Чтобы не привлекать внимание столичного ПВО и наземных стражей порядка, приземлилась я на окраине города — точнее, на пустыре неподалёку от огромной Стены. Сколь-нибудь состоятельные люди здесь селиться не любили, а стража патрулировала строго на две-три улицы от крупных, ведущих за пределы города дорог. Остальное же пространство занимали трущобы.
Даже если кто-то из местных и заметит в потемневшем небе крупную тёмную тень, то, обратившись к страже, получит в лучшем случае нецензурное пожелание меньше увлекаться бормотухой и весёлыми грибочками, а также не беспокоить почтенных правосудоров по пустякам.
Увы, данная точка десантирования имела свои недостатки: внимания служителей власти я, может, и не привлеку, но дополнительное время на дорогу потратить придётся. Впрочем, оно уже ничего не решит. Если всё пошло по негативному сценарию, то в зданиях криминальной части моей организации ныне хозяйничают стражники или разведчики. Придя к этому решению, вместо того, чтобы в ускорении срываться с места, решаю дойти до зданий обычным шагом и заодно размять ноги. Этот проклятый полёт выпил изрядную долю не только моих нервных и физических сил, но и заметно истощил энергетику: несколько часов поддержания слабенького покрова и укрепления, вкупе с необходимостью контролировать полёт марионетки, не прошли даром. Перед тем, как погружаться в проблемы, следует немного перевести дух.
Хорошо, что официальная часть бизнеса по производству колючей проволоки, быстровозводимых укреплений и прочего, а также охранное агентство Натала и клиника Пауля связаны с Синдикатом только через Счетовода. Кстати, криминальный миньон, судя по ощущениям, жив и, кажется, здоров — если так можно выразиться о немёртвом. Сорваться он тоже не пытался. Что ж, уже неплохо.
По крайней мере, можно надеяться, что ему и его организации удалось избежать худшего из исходов.
Однако лезть в штаб-квартиру Синдиката или в один из офисов Счетовода, кои он меняет по установленному нами алгоритму, я всё же пока не рискну. Лучше сначала навещу Натала: друг поддерживает контакты с криминальным миньоном и, как минимум, должен знать, насколько всё плохо. Надеюсь, последствия моего (а начальство несёт не меньше половины ответственности за выходки подчинённых) провала обратятся оплеухой, а не ударом наповал.
На крайний случай у Натала точно есть горячий чай, кофе или какао. Без этих чудесных напитков выслушивать неприятные новости станет намного сложнее; боюсь, что не удержусь и устрою бойню первым подвернувшимся идиотам, которым хватит ума меня спровоцировать. Да, определённо: мне нужен друг — и много-много сладкого и горячего напитка.
Печеньками для релаксации я, так и быть, поделюсь.
Угрюмое выражение на лице одинокой путницы сменилось на целеустремлённое. Скорость её шагов несколько возросла.
«К демонам Надженду и Огра с Сайкю, сначала вкусняшки!» — желудок тихо уркнул, поддержав эту мудрую мысль.
Правда, прежде чем ринуться навстречу вожделенной цели, придётся немного поплутать. А до этого разобраться с хозяевами старого дома, из которого, стоило подойти ближе, в меня упёрся поток неприятного внимания, к коему вскоре присоединилось ещё несколько бесплотных "липких лучиков". Напрягаться и использовать ускорение для побега совсем не хотелось. Мне даже стало интересно: кто это там такой глазастый? Ведь судя по неровному свету, пробивающемуся сквозь щели в заколоченных окнах, в жилище горело несколько свечей, — а разглядеть что-то в темноте, если смотрящий находится в светлом помещении, довольно непросто.
Неужели череда «удач» ещё не закончилась, и меня занесло к обиталищу одной из трущобных банд? Ну и Бездна с ними! Будут докапываться — им же хуже. В конце концов, убивать всяких уродцев я люблю не меньше, чем сладкое.
Скрипнула дверь.
— Морда, ты гля, какая цыпа к нам пришла! — громко воскликнул вывалившийся из прохода мужик. — Чи-истенькая, мя-ягонькая, моло-оденькая, — протянул нетрезвый индивид самой разбойничьей наружности.
И почему на улицах ко мне вместо милых девушек вечно пристают… пристаёт — вот это? Что за сомнительная популярность у грязных и тупых бандюков?
Хотя бандитов убивать, конечно, приятнее, чем симпатичных бандиток.
— Ха-ха, Фартовый, бабы и удача к тебе липнут! — щербато улыбнулся плечистый бандит с действительно впечатляющей физиономией, которая из-за лохматой грязно-рыжей шевелюры и обильной щетины делала его похожим то ли на кабана, то ли на страшного хомяка-мутанта.
Одет этот мордатый деятель, как и остальные выглянувшие на огонёк, был довольно богато, но с чужого плеча: вряд ли расшитый золотистой нитью, несколько старомодный сюртук честно им куплен у прошлого владельца, особенно учитывая плохо замытое кровавое пятно в области печени.
— Заходи, красавица, мы тебя согреем, — улыбнулся Фартовый. После, хохотнув, добавил:
— А потом и дальше проводим.
Судя по паскудным ухмылкам, это «дальше» располагалось либо в борделе, либо непосредственно в земле. Впрочем, из дома доносился и пьяный женский смех — довольно неприятный, кстати — так что у обычной девчонки на моём месте имелся шанс отделаться «просто» групповым изнасилованием и изъятием недешёвой одежды. Ну, если сильно повезёт и у обладательницы голоса взыграет гендерная солидарность, а не неприязнь к «конкурентке».
Всё же в Империи есть по-настоящему лишние люди. И это не перенасытившие трудовой рынок рабочие, а вот такие вот сытые, уверенные в своей безнаказанности морды. Пусть Огр и держит столичную преступность под своей тяжёлой пятой, заставляя придерживаться установленных рамок, но трущобы есть трущобы. То, что творится в этом краю отверженных, никому не интересно — вот и процветает здесь… всякое. Не сказать, что здесь сплошь жулики и воры, нет; большая часть местного населения — обычные люди, которые зарабатывают свои скромные медяки честным трудом и обитают здесь вынуждено, по причине дешевизны жилья.
Но бандит в подобных местах традиционно наглый и непуганый.
Собственно, главная гниль сидит наверху, — но к ней, в отличие от этих мордоворотов, нельзя просто прийти и предложить сыграть в парочку забавных игр в стиле фильма "Пила".
— Дяденьки, а можно, вы меня сразу проводите? — произношу, «не замечая», как поддатые разбойнички расходятся в стороны, стараясь окружить свою жертву.
Я ведь борюсь с вредной привычкой — сбрасывать нервное напряжение убийствами, верно? Нужно дать им
