту во главе стола и оглядел собрание.
— Мы должны вернуть меч любой ценой. Иного выхода нет. Если мы потерпим неудачу, все народы окажутся вовлеченными в самую страшную войну, какой не знали с тех самых пор, когда две тысячи лет назад лишь чудом сохранилась жизнь на земле. Меч — наше спасение. Без него нам вновь придется призвать на помощь всю свою силу, всю доблесть и отвагу, а бряцание оружием приведет лишь к бесчисленным жертвам с обеих сторон. Повелитель чародеев — это само зло, и победить его невозможно без помощи меча и… горстки смельчаков, и этими смельчаками должны стать мы.
Он снова замолчал, оценивая, какое воздействие оказали его слова. С сомнением оглядывал историк мрачные лица глядящих на него людей, в комнате повисла звенящая тишина. Неожиданно на дальнем конце стола поднялся Менион Лих и открыто посмотрел в глаза великану.
— Так ты предлагаешь нам отправиться за мечом в Паранор?
Алланон медленно кивнул, на губах его играла легкая улыбка. Глубоко посаженные глаза мрачно поблескивали из-под кустистых бровей, пристально вглядываясь в испуганные лица. Менион медленно опустился на скамью, на его лице было написано явное недоверие, а Алланон тем временем продолжал:
— Меч по-прежнему в Параноре и, скорее всего, там и останется. Ни Брона, ни посланники Черепа не могут сами вынести оттуда талисман, одно его присутствие является проклятием для их бесконечного пребывания в мире смертных. Стоит им пробыть рядом с мечом хотя бы несколько минут, как их охватывает жесточайшая боль. А это значит, что любая попытка переправить меч на Север, в королевство Черепа, должна осуществляться с помощью карликов, захвативших Паранор.
Эвентину и его эльфийским воинам было велено присматривать за крепостью друидов и мечом. Хотя Паранор для нас потерян, эльфы пока удерживают южные оконечности Стрелехейма к северу от крепости, а значит, при любой попытке отправиться на Север, к Властелину тьмы, придется пробиваться через их патрули. Очевидно, Эвентина не было в Параноре, когда захватили крепость, и у меня нет причин не верить, что он приложит все силы, чтобы вернуть меч, или, по крайней мере, воспрепятствует любой попытке увезти его. Повелитель чародеев это понимает, и я сомневаюсь, что он рискнет потерей оружия, приказав карликам привезти его. Вместо того он сам засядет в Параноре и останется там, пока его армия не придет на Юг.
Не исключено, что Повелитель чародеев не ожидает с нашей стороны попытки вернуть меч. Скорее всего, он надеется, что весь род Шаннары истреблен. Возможно, злодей ожидает, что мы сосредоточимся на укреплении защитных рубежей перед его вторжением. Если мы будем действовать не мешкая, небольшой отряд сумеет проскользнуть в Башню незамеченным и унести меч. Не скрою, план опасный, но, если существует хотя бы призрачная надежда на успех, рискнуть стоит.
Балинор поднялся с места, дав понять, что хочет обратиться ко всему собранию. Алланон торжественно кивнул и сел.
— Хоть я и не знаю, какой властью обладает меч над Повелителем чародеев, — начал рослый воин, — зато хорошо знаю, с какой опасностью мы столкнемся, если армия Броны вторгнется в Южные земли и Анар, а по нашим донесениям, именно это они и собираются сделать. Моя родина первой окажется лицом к лицу с этой угрозой, и, если я могу хоть как-то предотвратить вторжение, я не вижу для себя иного пути. Я иду с Алланоном.
При этих словах гномы снова повскакали с мест и восторженно закричали. Алланон встал и поднял руку, требуя тишины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
