твой боец и гроза умертвий загадил всю поляну не хуже этих зомбаков. Как ты там говорил?
Дамир упер острие меча в землю и, облокотившись на рукоять, поднялся с травы.
— А? Старина, ты как?
— Упустили приспешника. Теперь искать придется, время потратим, — Старик стоял на одном колене, осматривал то место, где исчез Некроз666.
— Саня? Друг мой пушистый, где ты? — я негромко позвал своего пушистого друга. Он явился около моих ног и тут же стал карабкаться по мне, забравшись на руки, ткнулся головкой мне в грудь и чихнул. Потом поднял свою рожицу и прикрыл нос лапкой.
— Да, дружище, тот ещё запах. Прости, но тут без тебя никак, — я почесал его между ушек, — мы тут одного нехорошего ловим, но он убег, и нам надо знать, куда он направился. Поможешь?
Как только я замолчал, он спрыгнул и кинулся в сторону в сторону Старика
— Лесной фамильяр?! Дери тебя коза, малец! Когда ты успел? От горшка два вершка?! — Старик всплеснул руками, когда увидел серенького зверька, бегающего вокруг него. Потом Саня замер, подняв мордочку, пискнул и кинулся в лесную чащу. Я бросился за ним, у меня в голове тут же появилось странное ощущения правильного направления. Старик и Дамир присоединились ко мне, больше не задавая вопросов. Бежать по заросшему лесу, когда у тебя в голове вспыхивают картины, которые Саня умудрялся мне передавать, то еще удовольствие. То какие-то кусты, цветки, корни деревьев, жирные гусиницы. Видения вспыхивали в самые неподходящие моменты: пару раз нарвался на торчащие ветки, и разок меня оттолкнул Старик, бежавший рядом.
— Малец, старайся смотреть наперед, пока не научишься фильтровать мысли своего пушистого, — Старик менторским тоном посоветовал мне.
— Понял, учитель. Стараюсь. А фамильяра бабка Ледея подарила, я вроде говорил, — я наконец-то приноровился правильно вести себя во время прихода картин от Сани. Теперь картинка не задерживалась перед глазами надолго, а проносилась на уровне эмоций. Мой разведчик был явно зол на того, кого мы разыскивали. Злость и ярость волнами находили на меня. В какой-то момент нас обогнал Дамир и поднял руку, приказывая остановиться.
— Так парни, дальше только медленно. Смотрите, куда ставите ноги. Мы зашли на территорию лича, нутром чую, — Дамир склонился над дорогой и стал принюхиваться. Саня пискнул где-то далеко впереди, и я ускорил шаг.
— Стой, малец. Смотри, — Дамир поднял с обочины камень и бросил его вдоль дороги, по которой мы бежали. Камень несколько раз стукнулся, замедляясь, а потом посреди дороги образовался провал.
— Ах ты, старый лис! Медвежья яма. Не думал, что про такое ещё кто-то помнит, — Старик стал медленно подходить к краю ямы. Дамир достал меч и медленно двинулся следом. Игорь, догнавший нас, просто завалился в траву, дыша при этом как компрессорная станция, я подошел к нему.
— Ты как? Оклемался?
— Ми… милорд…эт…э…то… К тако…му … не… готов….был… — бледное лицо Игоря постепенно приобретало розовый оттенок.
— Мы все к такому не были готовы. Держись, все только начинается, — я нагнулся и протянул ему руку, он ухватился за нее, и я помог ему подняться.
— Так, мальцы. Все разговоры потом. Пошли, — Дамир махнул нам рукой, мы двинулись следом. Проходя мимо ямы, заглянул внутрь: там на дне было много рук, которые тянулись из земли, сжимая и разжимая пальцы. Между этой копошащейся массой белыми клыками стояли позвоночные столбы с заточенными вершинами. Из ямы тянуло вонью и разложениями. Саня вернулся ко мне и забрался на плечо, сейчас его услуги не требовались, и мы втроем двинулись за Стариком.
Теперь лес изменился. Если раньше мы двигались просто по сильно заросшему, то сейчас это больше походило на валежник, который не убирали годами. Звуки птиц стихли, живых деревьев вокруг не осталось, тропа, по которой мы шли, того и гляди исчезнет, настолько тут все заросло. Продираясь через поваленные сосны, Саня цапнул меня за ухо, на что я чертыхнулся, но увидел, как впереди из-под поваленных деревьев в нашу сторону ползут человеческие останки. По-другому это назвать было невозможно. Дамир остановился, ожидая, пока мы все соберёмся вместе.
— Дальше, там, — он указал вперед рукой, — два старых погоста. Очень старые. Это, видимо, оттуда. Рубим и стараемся не задерживаться.
— Да, могут и посерьезней на шум прийти, — Старик выставил вперед посох.
Мы с Игорем встали позади них, Саня перебрался ко мне за пазуху. Первым начал Дамир, а Старик пустил вокруг волну серого тумана. Этот бой был коротким, я лишь несколько раз пустил в ход глефу. Пробив широкий проход, мы поспешили дальше. Лес редел на глазах, теперь все чаще между редких деревьев стали замечать застывших умертвий. Они не двигались до того момента, пока кто-то из нас не наступал на ветку или задевал, проходя мимо, кусты. Тогда они медленно начинали двигаться на шум, вращая безглазой головой и беззвучно разевая рот.
Картина та еще, хочу вам сказать! Мы находились в окружении мертвых. Мы больше не переговаривались, Дамир только руками показывал нам, как действовать. Старик теперь шел замыкающим в нашем отряде. Но, даже имея в команде опытных бойцов, мы нарвались на неприятность. Мёртвый медведь кинулся на нас из-под земли, когда мы проходили мимо. Земля вспучилась, и в нос ударил зловонный запах. Старик попытался ухватить Игоря за плечо, но не успел. Полуразложившийся труп бурого медведя, встав на задние остатки лап, ударил по нам передними лапами. Первый удар достался Игорю. Его отбросило в сторону, я, отпрыгнув вбок, нанес глефой режущий удар, который оставил лишь разрез на мертвой плоти. Дамир обрушил свой меч на голову медведя, вбивая(выбивая?) остатки зубов, но это не остановило мертвое существо. В полной тишине оно бросилось в ту сторону, куда улетел Игорь. Но Старик встал у него на пути, ударив посохом, как копьем, пробил грудь твари, посох засветился, и по туше медведя поползли огненные всполохи. Горение медленно пожирало тушу давно умершего хозяина леса. Через несколько секунд все было кончено, и на землю осыпался лишь прах.
— Догвар, расточительно поступаешь. Мы даже до логова не дошли, — Дамир убрал в ножны меч и стал осматривать место убийства медведя.
— Не боись. Самое сладкое оставлю на потом, — Старик опустил посох и несколько раз постучал им об землю, стряхивая остатки пепла. Мы с Дамиром пошли искать Игоря.
— У тебя что, божественный доспех? — усмехнулся Дамир, поднимая Игоря с земли. Тот был бледен, грязен, но жив. Меня потрясывало, ведь после такого удара выжить мог только чудом. Ангел-хранитель сегодня работал в две смены, и нам пока везло.
— Слышь, воин. Так больше не
