Пожалуй он мог бы на раз развести на откровенный разговор. Хотя нет. Лёха тоже не лыком шит. Это он наивного дурачка нарочно разыгрывает порою, чтобы к нему лишний раз не лезли.
* * *
— Игорь Анатольевич! Может, Вы всё-таки расскажете мне, в каком ведомстве вы служите, и почему у Вас такой интерес к нам с братом.
— Думаю, что пока тебе не стоит об этом знать. А вы с братом заинтересовали наше ведомство не только из-за того, что твой брат под наркозом разговаривал на языках народов Средней Азии.
— А почему ещё?
— Нам нужны способные ребята. Такие, как вы с братом. Отец твой — герой-партизан. Дед был командиром партизанского отряда. Да и мама ваша, которую вы даже и не видели никогда, тоже выросла в партизанском отряде… А больше у вас и нет других родственников. Зачем же разбрасываться такими кадрами? Кадры надо воспитывать.
— Вы нас проверяете?
— А как же…
— А потом, что с нами будет?
— Для начала, будете учиться… Ты же сам говорил, что у вас были планы учиться в суворовском училище.
— Говорил.
— Так мы поможем. А как отучитесь, то и на службу возьмём.
— Вы так и не сказали, где Вы служите, Игорь Анатольевич…
— Всему своё время, Саша. Не стоит бежать впереди паровоза…
8 июня. 1974 год
Вечер того же дня.
Москва. Детская больница.
Васин снова оставил печенье и конфет. А ещё две бутылки лимонада…
А ещё он оставил после себя не слишком приятный осадок на душе. Я, конечно, выкручивался, как мог, но у меня сложилось впечатление, что Игорь мне не поверил ни на грош.
Я в подробностях пересказал Лёхе весь разговор с Васиным. И про «шурави», и про вовремя всплывшую в памяти книжку про походы Красной армии в Афганистан в тридцатые годы двадцатого века. На этот раз мой новоявленный брат уже не хохмил, а тщательно впитывал полученные от меня сведения.
— И что? Он сказал, что не из КГБ?
— Да.
— И не из милиции?
— Да.
— Тогда откуда он? Контрразведка? ГРУ? Прокуратура? Кто?
— Похоже, Лёш, мы где-то чего-то недопонимаем. И, как мне кажется, что надо всё-таки нарыть информацию, и выяснить, в какой момент истории всё пошло не так.
— Ты думаешь, что изменения такие кардинальные?
— Неужели ты считаешь, что замена Брежнева на Шелепина, это единственное отличие от нашей истории? Это, как круги на воде. Булькнет камешек в воду. И побежали круги один за другим, всё шире и шире… Так и здесь. Сменилась крупная фигура, поменялись фигуры поменьше, потом более мелкие, дальше ещё и ещё… А те фигуры, которые не заняли предназначенные им места? Они тоже создают вокруг себя изменения реальности. И тянут за собой туда других людей.
— Ты думаешь, что есть ещё какая-то силовая структура уровня КГБ?
— Если не круче… В КГБ сейчас наверняка Семичастный рулит. Они с Шелепиным друзья были. Кто сейчас министр внутренних дел, я не знаю. Но возможно Шелепин создал ещё одну силовую структуру, для того, чтобы не полагаться только на КГБ. Так и Брежнев делал. Он добился того, что МВД и КГБ друг с другом чуть ли не в открытую враждовали.
— Да это и в американских фильмах показывали. Полиция — не любит федералов, а ФБР на полицию смотрит сверху вниз. Но и у них есть ещё и АНБ, и ЦРУ, которые тоже чего-то мутят…
— Не хватает информации, как минимум за последние лет десять, а может и больше… А гадать можно до посинения.
— Тогда отложим это на потом, когда будет такая возможность.
* * *
Наш разговор прервал осторожный стук в дверь. Медперсонал входит без стука. Чужие здесь не ходят… Интересно, кого там принесло?
— Входите! Не заперто…
В комнату аккуратно просочилась моя давешняя знакомая девочка Аня. Она быстро посмотрела на меня, потом на Лёху, после снова на меня… И всё-таки сделала правильный вывод. Подощла ко мне и сказала:
— Привет, Саша!
— Привет, Анечка!
Мне показалось, что «Анечка», её как-то слегка напрягло. Но, похоже, не вызвало у неё никакого негатива.
— Познакомься! Это мой брат Лёша.
— Привет! — поздоровался мой брат.
— Привет! Скучаете?
— А что ещё тут делать? — ответил Лёха.
— Книжки читать…
— А нет книжек у нас. Вон одна газета была. И то её Сашка до дыр зачитал.
— Так же и со скуки помереть можно.
— С Сашкой не помрёшь. Он столько всего интересного знает.
— Откуда?
— Много книжек прочитал. Мне столько не прочитать за всю жизнь.
— Ты не любишь читать?
— Буквы знаю. Книжки интересные люблю, но за Санькой мне не угнаться. Он же читает всё подряд…
— А ты тогда чем занимаешься?
— Спорт люблю.
— Саша тоже не выглядит слабаком.
— Но я круче!
Похоже, что Лёха увидев симпатичную девочку, включил режим «гусара» и распушил пёрышки.
А Анечка сегодня и правда выглядела очень симпатично. Каштановые волосы. Карие глаза со смешинками. Слегка вздёрнутый носик. Симпатяшка, одним словом.
— Анечка! Не обращай на него внимания. У Лёшки просто привычка такая. Он просто, как увидит какую-нибудь симпатичную девочку, сразу пёрышки распускает.
— Вот сейчас обидно было? — высказал мне Лёшка.
— На обиженных воду возят! — апеллировал ему я.
— Сам дурак! — с улыбкой и беззлобно огрызнулся брат.
— А я что? И правда симпатичная? — похоже, что из всего нашего разговора она услышала только это.
— Да! — практически в один голос высказались мы с Лёхой.
— Вы такие забавные! — улыбнулась Аня.
Я уже говорил. У неё была очаровательная улыбка.
— Когда ты не грустишь, ты выглядишь просто ослепительно! — сделал я комплимент этой девочке.
— И этот коварный тип обвинял меня в гусарском поведении… Придётся мне вызвать его на дуэль.
— Леша! Ну, какая дуэль? У тебя ещё прошлая рана не зажила, как следует.
— Ах, так… Значит, я тебя тогда… Я тогда… Отниму у тебя полдник.
— Я тебе его и так отдам. Тебе надо выздоравливать и поправляться, а я уже и так здоров.
— Мальчики не ссорьтесь! Можете высказывать мне комплименты по очереди.
Ну, ни фига себе… А девочка-то с юмором дружит. И не ханжа совсем. Жаль, что маленькая ещё… Кстати, я так и не спросил, сколько ей лет. Хотя это и не так важно сейчас. Мы сами ещё маленькие. И с этой девочкой, скорее всего, мы будем просто дружить.
Наше общение прервала медсестра.
— Что вы тут устроили?
— Обсуждаем вопросы литературы. — тут же предложил свой вариант я.
— Какие вопросы?
— Почему у нас тут нет библиотеки?
— Потому что тут больница, а не изба-читальня.
— Ладно… Пока! Я завтра зайду! — попрощалась Аня, и выскользнула из палаты.
— Вот я пожалуюсь Нине Михайловне, что ты по мальчикам бегаешь!
— Да что Вы
