Но Ванька ж один пропадет. Его тоже жалко. Эх, меня ни он, ни дочка, никто не жалеет. Я вечно самая сильная, рассудительная, разумная. Родилась бы глупышкой, горя бы не знала, и проблем бы не было никаких.
Я толкнула дверь в спальню коленом. Саламандра вмиг уползла, кажется, она не может забыть нашу прошлую встречу. Ну и пусть. Я оглядела комнату, водрузила поднос на письменный стол. Благо бумаг на нем нет. Протереть будет не сложно.
— Вы не посмеете! Это стол нашего господина! — прошипел управляющий и потряс бородой, аж колечко запрыгало.
— Спорим? Я еще и не то могу посметь.
— Я вынужден буду доложить обо всем, что здесь происходит, хозяину!
— Да пожалуйста, — я только пожала плечами. И внезапно меня осенила неприятная мысль. Что, если в комнату поднимется Анджел? Выйдет совсем неудобно! Нельзя, чтоб он застукал Дальона полуодетым. Да и другим видеть парня в одном полотенце точно не стоит. Слухи пойдут, да и самому невольнику будет стыдно. Нет, с этим точно нужно побыстрей разобраться.
Я раскрыла тот единственный шкаф, который стоял в комнате. Надо же! Половина выделена под мою одежду, зато во второй висят исключительно мужские вещи. Выбирай — не хочу. Надеюсь, вампир не обидится, если я возьму у него что-то из вещей? Даже если обидится, не страшно. Главное, чтоб не съел он меня.
Я потянулась рукой к первой попавшейся тёмной рубашке. Плотная, тёплая, вырез в форме латинской буковки "v". На рукавах и вороте есть шнуровка. А вот и штаны под стать — легкие, длинные, подвернуть их будет несложно. Дальон все же пониже, чем Оскар. Да, пожалуй, именно эти вещи подойдут.
Ну а завтра я непременно куплю ему что-нибудь другое. Или Оскар пусть купит. В конце концов дом его, значит, он больше других заинтересован, чтоб все здесь было пристойно. Дожить бы только нам всем до утра. Повезло еще, что сегодня так вовремя случились гости. Я уверена, при них вампир нас не тронет. Почти уверена. Ладно, я просто на это очень надеюсь. А если я доживу до утра, то выпрошу под каким угодно предлогом у мужа целую гору золота или золотых украшений.
Просто по тому что собой я рисковать могу сколько угодно. Я человек взрослый, разумный и сама отвечаю за свою судьбу. Но вот дочкой я рисковать никак н могу. Анютке я обязана обеспечить достойное будущее.
Жаль, эта мысль не пришла мне в голову раньше, не привыкла я получать подарки от мужа. Нужно как-то выпросить у Оскара сундучок золота. Просто в качестве гарантии моей безопасности. Поставлю его на балкон, подопру стеклянными банками. Анютке покажу, где стоит. Если мало ли что, дочь найдет способ распорядиться богатством. На образование ей тогда точно хватит, да и на то, чтоб прожить, тоже. Может, и вовсе замахнуться на платное отделение элитного вуза? Вопрос остается только в том, как обналичить золото Оскара. Ну и как убедить мужа отдать мне нужную сумму. Нет, определенно, с сундуком мне будет легче двигаться рядом с вампиром. Так и скажу, что мне нужно успокоительное. Ну да, во такое вот странное. Не травки и не таблетки, зато действует удивительно хорошо и совершенно безопасно для организма. Его даже внутрь принимать не нужно, чтобы подействовало.
— Ведьма, что ты задумала? — управляющий как будто проникся до глубины души моей внезапной улыбкой.
— Вам лучше не знать!
— Я позову хозяина! Пусть он немедленно сообщит о ваших проделках королевскому магу!
Глава 27
Дальон
Усталость берет власть над телом, пеленой кутает разум. Я пытаюсь не спать, держать спину ровно, вспоминаю каждое слово Оскара, весь его монолог. Теперь мне его слова представляются цветными бусинками разных форм и размеров, нанизанными на ниточки смысла. Вот только он все время от меня ускользает. Мне мерещится грядущая ночь, мягкие прикосновения ведьмы, ее пугающая изощренная страсть, чарующий голос, полный колдовства и лукавства. Я даже не могу взять в толк кто она — тоже вампир или просто женщина? Все возможно.
Отчего-то она кажется мне напуганной, запертой в особняке не по своей собственной воле. И мне вдруг захотелось ей помочь, защитить. Глупость. Она жена чудовища! Она точно такая же, как и он сам. Она сполна насладится моей смертью, поможет упырю накрыть на стол. Даже если она человек, все одно. Лучше пожертвовать незнакомцем, чем самой занять его место. Можно ли за такое решение осуждать женщину? Нет, это исключено. И, потом, откуда я знаю почему она здесь, какими угрозами, какими обещаниями, а может, и шантажом держит ее в особняке вампир. Или вовсе женщина в этих стенах осталась исключительно из своего любопытства?
И вновь я откинулся на постель. Ошейник не даст сбежать, любое сопротивление не несет смысла. Нужно понять и принять тот факт, что я в лучшем случае вещь, а в худшем — блюдо. Повезет, если я просто буду в этом доме гаремным рабом, переживу эту ночь и тысячи следующих. Или не повезет?
В соседней комнате скрипнула дверь, я сел на постели. Похоже, что ведьма вернулась. А с ней и ее чарующий голос, его мягкие перекаты, нежное женское обаяние. Я не знаю, в какой момент я прикрыл веки, потерял связь с реальностью. Но только внезапно мне стало легче. На какой-то миг удалось представить, будто бы я сейчас нахожусь в своем доме, будто бы это моя жена несет в комнату ужин, и все хорошо. Не существует вампира, его просто нет. Теперь мы отужинаем, потом спустится ночь, и мы сможем сполна насладиться друг другом. А утром при свете первой зари я вновь войду в академию и не будет на мне больше ошейника, не будет позора. Даже клеймо гаремника, и то исчезнет с тела. Все вернётся на круги своя вновь и станет даже еще лучше. Упоительная мечта. Как же хочется в ней остаться.
Вот скрипнули дверцы шкафа, раздался строгий голос управляющего, шуршит ткань, что-то зазвенело. И мне хорошо, нет дурных мыслей. Хоть еще одну-единственную минуту, но я могу верить в то, что сам придумал себе. Знаю, что ничему не сбыться, а все одно хочется помечтать, раз уж это единственное успокоение, которое мне доступно.
— Вставай, бесстыдник.
Яркий свет ударил в глаза, управляющий отворил дверь, вошел в мою каморку. Я успел поджать колени к груди, прикрыл лицо сгибом локтя. Опять. Все, как и тогда, в тех казематах, когда я еще пытался что-нибудь объяснить в отношении "уважаемого члена Совета господина Оскара". Пытался доказать, что мы все имеем дело с настоящим вампиром. Управляющий настроен решительно, вмиг он очутился рядом с мой постелью. Ударит? Поднимет за волосы? Снимет со своего пояса плеть, ею воспользуется? Что ещё? В любом случае, я не смогу защититься.
— Где ж она такого нашла? — я скорее услышал, чем заметил, как управляющий размял свою шею будто бы перед дракой.
— Господин, не нужно. Я дорого стоил. Я не смогу приносить пользу, если…
— Какую пользу ты собираешься приносить, гаремник? — он поднял меня за плечи, поставил на ноги,
— Твоя хозяйка околдовала господина Оскара! Раз уж он ей позволил привести в дом тебя! Одевайся в его вещи и жди утра. А посмеешь принести пользу, так и знай, дело будешь иметь со мной. Утром наведаюсь в ратушу, стребую, чтоб с нашего господина сняли все темные чары!
Мне в лицо прилетели вещи, тонкие, мягкие, дорогие. Рубашка, шитая из батиста, бархатные штаны. Управляющий подал руку, дал на нее опереться, чтоб было легче натянуть на себя одежду. Я с большим трудом смог продеть ноги в штаны, на боку ещё до конца не прошел след от удара, да и со спиной дела обстоят не лучше. Управляющий сморщился, глядя на меня, чуть не выплюнул в лицо короткую отповедь, от которой на душе стало еще тяжелей.
— Все вы, гаремные рабы, изнежены донельзя, будто бы и не мужчины. Вся ваша жизнь — принимать да дарить ласку и зрелище.
— Я только недавно попал в рабство. Всего несколько дней прошло. До этого у…
Он не дал договорить, перебил.
— В чем тебя обвинили?
— В краже часов, но я, — голос было начал набирать привычную сил
