не подстраиваю свою индивидуальность под журнальные статьи, – сказала Тара в свою защиту.
– Неужели? Тогда почему ты каждый месяц покупаешь новый номер?
– По крайней мере, я не атеист, который ни во что не верит!
– Да, конечно. Я верю в науку. Мир состоит из протонов, электронов и нейронов.
– И, очевидно, идиотов, – пробормотала Тара. – Что ты собираешься делать на собственных похоронах? Весь такой нарядный, а идти некуда!
– Прямо сейчас я пытаюсь сосредоточиться на своей жизни, а не на смерти.
– Вот как? Тогда почему я вчера слышала, как ты заводишь свой мотоцикл?
– Я просто взял его немного покататься.
– Я так и знала! Боже милостивый, почему мужчины чувствуют себя живыми только на грани смерти? Кстати, я знаю, что ты еще и курил, – сказала Тара, пронзив мужа неприязненным взглядом.
– Нет, не курил, – солгал Колин.
– У тебя раздуваются ноздри, когда ты лжешь, – сказала Тара, зорко наблюдая за его носом. – Итак, ты снова куришь и катаешься на мотоцикле. Именно поэтому женщины живут дольше мужчин.
– Или, может быть, потому, что изводят нас до смерти. И я, кажется, припоминаю, как ты садилась сзади на тот самый мотоцикл в ту ночь, когда мы встретились.
– Тогда мы были другими людьми! – вздохнула Тара.
– Да, в этом-то вся проблема, – согласился Колин.
– Если позволите вклиниться… – сказала доктор Берк, о присутствии которой Колин совершенно забыл.
– Извините, доктор Берк! Пожалуйста, продолжайте, – смущенно попросила Тара.
– Я собиралась сказать… Мне нравится начинать свои занятия с небольшого упражнения, – сказала доктор Берк. – Я дам вам обоим ручку и бумагу и хочу, чтобы вы написали, почему вступили в брак.
Доктор Берк вручила каждому из них ручку и блокнот и откинулась на спинку стула.
– Пожалуйста, не переусердствуйте! Пишите то, что сразу приходит в голову. Я даю вам шестьдесят секунд, – объяснила доктор Берк.
Колин попытался, но обнаружил, что его ручка не пишет.
– Моя не пишет, – растерянно сказал он. – Это что, какой-то психологический тест? Дайте угадаю? Предполагается, что ручка символизирует фаллос?
– Нет, Колин, иногда ручка – это просто ручка. Вот еще одна, – сказала доктор, протягивая ему другую.
Колин начал записывать причины, по которым женился на Таре, но мысли сразу же начали блуждать. Клэр продолжала заползать в закоулки его мозга. Даже не имея понятия, кто она такая, он не мог полностью избавиться от мыслей о ней. Почему она так бесцеремонно бросила его и даже не потрудилась ничего объяснить? Неужели их ночные разговоры так мало значили для нее?
На мгновение ему показалось, что с ней случилось что-то плохое. Не в опасности ли она? Неужели ее похитили по пути на свидание? Может быть, ей нужна его помощь?
Нет, решил он. Никакого сценария с попавшей в беду дамой и героем-спасителем в его лице не существует. Просто мозг притворяется, что Колин все еще хозяин собственной жизни.
Клэр не была принцессой, запертой в башне. Она была самой обыкновенной женщиной, которая не захотела встретиться с ним. Такова суровая правда, и ее должно принять. Нужно стереть из памяти все воспоминания о Клэр и сосредоточиться на текущей задаче.
– Хорошо, шестьдесят секунд истекли, – сказала доктор Берк. – Тара, не будете ли вы так любезны прочитать то, что написали?
– Конечно. Причины, по которым я вышла замуж за Колина. Во-первых, мы влюбились друг в друга в тот момент, когда встретились. Во-вторых, раньше мы были очень сексуально совместимы. В-третьих, мы оба когда-то были очень увлечены карьерой. В-четвертых, раньше он всегда смешил меня. И в‑пятых, раньше у меня всегда было чувство, что меня видят и слышат, – сказала Тара.
– Ты что, шутишь? Это всего лишь список хитрых уловок, – раздраженно сказал Колин.
– Колин, не могли бы вы прочитать то, что написали? Пожалуйста, – попросила доктор Берк.
– У меня список небольшой. Я только что написал, что женился на Таре, чтобы мы могли вместе создать семью, – сказал Колин, поднимая свой пустой блокнот.
– О, так люди женятся только для того, чтобы создать семью, не так ли? – спросила Тара.
– Ну технически брак – это когда два человека объединяются, чтобы создать семью, так что да, – отметил Колин.
– Это не то, что брак значит для меня, – буркнула Тара, отворачиваясь от него.
– Да, ты ясно дала это понять, когда отказалась взять мою фамилию.
– Потому что я не хотела, чтобы меня звали Тарой О’Хара! Это звучит как имя персонажа детского стишка!
– Тара, я хотела бы сосредоточиться на том, что вы написали, – снова вмешалась доктор Берк. – Большинство ваших замечаний, похоже, написаны в прошедшем времени. Как вы думаете, почему это так?
– Ну… иногда кажется, что наши лучшие годы остались позади. Мы никогда никуда не ходим. Ничего не делаем. Мы стали чужими людьми.
– Почему женщинам все время хочется что-то делать? – помрачнел Колин.
– Потому что я хочу, чтобы у нас появлялись новые воспоминания. Я хочу, чтобы мы наполнили нашу жизнь радостью, – объяснила Тара.
– Вы верно подметили, Тара. Брак подобен пианино. Чтобы поддерживать инструмент в хорошем состоянии, на нем нужно играть. И нужно, чтобы вы оба хотели слышать музыку, – сказала доктор Берк.
– Ну мы уже давно не в ладах, – ответил Колин.
– Как вы думаете, мы действительно можем любить друг друга так, как раньше?
– Это извечный вопрос. Могут ли два человека снова полюбить друг друга после того, как поссорились? На основании собственного опыта могу сказать, что да, могут. Но вы должны перестать рассматривать друг друга как противоборствующую силу. Когда двое хотят разного, это может вызвать конфликт. Но когда два человека хотят одного и того же и не осознают этого, это может привести к войне. Большинство клиентов приходят ко мне в состоянии войны друг с другом. Я помогаю им вспомнить, что цель войны – не победа. Это мир.
– Мне это нравится, доктор Берк! – как примерная ученица поддакнула Тара.
– Господи, ну давай, медом поливай! – пробормотал Колин, закатывая глаза.
– Колин, я хочу поговорить с вами, – сказала доктор Берк. – Расскажите мне о самой последней вашей ссоре.
Колину не нравилось, когда его ставили в неловкое положение, но он был рад изложить свою версию истории, пока Тара не слишком все усложнила.
– Ну, наша последняя ссора была прекрасным примером того, как устроен наш брак. Я хотел стейк, она хотела пасту, так что мы пошли на компромисс и ели пасту, – сказал он.
– Это чрезмерное упрощение того, что произошло! – тут же не согласилась Тара.
– Ладно, Тара, ваша очередь. Как вы думаете, в чем проблема? – спросила доктор Берк.
– Что ж… Я думаю, вы уже увидели часть проблемы,
