Ее пламенная речь никак не заставила других сельчан взять оружие и присоединиться. Но стало бы глупостью рассчитывать на что-то иное. Замир распорядился собрать у мертвых упырей документы. Сам он в это время разбирался с захваченным оружием и оборудованием. Скендер помогал ему с винтовками.
Бехира привязали к столбу контактной линии перед парковкой, развернули спиной к улице и прицепили лист с надписью «предатель». Мулла просил воды, кричал, что не виноват, молил о пощаде, а потом перешел к угрозам и требованиям отпустить его. Башким заткнул ему рот какой-то тряпкой из кафе.
Иллка удивилась, что вот уже почти час прошел, а со стороны Врат или города не появились городские солдаты на броневиках. Неужели никто не сообщил о случившемся. Так долго удача длиться не может.
Из вагончика спрыгнул Скендер и побежал к ним, в кафе:
— Дефрим, тебя зовет Замир. Ты же по-английски хорошо говоришь.
— Иду, — буркнул торговец и передал Иллке несколько пластиковых идентификационных карт, которые вытащил из одежды убитых. Одна была заляпана кровью.
Окна и двери кафе были распахнуты настежь, так что вонь понемногу выветривалась. Иллка вышла на улицу и села на порог кафе. На одной из карточек она прочитала фамилию Штайн. С фото на нее смотрел средних лет мужчина, смуглый, как и ее односельчане, с курчавыми волосами. Вроде бы Ринор отрубил его голову второму по счету. Она зашла в кафе и поискала ее. Точно, голова лежала возле окна. Иллка подняла ее за волосы, такие жесткие и короткие, что пришлось помогать второй рукой. Башким хотел задать ей вопрос, но передумал.
Она несла голову перед собой, вытянув руки, чтобы не запачкаться, так как что-то сочилось с места среза.
Иллка подошла к Бехиру и ткнула ему в лицо этим трофеем:
— Вот и твой Штайн, Бехир.
— Тварь! — вскрикнул мулла, выплюнувший кляп, что заставило ее подумать о том, что Башким даже с таким простым делом не смог справиться нормально. — Убери это от меня. Аллах накажет тебя!
— Обязательно. Но позже. А ты пока полюбуйся на него, — она положила голову Штайна так, чтобы взгляд Бехира не мог пройти мимо.
Из вагончика выпрыгнул озадаченный Замир, за ним спустился Дефрим.
— Иллка, подойди сюда.
Она подчинилась, думая, что Замир станет ругать ее за голову и Бехира, но тот удивил ее:
— Голова у тебя соображает хорошо, так что давай посоветуемся
Ей стало неуютно: впервые в жизни мужчина так высоко оценил ее способности. Ее, глупой, толстой Иллки, которая только и умеет варить пиво и гнать ракию. Она ответила:
— Не так уж и хорошо…
— Хватит, по рации упыри скомандовали выдвигаться в сторону города.
— Кому?
— Похоже, что Замир тебя перехвалил, — усмехнулся Дефрим.
— Этим упырям, которых мы в гостинице порешили, — Замир обладал удивительной способностью говорить спокойно и вдумчиво. — Что-то у них в Урошеваце случилось, код какой-то на общем канале объявили.
Иллка не поняла про общий канал и код, но то, что у упырей в городе проблемы объясняло отсутствие реакции на их атаку.
— Мы планировали прорываться через Врата, но меня посетила мысль, что можно сделать это без лишнего шума. Сейчас погрузимся и поедем, куда приказали, так что подозрений не вызовем. А там фермы рядом.
— Ты хочешь захватить ферму и дать пленным оружие?
— Да. Заодно попробуем заложников взять. Если повезет.
— Хороший план, — кивнула она. — Если сейчас к Вратам двинем, то там поймут, что что-то не так. И встречать будут наготове, а если к городу двинем, то выиграем время.
Дефрим посмотрел на нее с непонятной усмешкой:
— Жить-то хочется?
— Хочется, — честно ответила она и вдруг с вызовом спросила:
— А тебе?
— И мне тоже, — усмешка сменилась почти доброй улыбкой. — Может, хоть на ферме найдутся желающие поквитаться с кровососами.
Иллка не знала, что еще сказать, и Замир вывел ее из замешательства:
— Скажи парням, пусть готовятся к отъезду и тебе помогут Букерош убрать. Не надо ей с упырями в зале лежать.
— А с этим что? — Дефрим показал на муллу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А вот что, — раздался выстрел, и Башким подошел к повисшему на веревках мулле. Муж Иллки плюнул на мертвеца и с каким-то удовольствием заявил, — сдох. Жаль, что сразу, но мы же уезжаем, Замир?
— Да, — Иллка заметила, что тому не очень понравилась выходка Башкима, но осуждать его он не стал.
Когда она вернулась в кафе, то Ринор закончил процедуры по отделению голов и сел на чистый стул, чтобы отдохнуть. Иллка передала команду Замира и просьбу помочь с телом Букерош. Согласился Ринор, неожиданно высказавший здравую мысль:
— Отнесем ее в холодильник. Родственников у нее здесь нет, все далеко разъехались, когда узнают — неизвестно, а так тело хоть гнить не начнет.
Иллка поблагодарила его за помощь, хотя Букерош показалась ей не тяжелее бочонка с пивом, максимум килограмм пятьдесят. Но все же вдвоем перенести легче, да и не пришлось тащить по полу.
Замир сел в кабину грузовика, где была рация, Дефрим составил ему компанию, так как лучше остальных понимал и разговаривал по-английски. В магазинчик частенько заходили горожане, так что в практике недостатка он не испытывал.
Иллка села во вторую машину. Башким оказался рядом с ней. Грузовики тронулись с места, и ее муж заявил:
— Аллах помогает праведным. Аллах бережет нас. Аллах показывает тебе, женщина, свою любовь и расположение, ибо ты жена моя, жена истинного воина.
Иллке стало стыдно и смешно, когда она услышала это бахвальство. Еще вчера Башким, словно потерявшийся щенок, не знал, что делать, а теперь, после того, как пристрелил муллу и кровососа, превратился в великого бойца. Интересно, как он поведет себя, когда противник начнет сопротивляться, а их удача закончится, так как опыт Иллки подсказывал, что везение не может длиться бесконечно.
Напротив Иллки сидел Фламер, среднего роста мужчина с короткой бородкой, он с неодобрением посмотрел на Башкима и сказал:
— Плохо, что ты позволяешь своей бабе влезать в мужские дела, Башким. Она нужна только для того, чтобы детей рожать, но в твоем случае я вообще не понимаю, как они у вас получились, потому что она уж больно на мужика похожа.
В фургоне повисла тишина, Иллка сжалась изнутри — ей стало до слез обидно услышать подобное, особенно после того, как сам Замир похвалил ее. Скендер попытлася разрядить обстановку:
— Ты не прав, Фламер, нельзя так о сестре говорить…
Башким вскочил с кресла и ударил Фламера в лицо кулаком, радался хруст — он угодил в переносицу, затем крик боли. Башким сжал горло Фламера второй рукой и сказал:
— Еще хоть слово из твоей поганой пасти об Иллке, и я отправлю тебя к Бехиру, тварь!
Иллка с изумлением наблюдала за своим мужем. Он, конечно, больше беспокоился о своем достоинстве, так как оскорбляя ее, Фламер оскорбил и его, но все же такая реакция поразила ее. Башким преображался на глазах, так что она даже подумала, что, может, он и достоин уважения. Муж держал Фламера за горло и спросил:
— Ты все понял, урод?
— Да, — просипел тот.
— Ну и отлично, — Башким разжал пальцы, вернулся на свое место и демонстративно положил винтовку на колени. Обидчик Иллки начал вытирать кровь с лица и одежды, старательно отводя взгляд в сторону. Скендер сказал:
— Братья, не надо вражды между нами. Она только упырям на руку. Будьте сдержанее. Тебя, Фламер, это касается в первую очередь. Вспомни, кто предупредил нас о том, что Бехир предатель, вспомни, кто придумал отравить упырей! Если бы не сестра наша, Иллка, то мы бы уже в этом фургоне ехали. Только не с оружием в руках, а связанными и плененными.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Иллка понимала, что Фламер привык к иному женскому поведению, что нормы ислама не приветствовали то, как она себя вела, но иногда все же нужно думать головой, что говоришь и в какой ситуации. Она повернулась к мужу и прошептала:
— Спасибо.
— Я не мог по-другому, — ответил Башким, не сводя глаз с Фламера, но тот потерял боевой настрой, к тому же никто из группы не поддержал его.
