запихнула свои чувства поглубже и продолжила гнуть свою линию.
– Послушай меня: я просмотрела список участников, и там есть несколько важных шишек. Может, я приглашу их к тебе в номер на часок? Выпьете по коктейлю в неформальной обстановке, пообщаетесь. Устроим такое закрытое, приватное мероприятие, а потом я выгоню всех из комнаты, и остаток ночи будет в полном твоем распоряжении.
Теперь он положил голову на спинку кресла и трет лицо рукой.
– Один час.
– Поняла! Я организую доставку еды и напитков к тебе в номер. – Я нажимаю «отбой» и приступаю к воплощению оставшихся пунктов моего плана.
Все, кого я пригласила на приватную вечеринку к Эндрю, с радостью ухватились за это приглашение. Я очень тщательно подошла к составлению списка, выбирая людей со всего юга, поскольку это региональная конференция, выходящая за рамки Северной Каролины. В последние два года я работала исключительно на юге, так что я прекрасно осведомлена о политической обстановке в каждом штате и наслышана о пороках и добродетелях каждого из видных деятелей, собравшихся здесь.
Здесь есть горстка юристов, которые, подобно Эндрю, занимают выборные должности, от членов местного самоуправления до сенаторов. Но я пригласила только плохих парней, которые не прочь порезвиться. И которые на своем следующем публичном выступлении будут цитировать Библию и клясться в любви к семье и Богу.
Почему бы не выжать из этого максимум пользы для его политической карьеры, пока это в моих силах.
Эндрю общается с присутствующими, одним глазом поглядывая на часы: не может дождаться, когда же все это закончится. Выпивка течет рекой – спасибо моим девочкам-официанткам, которые не забывают наливать. Я вручаю Эндрю бокал пива, и он благодарно кивает. Он редко пьет, а если пьет, то исключительно «Миллер Лайт», и не больше одного бокала.
Потягивая пиво, он тихо говорит:
– Не уверен, что я бы пригласил сенатора Нельсона или конгрессмена Берка.
Меня не удивляет его комментарий. Эти двое – самовлюбленные мудаки, впрочем, как и все остальные, кого я пригласила сюда сегодня.
– Я знаю. Так надо. Нравится тебе это или нет, но это парни с самыми большими связями и влиянием.
Я киваю одной из девушек, и музыка становится немного громче. Гости расслабляют галстуки и начинают распускать руки.
Перемены в обстановке не укрываются от внимания Эндрю, и он в замешательстве смотрит на меня. Его глаза уже подернуты поволокой.
– Может, пора сворачиваться? Я неважно себя чувствую, – говорит он, наклонившись к моему уху.
Я бросаю на него сочувственный взгляд.
– Ты неважно выглядишь. Давай выведем тебя на воздух. – Я провожаю его на балкон и помогаю забраться на шезлонг. Едва коснувшись головой подголовника, он вырубается. Его пальцы разжимаются, и недопитый бокал падает на пол; пиво, к которому я подмешала секретный ингредиент, разливается по плитке.
– Прости, Эндрю, – шепчу я и возвращаюсь на вечеринку. Девчонкам пора действовать.
Глава 15
Наши дни
Когда я закончила собирать вещи этой женщины, мы смогли наконец уехать от Бернардов, пообещав вернуться завтра, чтобы помочь им организовать поминки по Джеймсу. На этот раз я с радостью отпущу Райана одного, ведь все, что можно было здесь найти на Лукку, я уже нашла.
Райан ведет машину, а я листаю ленту в Инстаграме. Мое внимание привлекает последняя публикация Southern Living – камера запечатлела прекрасное крыльцо с белыми деревянными качелями, обрамленное висячими папоротниками. Снимок просто роскошный. Кликнув на кнопку «Комментировать», я печатаю: Идеальное место для посиделок за бокалом вина. А где-то уже пять часов!
Как только мой комментарий загружается, я просматриваю все оставшиеся обновления, а потом убираю телефон в сумочку.
Когда мы приезжаем домой, Райан падает лицом вниз на диванчик в своем рабочем кабинете. Я сажусь рядом, и он приподнимает голову ровно настолько, чтобы я могла пододвинуться, и он положил ее мне на колени. Его глаза закрываются, когда я нежно глажу его по волосам. Ни один из нас не испытывает нужды в разговорах.
Опустив на него взгляд, я размышляю о том, что вчера произошло.
Теперь, когда прошел первый шок от их гибели, я вижу два возможных варианта.
Первый – авария была несчастным случаем, который унес жизни двух человек.
Второй – мой босс намеренно их прикончил.
Интуиция подсказывает мне, что второй вариант более вероятен, но мой мозг пытается найти причину, по которой он бы не стал этого делать. Не было похоже, что она выполнила свое задание. Ее тщательно готовили к исполнению этой роли – роли меня, – и ее вывод из игры мне кажется преждевременным. И зачем их убивать? Можно ведь было просто отозвать. И почему именно сейчас? Этот вопрос не дает мне покоя.
К чему привело их убийство? Лукка Марино из Идена, штат Северная Каролина, мертва.
Я не скрывала, что яростно отстаиваю свое право на собственную личность. В тот первый год Мэтт начинал каждый наш телефонный разговор как светскую беседу, хотя звонил, чтобы обсудить мое следующее задание, и я была достаточно наивна, чтобы поверить, что мы с ним друзья. Во время этих разговоров я постоянно заявляла, что планирую вернуть себе собственное имя. Я даже рассказала ему о доме, который построю, и о саде, который разобью.
Но ее смерть не остановит меня в моем стремлении снова стать Луккой Марино. Это сложно, но не невозможно. Ее убийство было беспрецедентным шагом, которого ни я, ни Девон не ожидали. Мистер Смит сказал, что ее послали в качестве напоминания, но мне не нужно напоминать о том, как опасна эта игра.
Это возвращает мне надежду на вариант номер один – что это действительно был несчастный случай.
А еще нельзя забывать о Райане.
Если это не был несчастный случай, как это влияет на мою работу?
Негромко всхрапнув, он размыкает объятия. Сегодняшний день не прошел для него бесследно.
Я медленно отцепляю его руки от моей талии и выскальзываю из-под него, подложив ему вместо себя диванную подушку. После утреннего похмелья и напряженного дня он даже не морщится.
Бросив взгляд на часы на микроволновке, я понимаю, что мне пора двигать. Надеюсь, Девон будет ждать меня, чтобы мы могли пробежаться по всем событиям последних суток.
За шесть лет совместной работы мы с Девоном прошли большой путь. Он знает, кто я такая и откуда приехала, а я вошла в чрезвычайно короткий список тех, кому он рассказал правду о себе и своем прошлом. На самом деле мне кажется, что в этом списке нас всего трое.
Я достаю
