началом нового года начнётся и новая жизнь — более счастливая. На Лирасе начало года отмечать не принято. Здесь отмечают два больших праздника — окончание леденя (последнего месяца зимы) и начало хлебороба (месяц сбора урожая). Еще есть довольно много праздников, многие из которых связаны с местными богами.
Завтракала, обедала и ужинала я всегда в своей комнате. Одежду и необходимые мелочи мне предоставили, нужды ни в чем не было. Если не считать какого-нибудь занятия.
Сегодня утром решила прогуляться. Выйдя из комнаты, спустилась по лестнице, быстро миновала длинный коридор, огромный зал, у выхода приветливо поздоровалась со стражниками и вышла во дворик. Здесь тоже были стражники, всего их на территории замка было довольно много. Некоторые молчаливо стояли у дверей и арок, кто-то патрулировал свой участок. Со многими я познакомилась. Ребята в большинстве своем приветливые и общительные, только парочка хмурых молчунов. Даже представиться отказались. Но меня это не огорчило, на Земле и не к такому привыкаешь.
Когда мы только прибыли в замок Моркелеба, мне казалось, что он будто высечен в скале и подъезд есть только с одной стороны. Но это оказалось не так. Ворота имелись и с противоположной. Сейчас я именно к ним и направлялась. Пересекла длинный двор, обошла множество хозяйственных построек, прошла мимо небольшого огородика и подошла к низким кованым воротам. Это вход на территорию для замковых слуг, которые живут в городе или ходят туда по поручениям.
Дорога с этой стороны очень узкая и пологая, по принципу серпантина огибает скалу. Улицы будто опоясывают скалу, двигаясь все время вверх к замку, расположенному на самом верху. А я сейчас шла, соответственно, вниз. Многие жилища можно было заметить, лишь подойдя вплотную, они были выдолблены прямо в скале и не бросались в глаза. Разглядывая дома, я спускалась все ниже по дороге. По пути мне мало кто попадался, работников-людей встречалось не так много, и все они были заняты своими делами. Одинокие деревья и чахлые кустики травы разбавляли унылый пейзаж серой скалы, но спускаясь все ниже и растительности прибавлялось. У подножия тоже теснились дома людей, здесь же были разбиты поля и пастбища. Внизу оказалось оживленнее. Детишки бегали по улице, но совсем малыши, лет до пяти. Те же, кто постарше помогали родителям. Даже в замке работали несколько детей, лет десяти. Помогали на кухне и с животными.
Я всячески пыталась подружиться с кем-нибудь, но девушки, прислуживающие в замке, относились ко мне крайне настороженно, а некоторые даже агрессивно. Думаю, это от того, что я невольно оказалась на ступеньку выше, несмотря на свое “низкое” человеческое происхождение. Единственная служанка, с которой мне иногда удавалось перемолвиться парой фраз — Марка. Девушка лет шестнадцати на вид. Ей повезло устроиться работать в замок, вместо тяжелой работы в поле с родителями. Она рассказывала, что у нее есть два брата, а вот маленькая сестра умерла в прошлом году.
Спускаясь по дороге вниз мне повезло встретить именно ее. Девушка несла объемный тюк, двигаясь прямо на меня.
— Марка, — окликнула ее. Девушка резко затормозила и заозиралась вокруг. Громоздкая ноша мешала обзору. Но вот она меня увидела сдержанно улыбнулась.
— Лира, — легкий кивок в мою сторону, — что вы делаете так далеко от замка?
— Да вот, — пожала плечами, — решила прогуляться. Давай помогу.
— Ну что вы, я справлюсь. Да тут уже и недалеко.
Девушка слегка качнулась вперед, и вещи, смотанные в тюк, посыпались на землю.
Ойкая и немного причитая, Марка бросилась поднимать рассыпанные вещи. Разумеется, я не могла остаться в стороне. Вместе мы быстро справились. Теперь у нас оказалось два свертка небольшого размера. И как-то само вышло, что к ее дому мы пошли вместе.
В замке распространилась информация, что я приехала издалека. Этим объяснялось мое невежество во многих повседневных вопросах. Ну, и так я могла больше задавать вопросов, не вызывая лишних недоумений.
— Вот здесь я и живу, — мы как раз подошли к небольшому деревянному домику. — Проходите.
Девушка толкнула плечом незапертую дверь, и первая протиснулась внутрь. Домик оказался простым, только одна комната. Здесь было все: и стол, и печь, и лежанки. Кроватями не назовешь. Но чистота, порядок и определенный уют присутствовали. Не нищета, а благородная бедность. Марка предложила мне присесть и налила напиток, который я уже пробовала. Что-то вроде нашего компота, только из местных фруктов. Вкусно и освежает. Поблагодарив, выпила почти залпом — за время гуляния в горле пересохло.
— У тебя сегодня выходной? — поинтересовалась, возвращая глиняную кружку.
— Нет, выходных у меня не бывает. Лара Миранель отпустила меня сегодня пораньше. Завтра день памяти богини Эллурианы, я буду помогать в ее храме, а сегодня нужно многое успеть приготовить. Будут раздавать еду бедным, мне нужно напечь подорожников с кроскатами.
— Тогда командуй! Буду тебе помогать.
— Вы тоже поклоняетесь матушке Эллуриане? Я считаю ее самой справедливой и доброй богиней! — девушка прижала ладошки к груди. — Она всегда помогает, когда просишь! А там, откуда вы прибыли, есть ее храмы?
— Храмы есть, — уклончиво ответила я. — Так что делать?
— Вы умеете чистить кроскаты?
— А давай ты будешь называть меня просто по имени? Или еще лучше просто Ника. Меня так друзья называют.
— А мы разве друзья? — мило покраснела девушка.
— Так ничто не мешает нам подружиться, ведь правда?
— Правда. — Марка улыбнулась в ответ.
— Кстати, а что такое кроскаты?
Заливистый смех стал мне ответом. Отсмеявшись, Марка поинтересовалась, как можно не знать, что такое кроскаты?
— Неужели вы их не едите?
— Может, я и знаю, что это, — уклончиво ответила я, — просто, возможно, мы их иначе называем.
— Тогда вот, — передо мной на пол опустилась плетеная корзина с крупными корнеплодами, — кроскаты.
Картошка? Крупнее, цвет темно-серый, внутри красно-коричневый. Смущает размер, с большой баклажан.
Быстро и ловко я почистила и нарезала кроскат. Под недоуменным взглядом Марты откусила небольшой кусочек — вкус отличается от картофельного, более терпкий, но приятный.
— Мы не едим кроскаты сырыми, жареные они мягче и вкуснее, — пояснила девушка.
— Просто стало любопытно, — улыбнулась ей самой широкой из своих улыбок. Мне очень хотелось с ней подружиться. Марка была простой милой девушкой, общаться с ней одно удовольствие.
Пока я очищала кроскаты, девушка ловко замесила мягкое тесто и оставила под тряпицей отдыхать.
— Теперь черимойя, — и она подала мне небольшую корзину, заполненную желтыми плодами с приятным запахом.
— Как здорово пахнет! А ее можно есть сырой?
— Угу, — Марка кивнула как-то загадочно, будто что-то скрывая.
Я же, отрезав кусочек черимойи, незамедлительно отправила ее в рот. Ааааа! Это же еще кислее
