энергично двигала бедрами и звала всех нас присоединиться к ней.
В Краснодаре у меня есть друг, преподаватель школы латинских танцев, когда-то научивший меня нескольким движениям.
Я встал и начал двигать бедрами в такт мелодии, как меня учили. Испанка радостно подключилась к танцу. Я взял ее за руки и закружил, а потом, обняв одной рукой, наклонил к земле и тут же вернул в вертикальное положение. На этом арсенал моих умений закончился. Девушка расплылась в улыбке, страстно стиснула пальцами мои щеки и произнесла:
– I don’t like russian men, but I love you!
День 5
12:00. Бангкок. Угловое уличное кафе
День был спокойный, жаркий и сонный. Сидя на табурете в придорожной забегаловке, я о чем-то думал, болтал ногой и перемешивал странное слизистое блюдо в своей тарелке. Рядом оживленно беседовали тайцы, от печки доносился звук жарящегося мяса, мимо проходили местные, туристы, буддисты в оранжевом одеянии. Все было спокойно и размеренно, но вдруг ко мне подошел парень европейской внешности. Он спросил на идеальном английском с безупречным произношением (на таком идеальном, что аж бесит), не знаю ли я, где находится храм такой-то. Пытаясь сделать мой английский киношным, я ответил, что не знаю. На этом наш диалог мог завершиться, но мы разговорились. Оказалось, что парень прибыл из Англии, а услышав, что я из России, он удивился и как будто бы немного смутился, чуть-чуть от меня отойдя. Не секрет, что в политике между нашими странами натянутые отношения. Мне не нравится вся эта подоплека и информационные войны. Политики плетут интриги, вмешивая в их дела простых людей. Я подумал, что это мой шанс внести свою скромную лепту в исправление ситуации. Ведь большое кроется в малом. Я могу попытаться хоть немного разрушить стереотип и показать, что русские не такие уж плохие, как о нас отзываются западные СМИ. Решено было действовать культурно и дружелюбно. К тому же я помнил про свою дипломатическую миссию.
В общем, где находится храм, я действительно не знал, но у меня был козырь – интернет-карта. На ломаном английском с грубым русским акцентом я произнес: I don’t know. But I have internet map. И в конце это, знакомое: One moment, please. После чего начал выстраивать маршрут для британца. Он обрадовался и уставился в мой телефон. Через минуту маршрут был готов. Англичанин широко улыбнулся, тепло поблагодарил меня и отправился в намеченную сторону. С теплым чувством выполненного долга я выдохнул и сел доедать свое странное блюдо. Перемешивая слизь в тарелке, я представлял: «Вот британец добирается до храма, радуется и восхищается. Там к нему приходит озарение, что есть в России хорошие люди. Он, вдохновленный моим поступком, прилетает домой, рассказывает эту историю родственникам, друзьям, потом журналистам. Те об этом пишут в газетах, рассказывают на ТВ. Отношение к России меняется. Сотни людей выходят на улицы Лондона, Манчестера и других городов с табличками «Спасибо, Стас, за мир между нашими странами». Вскоре я возвращаюсь в Россию, у трапа самолета с триколором на хвосте Сергей Лавров жмет мне руку, одобрительно кивает головой, говорит: «Хорошая работа, сынок». Потом, естественно, прием у президента, государственные награды, моя фраза Владимиру Владимировичу «Я просто выполнял свою работу», он хлопает меня по плечу, говорит: «Мы делаем одно общее дело». Вспышки фотоаппаратов, вопросы журналистов, мои ответы: «В тот момент я не думал о себе, я думал о России!», и все как полагается – флаг, гимн, искренние слезы счастья российских женщин, восторженные взгляды ребятишек. После чего – международные награды, дружественный визит в Лондон, ужин во дворце, прием у королевы, партия в крикет с принцем Гарри и традиционное чаепитие в 17:00 с членами королевской семьи. Там разговоры о философии, психологии, искусстве, литературе, мое чопорное «Читал я вашего Сомерсета Моэма. Недурно. Не Достоевский, конечно, но тоже очень даже ничего». Их одобрительные взгляды и теплые улыбки.
Громкий сигнал мопеда и тайская речь вернули меня мыслями в Бангкок. Я доел, расплатился и отправился в путь. Вновь открыл интернет-карту, выстроил маршрут уже для себя, всмотрелся в экран и остолбенел. Холодок пробежал по всему телу. Я с ужасом понял, что перепутал север с югом. Оказалось, я отправил британца в совершенно противоположную сторону. Это провал. «Прости меня, Россия».
Угрызения совести длились какое-то время. Пад-тай[14] и прохладный арбузный фреш после прогулки под палящим солнцем могут исправить любую ситуацию. Вечером, ведомый желанием двигаться дальше, я смотрел на карту Таиланда и решал, куда отправиться. Еще ранее я договорился навестить друзей, которые традиционно проводили зиму в Паттайе, и оставить у них свои зимние вещи, чтоб быть более мобильным. И как раз рядом с Паттайей соседствовала загадочная и таинственная Камбоджа, которая манила меня к себе еще с детства, ведь там находился знаменитый Ангкор-Ват. Решение было принято…
Моя Камбоджа
День 9
19:10. Камбоджа
Машина резко остановилась, я проснулся от толчка и эмоциональных криков водителя. На дорогу вышла исхудавшая грустная корова. Что это – ленивый суицид? Протер глаза. Огляделся, пытаясь сориентироваться и понять, что происходит, как это бывает после дневного сна. Я смотрел по сторонам, задаваясь вопросами: «Кто я? Где я? Какой сейчас год? И почему я куда-то еду в машине, полной азиатов?». События медленно и скрупулезно восстанавливались в моей сонной голове. Приходили ответы на внутренние вопросы: «Так, спокойно. Я человек. Мужчина, русский. Ну, это уже что-то. Я в Азии. Прибыл из Таиланда и сейчас в Камбодже, еду в город Сиемреап, чтобы завтра отправиться в Ангкор-Ват[15]. Точно. Фух, вспомнил». Память вернулась, корова ушла, мы снова поехали. И только в этот момент я осознал: «А ведь я в Камбодже. Подумать только. Я в Камбодже. Там, куда с детства мечтал попасть. Я здесь и завтра увижу долгожданный Ангкор-Ват!». Какой-то внутренний прилив сил наполнил тело, я сказал своему внутреннему ребенку, который только мечтал здесь оказаться: «Вот видишь, все реально».
Гладкая и ровная дорога убаюкивала, азиаты позади притихли, я прислонил голову к стеклу и надел наушники. В них играла песня Robot – Brazzaville. Наш минивэн неспешно ехал по трассе, обгоняя мопеды, велосипеды и повозки, спокойно и плавно, словно корабль, скользящий по волнам.
Пейзаж за окном здесь поменялся. Особенно это стало заметно, как только я пересек границу с Таиландом. Изменения были настолько яркие, что вызывали недоумение.
Еще недавно мне встречались красивые аккуратные дома с
