Тем, кто ищет правду в жизни, не место в полиции. Это работа не для веснушчатых идеалистов, а для холодных, черствых индивидуумов, роботов, а не живых людей с чувствами и эмоциями. «Я не слуга закона, не профессиональный борец за справедливость, а просто регулировщик радикальных человеческих конфликтов», – пришла к неутешительному выводу Гроттке к концу первого года службы в полиции.
Коллеги по ОСР, Отряду специальных расследований Континентальной полиции, не разделяли пессимистичных воззрений строгой блондинки, прятавшей природную красоту за лацканами длинных, мешковатых пиджаков, более походивших на картофельные мешки с прорезями для рук, нежели на одежду.
«Мадам слишком долго жила среди трущоб и привыкла к отбросам», – любил подшучивать над ней весельчак Род-Риго, намекая на двухлетнюю службу Дианы в 1787-м континентальном округе – рабочих кварталах Альмиры.
«Твой юношеский, точнее девичий максимализм скоро пройдет. Не борись с ним, он сам исчезнет, как прыщи у подростка, ставшего мужчиной, – успокаивал пытавшуюся с пеной у рта доказать свою правоту Диану седовласый северянин Свен. – Просто перетерпи какое-то время!»
«Тебе нужно больше отдыхать и чаще развлекаться, милая, – советовал любимец женщин вивериец Луиджио Альваро, широко улыбаясь и лукаво смотря на нее сквозь щелочки прищуренных глаз. – Не забывай, ты красотка, лакомый кусочек… Сделай макияж, носи более облегающее и менее длинное, и ты увидишь, радость моя, как жизнь перестанет быть скучной и серой, она откроется перед тобой совершенно с иной стороны!»
«Милые мои коллеги, друзья, братья… как же мне вас не хватает! Так паршиво и одиноко, что хочется выть!» – печально вздохнула Гроттке и еле успела смахнуть со щеки слезу, уже собиравшуюся шлепнуться в стакан с остатками остывшего кофе.
Два года назад она пришла в ОСР, тогда их было пятнадцать, пятнадцать лучших полицейских агентов, подчинявшихся напрямую Главе Континентального Конгресса и расследовавших самые крупные преступления. По правде говоря, они не занимались расследованиями в привычном смысле слова. Расследовать – значит работать с уже чем-то совершенным, чего нельзя предотвратить, их же целью было бить с опережением, пресекать заговоры, преступления и крупные финансовые махинации еще в стадии их подготовки, не давать злоумышленникам осуществить преступные замыслы, искоренять причины, а не ликвидировать последствия.
Наверное, об их работе можно было снять неплохой фильм, зрелищный, эффектный, захватывающий, да вот только рассказать скучающим без хороших сценариев режиссерам об их службе было уже некому. Родриго и его напарница Энтра погибли год назад. Раскручивая ловкие махинации известного шеварийского финансиста, они случайно перешли дорогу намбусийской спецслужбе. Свен утонул в батискафе невдалеке от юго-западного побережья Континента. Что заставило его спуститься под воду на глубину более пятисот метров, так и осталось загадкой. Рамису застрелили, самолет Антура разбился в горах. Смерть преследовала их, ОСР нес потери, но упорно продолжал борьбу: до конца, до последнего агента.
И вот полгода назад наступил тот злосчастный день, когда шестерым оставшимся в живых членам отряда поручили дело пищевого магната Огюстина Дора. Персона Дора привлекла внимание Конгресса неспроста. Один из самых богатых и влиятельных людей Старого Континента вел себя весьма странно, нетипично для лиц его круга и положения. Он был всегда на виду, но не стремился во власть. Многие влиятельные политики пытались свести с ним знакомство и «подружиться» для ведения совместных дел. Однако двухметровый великан изящно избегал случайных встреч на кортах, раутах и приемах. Министры, сенаторы, лидеры правящих партий не могли пробиться сквозь несокрушимую, многослойную стену из пресс-секретарей, помощников, ассистентов, советников и заместителей по различным вопросам. В то же время замкнутый бизнесмен весьма щедро финансировал мелкие организации, которые никогда не играли, да и вряд ли когда-нибудь стали бы играть весомую роль в общественной жизни: «Континентальный союз геологов», «Филанийская ассоциация добровольных мусорщиков», «Исследователи морского дна», «Общество защиты исторических памятников», «Шеварийская ассоциация домохозяек», «Герканский союз покинутых жен»…
Аполитичность магната была непонятна, но не могла стать причиной для начала расследования. Щедрость вполне объяснялась рекламными целями, но сама стратегия развития крупнейшей компании Континента оставалась неразрешимой загадкой. Человек, создавший мощную пищевую империю, безрассудно выбрасывал огромные деньги на ветер. Семьдесят процентов прибыли корпорации направлялось на финансирование заведомо убыточных проектов. Казалось, Дор специально разыскивал самые глупые, абсурдные идеи по всему Континенту, чтобы потратить на них лишние деньги: осушение болот Альтрунсии, производство энергомобилей нового поколения в Полесье, строительство энергетического комплекса в Намбусе.
Одно дело подкинуть несколько десятков тысяч представителям нежизнеспособных общественных организаций, и совершенно другое – транжирить миллиарды. Никто не мог понять замыслов пищевого короля, но в тоже время никому не приходило в голову обвинять его в глупости. Непонятные, алогичные действия солидных персон пугают, и поэтому автоматически становятся объектами расследования.
Шестеро агентов стойко пережили два месяца скучной, изматывающей кабинетной работы. Анализ финансовых потоков, отслеживание политических тенденций и закулисных игр денежного воротилы; головные боли, постоянно слезящиеся глаза, рези в пояснице от многочасового сидения в кресле, несметные галлоны выпитого кофе, разговоры, обсуждения, отчеты, мозговые штурмы… Как это было уже далеко, нереально, призрачно, отрешенно, как в чужой жизни, тихой, спокойной, желанной…
Наконец-то им удалось получить результат, тонкую ниточку, ведущую к центру интриги и обрывающуюся на границе Шеварии. Хотя бы раз в полгода каждый из председателей нелепых ассоциаций и союзов посещал горные курорты Шеварии, гораздо чаще бывали там руководители инвестиционных прожектов. После того как было установлено, что все они проходили курс лечения в закрытой клинике возле маленького городка Монтеранк, сомнений уже не было: речь шла о крупном и хорошо подготовленном заговоре, но вот только каком?
Дальнейшее просиживание штанов в штаб-квартире ОСР было бессмысленно. В Мальфорне остался лишь Альваро. Вместе с Карлом Альтмайером, сменившим фамилию на Альтфукс, а любимый кожаный плащ на униформу контролера Управы железнодорожных путей сообщения, Луиджио координировал действия агентов, разъехавшихся по удаленным уголкам Континента.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
