узнавала местность, но что-то было не так. И я не могла понять, что именно.
Сильная рука орка прижимала меня к себе, как свою собственность. Так по-хозяйски, чтобы у меня даже не возникло сомнений в реальности происходящего. Почему-то мне казалось, что я не должна здесь быть, но как только попыталась что-то вспомнить, накатила дикая слабость. Я почувствовала очередной приступ тошноты и закрыла глаза, а когда их открыла, мы уже почти достигли селения.
– Скоро будем на месте, – прорычал мне на ухо орк, практически оглушив.
Я повернулась, шарахнувшись от выражения лица того, кто меня вез.
– А ты вообще кто такой? – выдавила из себя через силу. Почему-то дружеским мне его лицо не показалось, хоть стреляй.
– Торк, – выдохнул он мне в лицо вместе с парами съеденного.
Чем питаются орки, что от них так разит падалью? А вот кричать на ухо не надо, словно проехался асфальтоукладчиком!
– Куда ты меня везешь и что хочешь со мной сделать? – задала я логичный в данной ситуации вопрос.
– А ты будто не догадываешься, магиня? – хмыкнуло зеленое чудовище.
Я призадумалась, почему он меня так назвал. Я не чувствовала себя одаренной и вообще не понимала толком, кто такая. Смутные воспоминания циркулировали в моей голове, но никак не хотели оформиться во что-то более четкое.
– Жрец, ты уверен, что эта та эльфийка, что остановила наше наступление?
– Несомненно, – скрипучим голосом ответил скачущий рядом зеленолицый старик с седой бородой и в белом балахоне. – Я вытянул кристаллом всю ее силу, она еще долго не сможет магичить.
– Ты также был уверен, что она мертва. Надеюсь, ты говоришь правду. Иначе первым пойдешь на съедение эрлингам, хоть мы с ними и в союзе, – прорычал Торк. – А потом я посмотрю, как они расправятся с твоей семьей.
Я же потрогала свое лицо, чтобы понять, как выгляжу. Ощущение мне понравилось. Удивилась гладкости кожи, затем нащупала уши. Они были удлиненными. Странно, но особого изумления это не вызвало, словно смутно догадывалась, кем являюсь. Но все же, я – эльфика?! Да ну нафиг! Или это правда? Орк назвал меня именно эльфийкой, значит, так и есть.
Похоже, сильно ударилась головой, вот и не помню ничего произошедшего. Надеюсь, что это временно.
Больше Торк со мной не разговаривал, молча правил одной рукой своей «лошадкой». Через некоторое время мы прибыли в деревню орков. Крыши домов были сделаны из соломы, а сами стены были слеплены из глины – материала, достаточно распространенного на таких равнинах.
Бурая масса спресованной соломы свисала с крыш, создавая мрачную тень под каждым из домов. Из дверей выглядывали ребятишки-орки – маленькие озорные монстрики, ростом почти с человека. Попадались на глаза и воинственно настроенные женщины, которые враждебно смотрели на меня. В мою сторону летели плевки.
Зачем я понадобилась этим обитателям степи? Из беседы вождя с магом, поняла, что чем-то насолила им, а еще то, что обладаю магическим даром, но его как раз не чувствовала в себе. Я лишь отлично ощущала ту силу, с которой сжимал меня орк, и понимала, что он просто так меня не отпустит. Любое недозволенное движение может быстро привести меня к смерти. Умирать не хотелось, во всяком случае не сейчас. Я даже имени своего не знала, не то чтобы вспомнить друзей или близких. Не о ком будет подумать перед лицом неизбежности конца и некому будет поплакать обо мне.
Вождь орков вез меня словно военный трофей, с гордостью выставляя перед всем племенем. Становилось не по себе от многочисленных недружелюбных взглядов. Все это время за нами ехал отряд вооруженных до зубов воинов. Все они спешились у дома, где мы остановились. И я смогла рассмотреть лица остальных орков. Да уж, наверное, их матери сами были в ужасе, когда произвели на свет таких «красавчиков». Все как на подбор – маститые, мускулистые, морды топором, клыки крючком.
– Иди вперед! – слегка подтолкнул меня в спину Торк, и я чуть не вспахала носом землю.
Я не стала возражать. Кто я такая против этого мутанта? Да он пришибет меня одним щелчком пальцев – толстых, как деревенская колбаска! Лучше промолчать, сделать покорный вид и за это время подумать, как мне сбежать. Оставаться здесь я точно не собиралась.
Меня провели в хижину, и я выдохнула с облегчением, спрятавшись от лишних взглядов. Но как только глаза привыкли к полутьме, царящей внутри, заметила за очагом сидящих полукругом старых орков. Все как один они уставились на меня немигающими взглядами. Кажется, я громко сглотнула в установившейся тишине.
Торк стал наравне со мной и обратился к сидящим старикам:
– Старейшины, я не смог оправдать надежды нашего племени и готов понести за это наказание. Я принес плохие вести. Много братьев наших погибло сегодня, но мне удалось добыть нечто ценное – эльфийку, владеющую магией Смерти. Дважды она вмешивалась в наши планы, и по ее вине теперь в каждом доме оплакивают умерших. Я хочу услышать ваше мнение, мудрые отцы, как нам поступить с темной колдуньей?
Один мудрец, сидящий по центру с трубкой, медленно выдохнул табачные пары и изрек:
– Не к добру ты привез ее сюда. Люди и эльфы последуют за ней, а мы не сможем дать им достойный отпор.
Одобрительный гул пронесся по хижине.
– Эльфийка должна умереть! – послышалось слева.
– Живая или мертвая – она принесет одни только проблемы.
– Она слишком опасна!
Но тут вмешался жрец:
– Эта ведьма не опаснее, чем произведенный на свет детеныш рвигга. Я смог наполнить магический кристалл силой, опустошив ее энергетический запас. Она уже не сможет навредить нам. К тому же люди уверены, что эльфийка мертва. Даже за ее труп они дрались ожесточенно, а в будущем можно будет получить хороший выкуп за нее. Враги пойдут на наши предъявленные условия, чтобы вернуть себе тело магини – и нам это только на руку.
Старейшины поразмыслив, согласно закивали. Я же похолодела. Кажется, меня только что приговорили к смерти, которой я едва избежала!
– Я посажу ее в темницу. Потом разберемся, что с ней делать, – принял решение вождь орков.
Я сопротивлялась, царапалась и кусалась, ругала орков на чем свет стоит, но меня никто не слушал. Два здоровенных зеленых амбала подхватили меня под белы рученьки и потащили спиной вперед к яме с решеткой. Они бросили меня туда, не церемонясь, и я больно ударилась при падении с высоты. Только слышала сквозь шум в ушах, как сверху захлопнулась решетка, отрезав единственный путь для побега.
Внутри было темно и сыро, свет попадал лишь на стены, создавая клетчатый отпечаток. На полу я обнаружила старую пыльную циновку. Но это лучше, чем сидеть на холодной земле. Подползла к ней и легла, свернувшись калачиком. Сколько пролежала, не знаю; от страха и переживаний
