статьи гласил: "Ужас в лесах Эйберсвуда. Найдено тело молодой женщины." На фотографии была девушка. Ее лицо... Я не мог отвести взгляд.
Это была та самая девушка из моего сна.
Я почувствовал, как кровь отливает от лица. В голове будто что-то щелкнуло. Это невозможно. Я раньше не видел ее, я в этом уверен. Как так получилось? Это невозможно…
Под фотографией стояла подпись: "Нелли Уильямс, 24 года. Обнаружена в лесу близ Эйберсвуда 7 ноября 1989 года. По предварительным данным следствия была замучена и убита своим сожителем Ларри Бруксом, однако единого мнения среди офицеров нет. Расследование продолжается..."
Я спросил архивиста, есть ли что-то еще, но получил закономерный отрицательный ответ. Мол, после того как эти убийства остановились, люди постарались забыть. Это и так был сильный репутационный удар по городу. Если что-то и нужно, то это искать либо у кого-то из старожилов, либо в полицейских архивах. Но сомневаюсь, что кто-то вообще допустит меня туда.
Я поблагодарил его и вышел, чувствуя, как внутри все переворачивается.
Это лицо... Почему оно мне приснилось?»
Глава 10
В преддверии Рождества все тревоги отошли на второй план. Поначалу Джеймс сильно нервничал, то и дело поглядывая на телефон, словно ожидая, что звонок с работы вот-вот разрушит праздничную идиллию. Но, кажется, там либо справлялись без него, либо не было ничего важного… Хоть это и витало где-то на задворках сознания, постепенно детектив расслабился, позволяя всецело отдаться отдыху, которого ему так не хватало.
Складывалось ощущение, что все время до этого он оставался на ногах и в здравом уме только благодаря упорству и силе волу. Но теперь Джеймс наслаждался сном, временем с семьей и подготовкой к предстоящему отъезду. Но даже эта суета не казалась напрягающей. Мужчина с удовольствием играл с дочерями в настольные игры, смотрел с ними рождественские фильмы, которые крутили по телевизору, помогал украшать дом.
Маленькая Эбби, кажется, не знала, что ее радовало больше — подаренная новая кукла или то, что папа все свое время уделял им с сестрой. Она весело носилась, танцевала под музыку, повторяя движения из очередного праздничного шоу. Даже Дженни, после разговора с отцом, повеселела и была рада проводить время вместе, несмотря на компанию шумной сестренки.
Эми все еще выглядела раздосадованной, но все ее мысли были заняты предстоящей поездкой. Она звонила родителям, составляла список вещей, готовила подарки и продумывала маршрут. Хоть ехать было всего несколько часов, нужно было миновать все участки, чтобы не простоять в пробке до самого Рождества. Джеймса она решила не просить о помощи, хотя он и предлагал.
— Лучше отдыхай, милый, — сказала она, чмокнув мужа в щеку. — Я справлюсь. Тем более от тебя вреда будет больше, чем пользы.
Джеймс изобразил удивление.
— Хочешь сказать, детективу Сэвиджу не по зубам сложить вещи в сумку? — спросил он, откусывая свежеиспеченное имбирное печенье, наблюдая, как девочки украшают выпечку разноцветной глазурью.
Эмили лишь подбочилась и с лукавым упреком глянула на мужа.
— О, ну если великий детектив Сэвидж знает, где хранится детская теплая одежда или хотя бы его собственные носки...
— Да, пожалуй, ты права, моих полномочий тут не хватит, — засмеялся он.
Это была первая искренняя улыбка Джеймса за долгое время.
Дом был наполнен привычным предрождественским хаосом. Эбби носилась из комнаты в комнату, собрав в руки сразу три плюшевых игрушки, и громко спорила с Джанет, которая пыталась объяснить, что в машину все не влезет. Эми складывала подарки в коробку, тщательно обматывая каждую, чтобы ничего не разбилось в дороге.
К вечеру все, наконец, было собрано, а Эми убедилась, что они ничего не забыли согласно ее списку.
— Давай загрузим все заранее в машину? — предложил Джеймс. — Утром нам надо выехать пораньше, чтобы добраться до пробок и молиться, чтобы синоптики не ошиблись с прогнозом.
На улице стояла тишина, только снег шуршал под ботинками Джеймса, пока он переносил сумки к машине. Воздух был холодным, а свет уличного фонаря заливал белоснежные сугробы ярким мягким желтым светом, отчего Мейпл-авеню напоминал живописную картину, а не простой жилой квартал.
Из дома доносились голоса: Эми пыталась утихомирить дочерей, чтобы те легли спать пораньше, перекрикиваясь с Эбби, которая, судя по звукам, пыталась убедить сестру взять какую-то очередную игрушку, чтобы похвастаться ею перед бабушкой. Джеймс усмехнулся, пытаясь аккуратно расположить вещи.
В умиротворяющей морозной тишине приближающиеся шаги Эмили отдавались хрустом на всю улицу.
— Это последняя, — вымученно улыбнувшись, сказала она, протягивая мужу небольшую сумку, из которой торчала плюшевая медвежья лапа.
— Смотрю, Эбби все-таки выиграла этот бой? — ухмыльнулся Джеймс, закидывая сумку в багажник.
— Пришлось, иначе бы спать они легли только под у… — она осеклась на полуслове. Эми пристально смотрела куда-то за спину Джеймса, и лицо ее, только что умиротворенно-усталое, напряглось от тревоги.
Мягкий рев двигателя заставил его обернуться. Полицейский «Форд Краун Виктория» медленно остановился у обочины.
Сердце сжалось. Неужели?.. Нет, не сейчас.
Машина заглохла, и из нее вышли Митчелл и Бэннет. Их силуэты выделялись на фоне освещенной улицы.
— Джеймс... что происходит? — тихо спросила Эми дрогнувшим голосом.
— Не знаю, — коротко ответил он, захлопнув багажник.
Оба офицера старались выглядеть спокойно, но на лицах читалось напряжение.
— Привет, Сэвиджи! — сказал Митчелл уж слишком веселым тоном. — Мы тут... проезжали мимо, решили заскочить.
Эми прищурилась, одарив непрошенных гостей колючим взглядом.
— Проезжали мимо? — переспросила она, явно не веря.
— Мы тут просто заскочили... поздравить с праздниками, — Митчелл улыбнулся, неловко махнув рукой. Все в его движении говорило Джеймсу — что-то стряслось. Он знал напарника как облупленного.
Эми мгновенно замерла, ее взгляд метнулся к мужу.
— Поздравить? — переспросила она с горечью. — Или опять работа?
