Гена молча снял с себя пиджак и накинул на меня, затем достал из шкафа какие-то шлепки Тимура и протянул мне.
- Уходим отсюда, быстро! - он с силой вытащил меня из квартиры и захлопнул дверь.
Гена все еще был в ярости. Он молча тащил меня за собой до самой машины. И лишь усадив в нее и выехав с парковки, он понемногу стал приходить в себя.
- Как ты меня нашел?- с чего-то нужно было начинать разговор.
- По маячку в твоем телефоне, - выдохнул Гена. - И Софа помогла.
- Софья Александровна? А она тут причем?
- Она видела тебя с каким-то мрачным типом на днях и запомнила номер его автомобиля. Найти адрес Черниговского оказалось не так и сложно, а сопоставив его с координатами твоего местоположения, я уже точно знал где тебя искать,- на одном дыхании рассказал Миронов. Потом немного помолчав, добавил тяжелым голосом: - Ксюх, я так испугался за тебя! Он точно ничего тебе не сделал?
- Точно, - солгала я.- Прости меня, ладно?!
- Ладно.
В салоне опять повисло молчание. Спустя минут десять мы подъехали к дому Мироновых, но выйти из автомобиля Гена не позволил.
- Сиди тут и жди меня, поняла? - строго спросил меня.
- Не поняла, конечно, ну да ладно, сижу, - с недоумением в голосе ответила Миронову.
Гена вышел из машины и ушел домой, а я послушно осталась сидеть в салоне и непонятно чего ждать. Минут через двадцать он вернулся, везя за собой мой чемодан и держа в руках мой плащ и кеды.
- Вот, переоденься пока, - сунув мне обувь, ушел укладывать чемодан в багажник. А мне стало совсем не смешно. Куда он собрался меня отправить?
- Куда ты меня отвезешь?- я так боялась, что меня опять отправят куда-нибудь далеко и надолго.
- К Максиму. Два дня, как и договаривались, поживешь у него. Там безопасно. Но за территорию ни шагу, поняла меня?
Я кивнула в ответ. Все хорошо, мы поедем к маме. Даже мечтать об этом не смела после разговора с Тимуром.
- Соболев пока не в курсе твоих приключений. Постарайся вести себя как обычно. Ему хватает своей головной боли. Это тоже понятно?
Я снова кивнула. Так было даже проще, мне не придется выслушивать нотаций и обвинений.
- А сейчас, пока мы едем, ты мне все рассказываешь. Где познакомилась с Черниговским, какие у вас отношения и самое главное, что уже успела ему наболтать! Начинай! - командным голосом прорычал Гена и машина сорвалась с места.
42. Правда
- Наболтать? А что я могла ему наболтать? Ген, ты о чем?- я решила включить дурочку, мне надоело, что все вокруг все знают, одна я, как в танке.
- Помнишь, ты спрашивала о Федоре, друге отца?- я кивнула в очередной раз. - Так вот отец твоего нового знакомого и есть тот самый Федор. Человек он сложный и непредсказуемый. Как он отреагирует, узнав в тебе дочь Горского, ту самую, из-за которой он остался один, без твоей матери, я не знаю. И, честно, знать не хочу. Будет лучше, если хотя бы с этой стороны не будет никакой угрозы.
- Что значит "хотя бы с этой стороны"? А с какой она, эта угроза, есть?- эти его оговорки иногда пугали меня похлеще прямых угроз.
- Николай странно себя ведет в последние дни. Там что-то назревает. Я, конечно, не утверждаю, что дело в тебе, даже наоборот. Но осторожность не помешает, - Гена на секунду оторвался от дороги и посмотрел на меня своим строгим взглядом.- Так что, Ксюша, есть мне за что переживать?
У меня была пара секунд для принятия решения. Я могла сказать правду, что Тимур все знает. Но какие последствия ждали бы меня? Усиленный контроль Гены меня и так напрягал, сильно! Большего я бы не вынесла! Я хотела спокойно ходить в универ, на работу, приезжать к маме. Но в то же время, если Тимур захочет вновь меня похитить, то без помощи Гены мне не обойтись. Хотя именно в тот момент Тимура я совершенно не боялась. А его отца? Мне казалось, что с Черниговским старшим мы по одну сторону: Горский ненавидел нас обоих. А это означало ,что причинять мне вред Федор не станет.
- Мы с Тимуром познакомились в клубе, в августе. Потом оказалось, что и учимся мы на одном факультете. А вчера, ну я уже говорила, он просто не бросил меня без сознания.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ксюш, а если правду старику рассказать? Например, про смс с угрозами или про то, как дрожал твой голос ночью, когда ты позвонила. Что происходит?
Вот же Гена! Как же мне не хотелось ему врать.
- Ген, мы со всем разобрались! Правда, не переживай. Смс он слал просто из ревности, как вы тогда с Лешей и предположили, - мысленно успокаивала себя, что это не ложь.- А голос, я же говорила, я тогда только очнулась и испугалась. Но ничего страшного не произошло, поверь!
- Ладно, Ксюш, я попытаюсь. Только ты всегда забываешь, что я тебя знаю , как никто другой! - Гена мне не поверил, но сделал вид. Пусть так.
- А когда выходные закончатся, я к тебе вернусь?- мне не давала покоя мысль, что собрал в чемодан все мои вещи Гена не просто так.
- Нет. Но я еще не решил, что с тобой делать. Понимаешь, если бы я был уверен, что ничего страшного не произойдет, но это не так. Ты врешь, - он посмотрел на меня укоризненно, зная, что я вот-вот начну спорить.- Допустим, не врешь, но не договариваешь точно. Плюс не забывай Черниговский и Горский давно перестали быть друзьями. А значит не исключено, что и за Тимуром твоим смотрят люди Николая, а значит про тебя не сегодня, так завтра доложат. Как я тебя теперь без присмотра оставлю. По уму отправить бы тебя подальше. Но это не мне решать, ты же знаешь.
- А Максим Петрович даже думать не станет и разбираться, да?
- Да, Ксюх, да! Поэтому и не ввел его еще в курс дела. Не забывай, что у него сейчас Катя здесь. Ради ее спокойствия он готов на все.
- Так разве маме без меня спокойнее будет?- этого я действительно не понимала.
- Маме, Ксюш, спокойнее будет тогда, когда ты будешь в безопасности, - черт, а ведь Гена прав. Я как последняя эгоистка думала о себе, о том, чего хочу я. А о маме совершенно не беспокоилась. Как на ней отразятся мои отношения с Тимуром, когда одна его фамилия может причинить ей боль!
- Тимур знает, что Екатерина Соболева моя мама, - ради нее, ради ее здоровья я была обязана рассказать все. -В нашу первую встречу он привез меня к особняку, а маму я случайно увидела. Он все понял по моей реакции. Отчим знает об этом. Он был там. Не сказал тебе, чтобы не волновать лишний раз. А еще Тимур знает, что я дочь Горского.
Гена резко вдарил по тормозам. Машина съехала на обочину.
- Что ты сейчас сказала? Повтори! - сухо, почти шепотом переспросил Миронов.
- Да, я сказала ему. Но прежде, чем ты взорвешься, хочу сразу предупредить: он знал и до этого. Я не удивила его.
- Что еще я должен знать?- Гена ни разу взглянул меня. Его взгляд был устремлен прямо перед собой. И только руки выдавали его состояние. До побелевших костяшек на пальцах он сжимал руль. Гена был на взводе.
- Что я никуда не уеду! Я не хочу всю жизнь прятаться и убегать. Моей вины нет ни в чем. Ни в том, что я дочь своего отца, ни в том, что друг его предал, а тот ему отомстил.
- Что значит отомстил?- наконец-то Гена вышел из состояния бешеного напряжения и посмотрел на меня.
- А ты не знал, что Горский организовал взрыв машины Черниговского? Тогда у Федора погибла единственная дочь. Тимур мне не враг, Ген. У нас просто один враг на двоих!
До особняка Соболева оставалось минут пять езды, но ехать Гена не спешил. Он вышел из машины и закурил. Потом еще одну. И еще. И еще. Я ждала его, сидя в салоне авто. И понимала, что там, сигарета за сигаретой, решалась моя судьба. И от этой мысли все внутри покрывалось тонким слоем льда. Мне оставалось лишь гадать, насколько далеко от дома меня отправят на этот раз и вернусь ли я хоть когда-нибудь обратно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
43. Убежище
Промозглый осенний дождь тарабанил по лобовому стеклу с такой силой, что силуэт Гены казался размытым. Но Миронов не возвращался. О чем-то глубоко задумавшись, он продолжал курить, а я изводить себя догадками. И лишь минут пятнадцать спустя он, весь промокший и прокуренный, вернулся к рулю.
