— Какое это имеет значение? В первую очередь я мужчина. Для тебя.
Марк протянул руку, но Шерил отстранилась.
— Послушай, ничего не изменилось. Я тот же, каким был пять минут назад.
Она отвела глаза.
— Ты, наверное, считаешь меня сумасшедшей. Чокнутой.
— Нет, — с серьезным видом сказал он. — Не считаю. Ты действительно чокнутая.
Шерил вздрогнула.
— Вот спасибо.
— Милая, чудесная, самая лучшая чокнутая на свете. — Марк схватил ее за руку и притянул к себе. — Да-да, ты чокнутая, сумасшедшая, и я без ума от тебя.
— Мне принять это за комплимент?
— Надеюсь, что он не последний.
— Вот так. Ты умеешь сделать женщине приятное.
— Спасибо.
— Марк, мне не до смеха.
— Мне тоже. — Он откинулся на подушку. — Я такой же чокнутый, как ты. Мы все немного сумасшедшие. Эксцентричные, странные, противоречивые. Без этого жить было бы скучно, разве нет? Люди время от времени сходят с ума, совершают безумные поступки, ведут себя как последние идиоты. Этим они и интересны.
Некоторое время Шерил молча смотрела на него.
— Ты так думаешь?
— Да, конечно, у некоторых это переходит все границы. Такие люди не понимают различия между вымышленным миром и реальностью. Но большинство просто старается разобраться в жизни. Странные поступки — это всего лишь попытки понять себя и других.
— Психиатр… — вполголоса повторила Шерил. — Боже мой, не могу поверить. Как же так?
— Между прочим, меня считают хорошим специалистом.
— Не сомневаюсь.
— Но?
— Не знаю. Просто…
Он ободряюще улыбнулся ей.
— Просто?
— Не знаю. Это не имеет значения. — Она резко поднялась с кровати. — Давай не будем больше об этом.
— Но для меня имеет значение твое мнение. — Марк сел, держась за край кровати. — Скажи же, в чем дело. Что тебя смущает?
— Не могу.
Он разочарованно вздохнул, но не стал настаивать. Если она не готова, то лучше подождать.
— Понимаю. То, что сейчас случилось, вызвало в тебе всплеск эмоций. А потом ты узнала обо мне нечто, толкнувшее тебя в противоположную сторону. То, что тебе отчего-то не понравилось. Ты должна привыкнуть к новой ситуации.
Для тебя важно, чтобы мы ничего не знали друг о друге. Это я тоже понимаю. Но хочу, чтобы ты знала — я не стану думать о тебе иначе, чем сейчас, если узнаю по-настоящему. Мое отношение к тебе не изменится. Независимо от того, что ты о себе расскажешь.
Шерил повернулась к нему, теперь в ее глазах вспыхнула злость.
— Спасибо за консультацию, доктор. Вас устроит чек или наличные? А может быть, это благотворительный сеанс? Ведь вы альтруист!
Его поразила ее реакция. Он ведь не пытался ничего анализировать, просто высказал свое мнение. В чем же дело? И тут Марк понял. Ей нужно дистанцироваться от него. Получить время, чтобы обо всем подумать.
— О'кей. — Он встал и шагнул к ней, но Шерил покачала головой, отступила на несколько шагов, а потом молча повернулась и вышла из комнаты.
— Глупо, — пробормотал Марк себе под нос и, проклиная себя за несдержанность, последовал за ней в гостиную.
Шерил уже надевала плащ. Услышав его шаги, она даже не повернула головы.
Он неуверенно окликнул ее:
— Подожди…
— Я спущусь и вызову такси. По-моему, где-то неподалеку есть станция неотложной помощи.
— Шерил…
— Что? — Она посмотрела ему в глаза. Злости в ее взгляде уже не было. По крайней мере, ее скрывала непроницаемая завеса безразличия. — Извини, мне очень жаль, что так случилось. Не хотела тебя обидеть.
— Я тоже не хотел причинить тебе боль.
— Все в порядке. Я справлюсь. — Шерил схватила сумочку и чуть ли не бегом устремилась к выходу.
— Я увижу тебя в следующую среду? — крикнул Марк.
Наверное, было бы безопаснее не задавать этот вопрос сейчас, но он ничего не мог с собой поделать.
Она уже взялась за ручку двери, но остановилась. Марк слышал, как колотится его сердце в ожидании ответа. Больше всего ему хотелось повернуть время вспять, вернуться на час назад. Все пошло бы по-другому. Ему не жить без этих встреч. Без этой женщины.
— Пожалуйста, — прошептал он.
— Не знаю. — Шерил толкнула дверь и исчезла, оставив его с шишкой на лбу и камнем на сердце.
Переходя улицу, Марк непроизвольно ускорил шаги и оглянулся. Его не оставляло странное чувство, что кто-то следит за ним. Смешно, нелепо. Но он никак не мог избавиться от этого дурацкого ощущения. Несколько раз, проходя мимо витрин, Марк останавливался и незаметно наблюдал за пешеходами, но ни разу не заметил никого подозрительного. Люди спешили по своим делам, не обращая никакого внимания на высокого мужчину в плаще, застывшего у витрины с женской обувью.
Возможно, на него повлияла заметка в «Миррор», посвященная его клиенту Майклу Дженкинсу. Фотография Майкла занимала чуть ли не всю первую страницу, и это было бы, конечно, чудесно, если бы не статья, содержавшая самые нелепые высказывания в адрес спортсмена, придерживающегося, как следовало из весьма прозрачных намеков, нетрадиционной сексуальной ориентации.
Дженкинсу не позавидуешь, думал Марк. Нести бремя славы — нелегкое испытание для молодого человека. Зачастую цена известности оказывается слишком большой для простых смертных. Пожалуй, только святой мог устоять перед соблазнами мира, щедрого на удовольствия. И выдержать это постоянное чувство незащищенности от самого беззастенчивого вмешательства в его личную жизнь. А спортсмены далеко не святые.
Марк был знаком со многими знаменитостями и знал, что никто из них так и не научился не обращать внимания на клевету, ложь и грязь. Ни слава, ни деньги не являлись защитой от ударов судьбы и людской зависти.
Марк уже по привычке остановился у очередной витрины и замер, почувствовав, как по спине побежали мурашки. Нет, дело было не в огромных кожаных чемоданах — элегантных и респектабельных, — стоявших за стеклом, а в мужчине, чье отражение показалось ему знакомым.
Да, вот он. Парень в черной джинсовой куртке. Марк узнал его, так как тот уже не раз попадался ему на глаза. Но почему он так подозрительно держит руку под курткой? Что у него там? Уж не пистолет ли?
Черт возьми, в газетах мелькали не только имена его клиентов. Далласские журналисты не обходили вниманием и самого Марка. Один раз его даже приглашали на телевидение. За последние годы он приобрел известность и, возможно, этим привлек внимание какого-то ненормального.
Марк замер, ожидая действий неизвестного преследователя. Парень был высокий, широкоплечий и, судя по всему, мог поднять холодильник. Одежда мятая, лицо угрюмое. Делая вид, что рассматривает афишу, он исподтишка посматривал на Марка. Теперь сомнений не оставалось. Но что делать в этой ситуации? Подойти и прямо спросить, что ему надо? Попробовать оторваться? Может быть, взять такси? Но если это репортер, то ему известен адрес Марка.
