— Я был бы счастлив, — прошептал он.
— Я никогда ничего похожего не чувствовала, — сказала Саманта. — То мне хочется плакать, то смеяться, то… поцеловать тебя…
Джереми взял ее за руку.
— Давай я пока буду держать тебя за руку, а ты подумаешь, чего тебе больше хочется: поцеловать меня или поплакать надо мной. Мне бы не хотелось… воспользоваться твоей минутной слабостью.
— Да. — Саманта кивнула. — Сначала мне самой нужно разобраться в своих новых чувствах к тебе.
— А когда ты разберешься, ты мне скажешь? — спросил Джереми.
— Скажу.
Они сидели несколько минут, молча держась за руки. Потом Джереми неожиданно обхватил Саманту, поднял ее на руки и отнес в гостиную. Там он усадил ее на диван, поближе к камину.
— По-моему, ты замерзла, — пробормотал он.
— Нет, — отрицательно помотала головой Саманта.
— Ты дрожишь.
— Да? Я как-то не замечала.
Джереми сел рядом с ней и обнял ее за плечи. Она прижалась к нему, и дрожь ее немного утихла.
— Джереми, — тихо сказала Саманта. — Слышишь, как бушует буря?
За окном слышались громкие завывания ветра, потоки мелкого колючего снега то и дело обрушивались на крышу и бились о стекла.
— Честно говоря, я совсем забыл о буре. Я слышу, как громко бьется мое сердце, оттого что ты рядом.
Он обнял ее еще крепче. Саманта закрыла глаза и уткнулась лицом в его плечо. Джереми сам не заметил, как его рука начала осторожно гладить волосы Саманты.
— Джереми, мне с тобой так… хорошо, — прошептала она. — Все волнения и переживания как будто куда-то исчезли…
— Саманта, мне… тоже необыкновенно хорошо с тобой. — Его голос вдруг показался Саманте каким-то чужим, охрипшим. — Только я не могу сказать, что мне… спокойно.
Она подняла голову и взглянула на Джереми. Его янтарные глаза показались ей темными и необыкновенно глубокими. Они затягивали ее, будоражили ее кровь, влекли ее куда-то… Она вдруг мгновенно ощутила жар его сильных рук, сомкнувшихся за ее спиной, его прерывистое дыхание, почувствовала неровное биение его сердца, которое звучало в унисон с ее сердцем, то замирающим, то гулко и быстро бьющимся в груди.
Джереми увидел, как в глазах Саманты появилось совершенно новое, незнакомое ему выражение. Они вдруг вспыхнули ярким огнем, от которого запылало горячим пожаром все его существо. Он видел очень близко перед собой ее коралловые губы, которые вдруг слегка разомкнулись, как будто она хотела что-то сказать…
Что она хотела сказать, Джереми так и не узнал. Он сам не понял, как случилось, что его губы прижались к ее губам в жарком, обжигающе горячем и таком долгожданном поцелуе.
Саманта целовала Джереми со всем пылом неожиданно вспыхнувшего огромного и сильного чувства, захватившего ее от корней волос до кончиков пальцев. У нее кружилась голова, тело ее слабело, поддерживаемое сильными и нежными руками Джереми. Она то проваливалась в омут ярких необыкновенных ощущений, то неожиданно выныривала на поверхность, чтобы немного прийти в себя, но ей это так и не удавалось.
Они на мгновение отодвинулись друг от друга и посмотрели друг другу в глаза.
— Саманта, я… схожу с ума от тебя, — прошептал Джереми.
— Джереми, мне кажется, я поняла…
Он смотрел на нее не отрываясь. Кажется, он даже перестал дышать.
— Я люблю тебя. Люблю уже давно, только почему-то раньше я сама об этом не догадывалась.
Джереми покрыл поцелуями ее лицо. Саманта обнимала его, прижимаясь к нему всем телом.
В этот момент погас свет. Во тьму погрузился не только охотничий домик, но и весь Гроссвил. Но Саманту и Джереми это совершенно не волновало…
К утру буря закончилась, как будто ее никогда и не было. На улице было тихо и солнечно. И так же солнечно было на душе у Саманты.
Она проснулась от нежного поцелуя Джереми. Даже не проснулась, а улыбнулась во сне. Ей казалось, что ей приснился какой-то чудесный сон, но она никак не могла вспомнить какой. Хотя это, кажется, уже не сон… Джереми осторожно убрал волосы с ее лица и снова поцеловал. Она открыла глаза и снова улыбнулась. Джереми смотрел на нее восхищенно и немного испуганно.
— Доброе утро, — прошептал он.
— Утро действительно доброе, — ответила Саманта. — Самое доброе за последний месяц…
— Я так боялся… — тихо произнес он.
— Чего?
— Что ты проснешься и… пожалеешь обо всем, что было…
— Ты хочешь сказать, что вчера на меня просто что-то нашло?
— Ну… не знаю… Но некоторая тревога у меня была.
— Да, — серьезно кивнула Саманта, — вчера я была сама не своя.
Она увидела, как напрягся Джереми.
— Но дело в том, что это продолжается и сегодня…
С этими словами Саманта прижалась к нему и обняла его за плечи. У Джереми вырвался глубокий вздох облегчения, он прижал к себе Саманту и покрыл ее лицо поцелуями…
Завтракали они в полдень. Перед этим Саманта позвонила своим и узнала, что во всем Гроссвиле сейчас занимаются устранением последствий пронесшегося урагана.
— Сюда можете не торопиться, — сказала Саманта. — У нас все в порядке. Только дорога перекрыта. Но мы вовсе не торопимся домой.
Она положила трубку.
— Ну что? — спросил Джереми. — Надеюсь, раньше, чем через неделю, здесь никто не появится.
— Я тоже надеюсь. Но они все такие беспокойные. Им непременно нужно убрать с дороги это злосчастное дерево. Хотя и в городе работы хватает. Так что, я думаю, пару дней мы проведем в этом диком, необитаемом месте.
— Это самая лучшая новость за последние пятнадцать минут.
— Как хорошо, что ты здесь, со мной, — сказала Саманта и подошла к Джереми. Он обнял ее и усадил к себе на колени.
— Конечно, я здесь. Не мог же я оставить тебя здесь одну. Я твердо решил признаться в своих чувствах до Дня святого Валентина. А он, между прочим, завтра.
— А что было бы, если бы начался снегопад и аэропорт закрыли? Один раз он был закрыт две недели.
— Я бы нанял эскимосов на собачьей упряжке и все равно бы к тебе приехал, — сказал Джереми и поцеловал Саманту.
— Да, во Флориде полным-полно эскимосов, — рассмеялась она.
— Я бы нашел способ к тебе добраться, — серьезно сказал Джереми. — Две недели я бы точно не смог ждать. На крайний случай у меня есть прекрасные снегоступы…
— Точно! — воскликнула Саманта. — Ты привез их с собой?
Он виновато покачал головой.
— Забыл. Они преспокойно висят на стене в моей прихожей, вводя в ступор посетителей. Пока только один с ходу угадал, что это такое. Да и то он вырос на Аляске, так что это не считается.
После обеда Джереми и Саманта выбрались из дома и осмотрели разрушения, нанесенные ураганом. Собственно, к ним можно было отнести только дорогу, заваленную огромными ветками, сломанными ветром.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
