держит и близко к себе точно не подпустит, пока он ей колечко на пальчик не наденет. При этом Оля не прочь с кем-нибудь замутить, в глазах у неё бесята и вселенская тоска. Если наберётся решимости, то Вавилов точно заимеет рога, не сейчас, так в будущем. Нет между ними любви.
— Мальчики, о чём шепчетесь? — появилась в тамбуре Ольга, с прищуром на нас смотря.
Хм, а ведь она в ярости, готова рвать и метать. Слышала наш разговор и что пари заключили? Так должна радоваться, что за неё вступился!
— Милая Оленька, куда же ты убежала? — возник за её спиной граф и обхватил за талию.
— Максим, руки убери, — попросила девушка.
— И не подумаю, иначе упорхнёшь, — Вавилов хмыкнул и поцеловал девушку в шею, попытался поймать её губы, но стоял неудобно, а его жертва стала сопротивляться. — Не дёргайся, не отпущу, — усмехнулся граф и стал сжимать руки на талии жертвы.
Матвей нервно хохотнул, и кивнул мне в сторону комнаты, где продолжается веселье.
— Отпусти, — прошипела будущая банкирша, обращаясь к своему ухажёру.
— Не ерепенься и не строй из себя недотрогу, надоело! — зло произнёс Вавилов, а потом обратился к нам: — Парни, чего стоите, свалили! Мы с Олечкой пойдём, — он оглянулся по сторонам и улыбнулся, — умыться!
Так получилось, что я стоял перед входом в ванную комнату, к которой граф потащил свою жертву. Максим приподнял девушку и всё сильнее сжимая талию двинулся на меня. Бедняжка стала задыхаться, хватает ртом воздух и не может слова сказать. О сопротивлении и речи не идёт.
— Собрался стать насильником? — спокойно поинтересовался я, смотря Вавилову прямо в глаза.
— Сбрендил? — поморщился тот. — Матвей, уведи своего соседа.
— Лёша, пойдем, это их дела, они сами разберутся, — неуверенно произнес тот.
— Я тебя не задерживаю, только ключ мне от моей комнаты верни, — мрачно ответил я, прикидывая, что с графом справиться окажется не так-то просто.
У нас разные весовые категории, а Максим уделял внимание спорту. Думаю, он на учёбу забил, за юбками волочился, да качался. Ну, это не точно, однако, за столом пару таких намёков слышал. Мол нашлась та, которая оказалась неприступна и графа заело. Всеми правдами и неправдами он захотел добиться своего. При этом, будущая банкирша, ухаживания не отвергала. Гм, но наша первая встреча с девушкой подталкивала к другим выводам. Или это была её защитная реакция? Впрочем, плевать! Но когда даму наглым образом собираются обесчестить, то это не по мне. Буду бит? И что с того? Конечно, есть вероятность, что дружки графа тому ещё и помогут.
— Возьми, — сунул мне в руки ключ Матвей и понурив голову поплёлся в свою комнату.
Он же право изучает! Неужели не понимает, что становится соучастником? Или надеется, что всё обойдётся миром и Оля на графа не заявит. Глупец! Его потом совесть замучает, если она у него имеется. А Вавилов поставил свою жертву рядом с собой и обнял её левой рукой, вдавливая в своё тело.
— Сгинь! — Максим правый кулак вперёд выставил. — Учти, удар у меня такой, что твой череп расколется, как орех. Мозги по полу собираться придётся!
— Рискни, — хмыкнул я. — Посмотрим, чему обучен и… — договорить не успел, пришлось уходить от летящей в голову подошвы ботинка противника.
Бью по опорной ноге графа и выхватываю у того девушку, задвигая себе за спину. На секунду отвлекся, Ольга упала на пол, я переоценил её состояние. И чисто рефлекторно дернулся, стараясь уйти от удара кулака, летящего в мою голову. Не успел! В последний момент граф изменил направление атаки и у меня в грудной клетке что-то хрустнуло. Чёрт, трещины еще не зажили, а тут новая напасть. Этак точно рёбра сломаются! Ещё и затылком о стену приложился. Однако, голову успел убрать и кулак графа врезался в дверь ванной комнаты. Раздался хруст, Вавилов взвыл, а его рука попала в ловушку. Дверное полотно оказалось далеко не лучшего качества, граф бил со всей силы и проломил тонкую древесно-стружечную плиту или коротко ДСП. А вот выдернуть кулак не сумел.
— Ах ты козёл! — воскликнула Ольга, очнувшись и вскочив на ноги. — У меня теперь синяки останутся!
Хм, о чём это она? Или всё же кокетничала, играя в недотрогу? Ой-ой-ой, не прав, острый носок туфельки угодил графу между ног. Как бедняга взвыл! У него даже из глаз слёзы брызнули. За то он сумел руку освободить, правда, теперь у нас в ванной комнате естественная вентиляция образовалась, знатная такая дыра.
— Что здесь происходит⁈ — высыпали из комнаты Матвея студенты.
Я привалился к стеночке и стараюсь ровно дышать. Ольга пинает ногами скрюченного в три погибели графа. Ну, повздорили молодые люди, с кем не бывает.
— Оттащите её от него, а то ведь забьёт, — произношу и невольно тру грудную клетку.
Нет, вроде переломов не случилось и это радует.
— Что за шум, а драки нет⁈ — весело произнесла Виктория, которую каким-то ветром принесло. — Виновата, драка имеется! Оль, хорош его бить! Если обидел, то ты мне скажи и парни отца его проучат, — брюнеточка перевала взгляд на меня и нахмурилась: — А ты тут чего? Чего грудь трёшь?
— Ты зачем здесь? — я нашёл в себе силы, поинтересоваться у Самойловой.
— Какой интересный дизайн, — хмыкнула Вика, рассматривая дыру в ванную комнату, а потом ответила на мой вопрос: — Не переживай, не к тебе пришла.
— Спасибо и на этом, тогда я пойду, — произнёс, намереваясь направиться в свою комнату и лечь на кровать.
— Стоять! — прищурилась Виктория. — Никто никуда не уйдёт, пока не объяснит, что тут происходит. Оль, успокойся, твой парень уже в отключке, — взяла за плечо будущую банкиршу и легко ту оттащила от графа.
— Мы на шум вышли, ничего не видели и не знаем, — заявила пухленькая Мария, при этом глядя в пол.
Ну, все обо всём догадываются, а Матвей так и вовсе был свидетелем, но предпочитает отмалчиваться. Странно другое, Самойлову никто не ждал, в этом уверен на все сто процентов. Но она пришла и говорит, что к Ольге. Подругами они вряд ли являются. Слишком разные, будущая банкирша старше, вроде бы не критично, но в таком возрасте два года или
