Читаем без скачивания Человек в коричневом костюме - Агата Кристи

– Они уходят! – внезапно воскликнул он. – С них достаточно. Еще бы! Лодка на воде – прекрасная мишень, а им оттуда не видно, сколько нас. Да, пока мы одержали верх, но они обязательно вернутся. Надо приготовить им достойную встречу. – Гарри опустил ружье и повернулся ко мне. – Анна! Красавица моя! Чудо! Моя маленькая королева. До чего же ты храбрая, прямо как лев. Ах ты, моя черноволосая колдунья!

Обняв меня, он осыпал поцелуями мои волосы, глаза, губы…

Потом резко разжал объятья.

– А теперь к делу! Достань-ка, пожалуйста, канистру с керосином!

Я выполнила его просьбу. Он ушел в хижину. Потом я увидела, что он ползет по крыше, держа что-то в руках.

Через пару минут Гарри опять присоединился ко мне.

– Пойдем в лодку. Надо перевезти подарочек для них на другой конец острова.

Когда я отошла на несколько шагов, он поднял с земли канистру.

– Они возвращаются! – тихонько воскликнула я, увидев на воде темное пятно, двигавшееся к острову.

Гарри подбежал ко мне.

– Вовремя они… Что за черт?! Где лодка?

И моторку, и каноэ унесло течением. Гарри тихо присвистнул.

– Похоже, мы попали в переделку, милая. Тебе страшно?

– С тобой – нет.

– Да, но даже вместе умирать не очень-то радужная перспектива. Поищем что-нибудь поинтересней. Гляди, они подплывают на двух лодках, с двух разных концов. Пожалуй, пора использовать маленький сценический эффект.

Не успел Гарри договорить, как из хижины вырвалось громадное пламя. Его языки высветили две фигурки, скорчившиеся на крыше.

– Я набил тряпками свою старую одежду. Но наши друзья поймут это не сразу. Вперед, Анна, вам предстоит отчаянная авантюра!

Держась за руки, мы побежали на берег.

– Надо будет переплыть. Ты умеешь плавать, Анна? Хотя неважно… Я справлюсь и сам. На лодке тут переправляться плохо, слишком много подводных камней, а вплавь – нормально. Кстати, Ливингстон в той стороне.

– Я неплохо держусь на воде, плавала и на более длинные дистанции… Но… что ты так встревожился, Гарри? – Я заметила, что он резко помрачнел. – Тут водятся акулы, да?

– Нет, глупышка. Акулы водятся в море. Но тут все равно опасно. Из-за крокодилов.

– Ой, крокодилы!..

– Ну… ты не думай о них… или молись, чтобы они нас не сцапали… Это уж как тебе больше нравится.

Мы бросились в воду. Очевидно, мои молитвы были услышаны, потому что мы добрались до берега без приключений.

– А теперь – в Ливингстон. Путь, увы, нелегкий, и мокрая одежда не прибавит нам удовольствия, но придется потерпеть.

Наш переход я вспоминаю как кошмарный сон. Мокрая юбка исхлестала мне все ноги, чулки тут же порвались о колючки. Наконец я совсем обессилела и остановилась. Шедший впереди Гарри обернулся.

– Погоди, милая! Давай я тебя немного понесу на руках.

В таком виде я и появилась в Ливингстоне – свисая с плеча Гарри, словно мешок с углем. Как он умудрился столько времени тащить меня на себе, ума не приложу! Заря еще только-только разгоралась. Другом Гарри оказался двадцатилетний юноша, державший антикварную лавчонку. Его звали Нед… может, у него было еще какое-нибудь имя, но я не слыхала. Похоже, Нед совсем не удивился, когда насквозь мокрый Гарри, держа за руку такую же вымокшую до нитки девицу, вошел к нему в дом. Мужчины все-таки потрясающие существа!

Нед накормил нас, напоил кофе. Он укутал нас цветастыми одеялами и пошел просушивать нашу одежду. В маленькой дальней комнате мы были надежно скрыты от чужих взоров. Нед же тем временем навел справки о компании сэра Юстаса, пытаясь выспросить, не остался ли кто-нибудь в отеле.

Именно тогда я заявила Гарри, что не отправлюсь в Бейру ни при какой погоде. Мне и раньше-то ехать не хотелось, а сейчас это вообще было ни к чему. Наш план строился на том, что мои враги считали меня мертвой. Теперь, когда они выяснили, что я не погибла, ехать в Бейру стало даже опасно. Они легко могли обнаружить меня и спокойно убить. И никто бы меня не защитил… В конце концов мы с Гарри договорились, что я разыщу Сюзанну, присоединюсь к ней и постараюсь вести себя очень осторожно. Никаких приключений я искать больше не буду и пытаться победить Полковника – тоже. Мое дело – спокойно сидеть и ждать весточки от Гарри. Алмазы он велел поместить в банк Кимберли на имя Паркера.

– Да, вот еще, насчет переписки! – вспомнила я. – Мы должны придумать какой-то условный знак, чтобы снова не попасться в ловушку.

– Ну, это нетрудно! В любом моем, действительно моем письме будет вычеркнуто слово «и».

– Без фирменного клейма недействительно, – пробормотала я. – А что насчет телеграмм?

– Телеграммы я буду подписывать «Энди».

– Поезд вот-вот отойдет, Гарри! – сообщил Нед, просунув голову в дверь, и тут же скрылся обратно.

Я встала.

– Так мне выходить замуж за надежного человека, если вдруг он попадется на моем пути? – серьезно спросила я Гарри.

Он подошел ко мне вплотную.

– Господи! Анна, если ты когда-нибудь выйдешь за кого-то другого, я сверну ему шею. А тебя…

– Да, – прошептала я в восторге.

– Тебя я уволоку на остров и хорошенько выпорю!

– До чего ж прекрасного муженька я себе выбрала! – фыркнула я. – Вчера ты говорил совсем другое.

28

Выдержки из дневника сэра Юстаса Педлера

Как я уже писал, я в душе очень мирный человек. Мне хочется спокойной жизни, но думаю, это так и останется несбыточной мечтой. Я всегда оказываюсь в эпицентре бурь и треволнений. Расставание с вечно интригующим Пейджетом принесло мне огромное облегчение, а мисс Петтигрю проявила себя как весьма ценный помощник. На гурию она, правда, совсем непохожа, однако у нее есть другие достоинства. В Булавайо у меня разболелась печень, и я жутко разбушевался, но надо войти в мое положение: накануне мне устроили веселенькую ночь. В три часа в мое купе вломился франтоватый парень, похожий на героев музыкальной комедии о Диком Западе, и спросил, куда я еду. Он пропустил мимо ушей мое бормотание: «Чаю… чаю… Только, ради бога, без сахара!» И повторил свой вопрос, подчеркнув, что он не официант, а представитель иммиграционных властей. Наконец я удовлетворил его любопытство, сообщив, что моя болезнь не инфекционная и что посещаю я Родезию по вполне понятной причине. Еще я назвал ему имя, фамилию и место рождения. После чего намеревался поспать, но какой-то осел разбудил меня в полшестого, притащив под видом чая отвратительную сладкую бурду. Но все-таки я не выплеснул ее этому ослу в морду, а только собирался… хотя точно не помню. В шесть часов он принес чай без сахара (совершенно холодный)… Короче, я совсем выбился из сил и заснул, а когда проснулся, мне всучили препротивного деревянного жирафа: одна шея да ноги… Тьфу!

Впрочем, несмотря на мелкие неприятности, все шло хорошо. Но потом грянула беда.

Это случилось в ту ночь, когда мы приехали в Фолз. Я сидел в гостиной, мисс Петтигрю писала под мою диктовку. Внезапно к нам без разрешения ворвалась мисс Блер в полном неглиже.

– Где Анна? – завопила она.

Нашла, что спрашивать! Как будто я отвечаю за эту девчонку! Что, скажите на милость, могла подумать мисс Петтигрю? Наверно, что я имею обыкновение извлекать Анну Беддингфелд из своего кармана в любое время суток. Согласитесь, для мужчины моего ранга ситуация весьма щекотливая.

– Надо полагать, – холодно промолвил я, – что мисс Беддингфелд спит.

Я откашлялся и взглянул на мисс Петтигрю, давая ей понять, что готов возобновить диктовку. У меня теплилась надежда, что миссис Блер поймет намек. Но не тут-то было! Она упала в кресло и взволнованно задрыгала ногами в домашних тапках.

– Ее нет в комнате! Я туда заходила! Я видела сон, кошмарный сон… как будто Анна в смертельной опасности… Я вскочила и побежала к ней в комнату… Мне хотелось успокоиться… Но ее там не оказалось, постель нетронута!

Миссис Блер с мольбой поглядела на меня.

– Что же теперь делать, сэр Юстас?

Я подавил в себе желание сказать: «Идите спать и не беспокойтесь. Ловкая девушка типа Анны Беддингфелд прекрасно может позаботиться о себе». Вместо этого я обеспокоенно нахмурился.

– А что говорит Рейс?

Действительно, пусть Рейс все расхлебывает! А то, как приятно проводить время в женском обществе, он тут как тут… Любишь кататься – люби и саночки возить!

– Я не могу его найти.

Миссис Блер явно намеревалась устроить себе развлечение на всю ночь. Я вздохнул и, сев в кресло, спокойно произнес:

– Мне, однако же, непонятно, почему вы так волнуетесь…

– Мой сон…

– А по-моему, вы просто переели за ужином.

– О, сэр Юстас!

Женщина прямо-таки зашлась от негодования. Что я такого сказал? Все знают, что ночные кошмары бывают от невоздержанности в еде.

– В конце концов, – попытался я урезонить дамочку, – почему Анна и Рейс не могут отправиться на прогулку? Зачем надо из-за этого будоражить всю гостиницу?

– Вы думаете, они просто пошли погулять? Но уже за полночь.