я, и мой муж замер, пальцами касаясь обеих моих бедренных костей.
— Полагаю, это зависит от тебя, — сказал он этим своим ужасающе спокойным голосом, которым можно было — нет, уже — командовать армиями. Та другая банда..«Банда грандиозных убийств».. они бы не засматривались на Хавок, если бы в руководстве Виктора не было ничего такого. — Ты хотела пятерых мужчин, ты их получила.
Я никак не ответила, и руки Вика сжались на моих бедрах, заставляя меня застонать.
— Сделай это, — прошептала я, мой голос был с придыханием и тоненький, словно я могла рассыпаться, если они оставят меня здесь. — Трахни меня.
Виктор на минуту замер, а затем я услышала звук расстегивающейся ширинки его джинсов. Когда он прижался ко мне головкой члена, мое тело невольно задрожало.
Я подумала про Скарлетт Форс, та гонщица, которая несколько лет назад встречалась с тремя парнями. Однажды ее поймали, участвующей в оргии с ними в женской раздевалке.
Здесь не раздевалка, но..
Виктор полностью вошел в меня одним толчком, хватаясь за мои волосы для эффективного воздействия. Другой рукой он держал меня за бедро, на какое-то время прижимая нас друг к другу, чтобы я почувствовала каждый сантиметр его, словно размер его члена оставлял на мне клеймо.
— Почему ты, блять, должна все так чертовски усложнять? — процедил он, когда часть контроля ускользнула. Видимо, я так влияла на него. — Я дал тебе чертовски простой приказ, а ты попыталась убить себя.
— Должно быть, это у меня в крови, — промурлыкала я, оборачиваясь, чтобы посмотреть на него. — Или, может, поэтому я вас и наняла? Чтобы спасти меня от самой себя?
— Вполне вероятно, — огрызнулся Вик, а затем начал двигаться, потянув меня за волосы и заставляя спину выгнуться.
Я подняла одну руку на изголовье кровати, пока он объезжал меня, кровать слегка скрипела от наших движений. В этом он тоже был жесток, заполняя меня полностью, а затем отстраняясь. Когда он толкнулся вперед, я чувствовала, как он задевает мой конец, и прикусила губу.
Мое тело сейчас практически жидкое, разгоряченное и отчаянно желающее.
Вик трахал меня жестко и быстро, как ему чертовски нравилось, зная, что оргазм практически неизбежен, ведь в конце кровати ждут еще четверо парней Хавок. Либо это, либо ему все равно, потому что он зол на меня и хочет, чтобы я страдала.
Хотя я заметила, что он был аккуратен, держа свою руку подальше от моей повязки, и что он не наваливался всем весом на мое тело. Об этой ране в моем боку он знал так же хорошо, как мое тело, обвивающее его.
Оттраханная моими темными богами, помеченная их татуированными руками, моя душа разрушена.
Даже в муках экстаза я начинала придумывать стихи в своей голове. Вот насколько писательство являлось частью меня, а я даже не знала этого. Я, блять, не знала до этого дня. Со стоном, сжала руки в кулак, толкаясь бедрами назад в Виктора.
Он вошел несколькими яростными толчками, изливаясь в меня, а затем резко отстранился. Меня оставили задыхаться на руках и коленях, когда он упал на идиотскую гору подушек, его глаза были похожи на черные угли в темноте. Он даже не удосужился снять маску.
— Хаэль, — сказал Виктор, щелкнув пальцами.
Едва заметный от слабого света телевизора взгляд, которым посмотрел на меня Вик, все еще был грубый, словно он не кончил только что внутрь меня.
— Ты на самом деле разозлила меня, Блэкберд, — сказал Хаэль, от тепла его рук я задрожала, когда он провел ими от моих бедер до изгиба талии. — Вот так сбегать в лес.
— Ты должна извиниться перед Хаэлем, — согласился Виктор, удивив меня. Но в хорошем смысле. Приятно знать, что я не сломала то прекрасное братство, которое делает Хавок таким особенным. Пока нет. По крайней мере сейчас Вик мог быть на стороне Хаэля, когда нужно. — Из-за тебя могли убить и его.
И он прав. Она оба были правы.
— Прости меня, Хаэль, — прошептала я, постанывая, когда руки Хаэля с жадностью обхватили мое тело. Он поставил ладонь на кровать, а другой массировал правую грудь. Когда его пальцы ущипнули мой сосок, я подняла задницу навстречу. В последний раз я сбежала прежде, чем голодные взгляды парней смогли обхватить и поглотить меня. Сегодня же я никуда не уйду.
— И еще, ради меня. Как насчет: простите, сэр, — сказал Виктор, когда Хаэль прижался своим жарким ртом к моей шее.
Он переместил руку с груди к своим штанам, снимая их, кончик его член касался того болезненного и нуждающегося шторма между моими бедрами.
Обычно, я бы даже не подумала о том, чтобы сказать нечто настолько чертовски глупое. Но.. я на самом деле облажалась. Сильно. И еще мне нравилось, каким властным был Вик, даже если я не всегда хотела, чтобы надо мной доминировали.
— Простите, сэр, — хрипло прошептала я, а затем Хаэль подался бедрами вперед, его член полностью заполнил меня, я чувствовала пирсинг на кончике.
Он не очень-то любезен, используя мое тело для собственного удовольствия. Он очень зол на меня, не так ли? Или, возможно, напуган. Тоже возможно.
В любом случае, он трахал мою киску с безрассудной самоотверженностью, беря все, что хотел, пока Вик наблюдал, лениво отдыхая на подушках и покуривая косяк. Кончик косяка потрескивал в темноте, дым лениво распространялся по комнате и окутывал всех нас своими странными чарами.
— Святое дерьмо, Блэкберд, — одобрительно пробормотал Хаэль, его бедра все еще ритмично раскачивались у моей задницы.
Интересно, не помнил ли он, чем мы в тот день занимались в Комаро позади школы. Я- то помнила, толкаясь телом назад навстречу его толчкам, так что наши тела соединялись с влажным шлепком.
Хаэль притянул меня назад, прижимая к себе, когда кончил с рваным стоном, а затем пальцами погладил меня вверх по спине, словно ласкал. Он ничего не сказал, когда я обернулась и посмотрела на него. Прямо сейчас он был ничем иным, кроме как теневой фигурой в маске, по крайней мере для моих
