сказал Марк, и мы направились к выходу из палаты.
– Слушай, а ведь дверь-то разорвало гранатой, и стекла в доме Писателя все разбиты. Его не обворуют, пока он здесь?
– Не должны. Пока ты вчера валялся без сознания, мы уже обговорили с Кутом этот момент. Он оградил дом желтой лентой, а на днях вызовет мастера, чтобы тот посмотрел, что можно сделать. Думаю, волноваться не стоит. Хотя там есть что своровать. Но Догма маленькая, любая ворованная вещь рано или поздно всплывет.
Марк попросил охранника, сидевшего все это время в коридоре, немедленно зайти внутрь и не отходить от Писателя ни на минуту.
– Мне бы поспать, лейтенант, – сказал парень, которому Марк вчера пригрозил всяческими карами за невыполнение долга. – Я глаз не сомкнул за ночь и не выпил ни одного стакана кофе! Скоро срублюсь.
– Ладно. Сходи пока к дежурному и позвони в участок, пусть шеф пришлет тебе замену. Кстати, здесь есть автоматы с кофе?
– А? Автоматы с кофе? Что это? – Судя по выражению лица, парень воспринял это название дословно.
– Забудь. Беги и звони в участок. Мы пока с сержантом постоим здесь.
– Спасибо!
И он со всех ног побежал по коридору.
– И вправду он выглядит неважно, – сказал я.
– Да вижу я, он и час с открытыми глазами не просидит. Пусть ему ищут подмену.
– Кстати, Марк, помнишь, ты говорил, что здесь, в Догме, есть музыкальная школа или у кого-то из местных имеется пианино?
– Соскучился по старому другу? – улыбнулся он.
– Да, хотелось бы размять пальцы.
– Вот сегодня и выясним, поинтересуемся у местных. Кут по телефону говорил, что одно пианино в городе точно есть.
– Отлично! А что по поводу отчета, который вчера тебе шеф оставил? Ты прочитал?
– Да. Сразу, как проснулся. Ничего интересного. Все в это время работали. И практически ни у кого нет нормального алиби. – Марк в задумчивости потер щеку. – Что ты думаешь по поводу того, что сказал Писатель?
– А что я могу думать? Улик против капитана нет. Вообще ничего нет, кроме странного стечения обстоятельств. Но мне кажется, стоит присмотреться к Магнусу, думаю, Писатель не просто из-за богатой фантазии его подозревал. Что-то должно быть.
– И я так считаю. Только давай об этом потише.
Через несколько минут прибежал доблестный страж Нила Бертона, и радости на его лице не было совсем.
– Лейтенант, шеф сказал, что ему некого больше отправить. Попросил меня поспать прямо в палате Бертона или попросить медсестер заварить мне крепкого кофе.
– Ты сейчас шутишь?
– Нет, лейтенант, – ответил парень серьезно. Выглядел он так, словно не спал целую неделю.
– Мда-а. Похоже, сержант, нам стоит самим поговорить с уважаемым шефом. – Марк глянул на парня: – Вайнер, побудьте пока здесь, а еще лучше – зайдите в палату и ждите нас там. Мы скоро вернемся. В худшем случае принесем вам несколько стаканов кофе.
– Хорошо.
Он зашел в палату к Писателю, а мы направились в кабинет главврача, чтобы сделать звонок в участок.
– Слушаю вас! – донеслось на другом конце провода.
– Соедините меня с шефом полиции, звонит лейтенант Миллер. Это срочно.
– Одну минутку, лейтенант.
– Алло! Капитан Кут слушает.
– Магнус, это лейтенант Миллер. Почему нельзя заменить констебля? Писателю нужна круглосуточная охрана, я уже об этом вам сообщал, и мы вроде бы обо всем договорились.
– А в чем проблема, лейтенант? Я дал вам охрану. Пусть охраняет вашего Писателя, все равно у него выходной. Других свободных людей у меня в участке нет. Мы занимаемся делами. А не строим фантастические догадки из сюжетов детективных историй. Повторяю вам, лейтенант, я прислушался к вам и выделил свободного человека, большее не в моих силах. Конец связи.
И шеф полиции отключился.
Марка это, мягко говоря, вывело из себя. Он ударил кулаком по столу, на котором стоял телефон, и швырнул трубку на рычаги.
– По возвращении в город напишу отчет обо всем, что здесь происходит, – сквозь зубы процедил он. – Вряд ли этот старикан спокойно выйдет на пенсию…
Главврач, сидевший за тем же столом, бросил на Марка невозмутимый взгляд и как ни в чем не бывало продолжил делать записи.
– Прошу прощения, доктор, – произнес Марк.
– Бывает, – безразлично ответил тот.
– Скажите… у вас тут есть кофе?
Вернувшись к нашему героическому дежурному, неустанно несшему службу в стенах палаты Нила Бертона, мы вручили ему две чашки кофе и попросили вернуть их потом в кабинет главного врача.
– Можете поспать, если будете чувствовать, что больше нет сил. Только, прошу вас, предварительно позовите медсестру или в крайнем случае санитарку, чтобы она присмотрела за Писателем. Договорились?
– Да, лейтенант.
– Вот и хорошо. Благодарю вас за службу.
Марк пожал Вайнеру руку. Дежурный даже немного растерялся от такого жеста, но с достоинством пожал ладонь в ответ.
Писатель лежал с закрытыми глазами и глубоко дышал носом…
* * *
В машине Марк неожиданно спросил меня:
– Как считаешь, мог бы шеф полиции быть нашим Мясником? У меня относительно него все же предвзятое мнение, и я отдаю себе в этом отчет. Поэтому сейчас важны твои мысли.
– Чисто теоретически?
– Да.
– Думаю, вполне возможно. Он человек крупный, и, несмотря на его причитания, сил у него для своих лет сохранилось предостаточно. Если рассматривать его как потенциального подозреваемого, то он по всем параметрам подходит. Более идеален в этом смысле только мясник Тони. Кстати, мы, случайно, не к нему едем в гости?
– Угадал.
– Понятно. Желаю удачи, Марк.
– Желаю удачи, лейтенант Миллер, – серьезным тоном сказал мой друг. – Что-то вы стали забываться, сержант.
Но под конец своей речи он все же улыбнулся.
– А я смотрю, ты хорошо вошел в роль плохого копа, лейтенант Миллер.
– Ты тоже неплохо вошел в роль дерева, сержант Лоуренс. Или это роль молчаливого хорошего копа?
– Только не смейся, но я уже реально ощущаю себя сержантом Лоуренсом, а не пианистом Домианом. Это очень интересный опыт.
– А я тебе давно говорил, Домми, поступай в полицейскую академию, и через несколько лет, возможно, будем работать бок о бок. Хотя скорее всего тебя посадят в участок и направят твои силы на скучную бумажную волокиту, но на несколько операций я тебя возьму. – Он усмехнулся.
– Ну да, больше ведь мне свои годы потратить не на что.
– А на что тебе их тратить, Домиан? Тебе ведь всего двадцать один. Вся жизнь еще впереди, и промчится она как поезд дальнего следования, пока ты будешь стоять на перроне и ждать своего часа. Возможно, как раз сейчас твое время, Домми.
– Возможно, Марк. Спасибо за старческие нравоучения, из
