он слева, а не справа.
* * *
Новозаводск, на следующий день
Зима выдалась холодной. Камаз угля, который заказал дед ещё по осени, быстро заканчивался. Но Женя, раз его дом сгорел из-за разборок с Прапором, сказал, чтобы уголь брали у него, всё равно будет лежать без дела.
Так что когда я свернул на свою улицу, увидел, как Кирилл с нагруженной углём тачкой пересекал дорогу от двора Жени до нашего. Топит баню, судя по дыму из трубы.
Дед даже и думать не желал, чтобы переезжать отсюда в благоустроенную квартиру. Я его понимал, он всю жизнь жил в частном доме, занимался огородом и хозяйством, что очень помогло нам в начале 90-х, когда денег не было совсем.
Вот и живут они в старом доме, потом Кирилл уедет на учёбу. Отправлю его в Питер, парень заинтересовался горным делом, поищем что-нибудь похожее. Потом сможет работать на комбинате, будет грамотным спецом.
Кирилл посмотрел на машину, явно удивившись, что БМВ забыл в этих местах, и зашёл во двор, не узнав меня. Я остановился у ворот и посигналил. Сразу залаял пёс Женьки, будто понял, что хозяин здесь.
— О, Серый мой. Пойду проверю псину, — Женя вылез из машины.
Через калитку вышел Кирилл и выпучил на меня глаза.
— Это чё, Макся, откуда? — он снял испачканную в угольной пыли рукавицу-верхонку и вытер лоб.
— Садись, прокатимся, Кирюх. Новая тачка.
— Ща, — он посмотрел на руку, потом на грязную одежду, в которой грузил уголь. — Ща, Макся, вернусь, а то всю её уделаю!
Кирилл забежал в дом переодеваться. Женя во дворе гладил довольную собаку, а на улицу вышел деда Боря в тёплой китайской клетчатой рубахе и старой шапке-ушанке. Поздоровавшись со мной, он очень внимательно осмотрел машину.
— Немецкая, поди? — он заметил эмблему. — Видал такую.
— Да, деда. БМВ. А что от японца осталось, сам видел.
— Тогда, — дед откашлялся и достал папиросу. — Тогда помню, к нам приезжал командующий фронтом, я его издалека видал. Вот он тоже на БМВ был, на трофейном, говорили. Вот как в старых кинокартинах показывают, вот такая же у него была.
— Понял тебя. Если Кирилл не нужен, покатаемся с ним, на комбинат его возьму.
— Добро, — дед отмахнулся. — Уголь вон есть, вода есть, печка горит. Вечером заезжай, баню прогреет, — тут он хитро посмотрел на меня. — Жалко тот бандитский жип твой. Я вон на охоту весной хотел съездить, думал, увезёшь и сам побудешь. Ты же тоже охотник, с Женькой.
— Ну, ружья у нас есть, — я кивнул, глядя, как соседские дети таращатся на машину из-за забора. — Придумаем что-нибудь. Старую ту возьму, в ней самое то по нашим дорогам.
Вернулся Кирилл, одетый и вымытый так, будто собрался на праздник. Правда, следы угля на руках всё равно выдавали, чем он занимался, от этого не так-то просто избавиться, поэтому и баня нужна.
— Можно за руль? — спросил он, пытаясь скрыть восторг.
— В городе нет, тачка норовистая, а в степи застрять можно. Скатаемся с тобой на выходных, съездим в одно место.
Ездить по этим дорогам и на джипе было сложно, а уж на БМВ тем более. Но разгоняться я не собирался, ехал спокойно, чувствуя дорогу.
Немного подождал на переезде, пока проедет грузовой состав. Один шлагбаум там совсем новый, судя по всему, поменяли недавно. Старый сломало во время аварии, когда на пути вылетел Уазик и его снесло локомотивом. Как говорил Студент, этот Уазик хотел его вытолкнуть, но не рассчитал и попал сам.
У конторы стояли не только наши машины, но и ещё один БМВ, Крюкова. Сам он не ездил, лежал в больнице, а тачку отдал Студенту. Ваня был там не один, с ним человек Яхи Шамана, старый бурят по прозвищу Счетовод, который занимался бухгалтерией на СТО.
Человека Шамана я ждал, потому что через его СТО мы должны были получить платёж. Я ещё сразу, когда приехал охранять Крюкова, сказал, что это должен быть официальный договор. А то ещё будут вопросы, что это вооружённые люди делали в больнице. Да и заплатить надо парням, которые работали всю ночь.
Договор на охрану был официальный, вот и провели всё как охранные консультации через СТО Шамана. После этого Студент отправил Счетовода назад, а сам начал доставать из внутреннего кармана куртки пачки долларовых купюр. Вышло неплохо, 25 тысяч за одну ночь, Крюков решил не жадничать. Так что парней будет ждать неплохая премия.
— Иваныч очень благодарен, — сказал Студент. — Говорит, точно бы его замочили без тебя. Так что если понадобится какая услуга, он будет готов помочь.
— Прямо как крёстный отец говорит, — я кивнул, но не улыбался.
Студент тоже закивал и положил руки на стол. На левом запястье у него были новые часы с белым металлическим браслетом.
— Смотри, какие котлы подогнали, ха! — он показал их. — Наутилисы, швейцарские.
— Настоящие? — я удивился. — Они же стоят, как новая машина.
— Подделка, — Студент довольно засмеялся. — Но серьёзная, по качеству не хуже настоящих. И хрен отличишь, даже если оригинал рядом положишь. И внутренности в них — не голимый Китай, а хорошая механика с завода! Главное — «золотые» не бери, а то краска сотрётся, ха!
— Какой-то часовой завод взял такой заказ? — догадался я. — А кто-то потом реализует по всяким точкам.
— Ага. Пацаны приехали с Челябы, там закупаются на заводе мелким оптом. Попросили разрешения на продажу, и мне подогнали натурой коробку, бабок ещё не заработали. Если надо — подарю, — он начал расстёгивать браслет. — Я их всем дарю, у меня ещё есть. На рынке в киоске по триста рублей отдают.
— Не надо. Лучше вот мне что скажи. Никто не приезжал по поводу Кирьяна? — спросил я. — А то мало ли.
— А кто нам за него предъявлять будет? — он сощурил глаза. — Кто предъявит, с того мы сами спросим, с чего это тот Кирьян на Иваныча покушение устроил, все они там заодно. А про понятия свои пусть помалкивают и варежку не открывают, Кирьян сам в это дело влез и первым стрелять начал. Вот и заказали его.
Студент уехал, я позвонил Эдику, договорился о встрече на завтра, потому что сегодня его не было в
