уже понял, что инженеров в аналитическом отделе любят так же горячо, как и сотрудников отдела в среде инженеров. Там их считают чуть ли не пособниками нулевых форм, соответственно наша белая броня здесь воспринималась, как бельмо на глазу. Но с другой стороны, если руководитель притащил в цитадель отдела этих инженеров, значит они чем-то важны.
Скрепя зубами они вынуждены были смериться с нашим присутствием, а лучший способ это сделать, просто нас не замечать. Лидов тоже пока считал не обязательным, что-то о нас говорить и мы просто следовали за ним. Пока мы шли ко входу в бункер, расположенный возле посадочной площадки, Лидов бросил несколько фраз, которые я не смог разобрать.
Но вот встречающие всё поняли и отправились выполнять его распоряжение. К дверям бункера мы подошли уже втроём, без лишних подозрительных взглядов. Двери открылись и мы вошли в лифт, который после короткого, но скоростного спуска, доставил нас на один из подземных уровней.
— А здесь всегда так пустынно? — спросил я, оглядевшись по сторонам.
— Да, — кивнул Лидов. — Этот уровень специально создавался для предвестников. Но учитывая тот факт, что вас всего двое, то вся эта территория ваша.
— Добро пожаловать домой, предвестники, — раздался из динамиков, женский голос и массивные двери открылись.
— А здесь есть, где развернуться, — произнесла мой кодекс, активировав голограмму.
— Тут не поспоришь, — согласился я.
— Идёмте, у вас ещё будет время осмотреться, если конечно вернётесь, — произнёс Лидов.
— Вернёмся откуда? — спросила Анастасия.
— Из нулевого сектора. Возможно вы удивитесь, но не все понимают почему проект (Предвестник) ещё не закрыт. Вы единственные из проекта, кто может доказать эффективность моей программы.
— И как нам это сделать? — спросила напарница.
— Добыть координатора.
— Это ещё кто? — посмотрел я на Лидова.
— Координатор, управляющий кодекс, — ответил он. — Наши аналитики определили, что такой существует, но пока нам его обнаружить не удалось. Наши бойцы сомневаются, что он существует, но аналитики в этом уверены. Они сделали расчёты в каких местах он может появиться и пару раз нам почти удалось его обнаружить. Правда ни один из отрядов, которые отправлялись для выполнения этой задачи обратно не вернулись. Руководство было вынуждено принять решение больше не посылать отряды практически на верную смерть.
— Но вы уверены в том, что у нас это может получиться, верно?
Лидов видимо не сильно хотел отвечать на вопрос Анастасии, поэтому сделал небольшую паузу.
— Дело в том, что нулевые формы быстро развиваются и для наших аналитиков необходимо получить этот кодекс. Вы можете отказаться, но тогда проект будет закрыт и мы скорее всего ещё больше отстанем от нулей. Анастасия, ты и сама прекрасно знаешь что мы проигрываем и с каждым днём наше отставание только увеличивается.
— Но я не услышала ответ на мой вопрос.
— Если кто и сможет с этим справиться, то только предвестники.
— Координатор постоянно находится под охраной нескольких десятков нулевых форм, — сообщила мой кодекс. — Шанс обнаружить его, восемьдесят процентов. А шанс на выживание предвестника, на данный момент сорок процентов.
— Твои расчёты верны только для него, — указал он на меня пальцем. — И основаны на повреждённой броне инженера, — ответил Лидов кодексу.
Подойдя к панели управления он ввёл несколько команд и сверху опустились две капсулы. Сквозь прозрачную крышку я увидел броню предвестника.
— А учитывая этот вариант брони, каковы теперь шансы на выживание? — посмотрел на голограмму Лидов.
— Семьдесят четыре процента, — ответила за кодекс Анастасия, подходя к своей капсуле.
Глава 12
Броня предвестника по большому счёту ничем не отличалась от той, которую я уже видел на бойцах аналитического отдела.
— Переодевайтесь и я жду вас на выходе, — произнёс Лидов, покидая помещение.
Анастасия не раздумывая скинула с себя броню инженеров и нажала кнопку открытия капсулы, в которой находилась броня предвестника. Для меня это оказалось неожиданностью и я на миг замер, глядя на её практически обнажённое тело. Конечно на ней было нижнее бельё, но это только с точки зрения женщины можно назвать одеждой. Для любого мужчины наличие на женщине нескольких ниточек, удерживающих миниатюрные треугольники из ткани, как одежда вообще не воспринималась.
Я как воспитанный человек и совсем не извращенец, мельком бросил на неё взгляд. Молниеносный взгляд на Анастасию, подразумевал, что она этого не должна была заметить. Но я как-то не подумал, что если ты пялишься на женскую грудь, то женщине довольно трудно не обратить на это внимание. Мой взор поднялся чуть выше, где встретился с холодным взглядом Анастасии.
— Ты на неё глазеешь уже полторы минуты, — сообщила мне кодекс, неприятную новость.
— Я… это…
Я слышал собственное мычание, но оно казалось не принадлежало мне, а доносилось откуда-то издалека.
— Я тебе помогу, это называется извращенец, — пришла на помощь Анастасия.
Она, конечно, назвала это помощью, но ситуация лучше не стала, как и моё состояние. Я взрослый мужик со стальными шарами, но сейчас я почувствовал, как лицо почему-то начинает гореть. Взяв себя в руки я начал тыкать в пульт управления капсулой. Но судя по тому, что я не с первого раза открыл крышку, в руки я себя взял не с первой попытки. Да мне легче провести месяц в подземном притоне, чем общаться с женщиной.
Наконец разобравшись с крышкой капсулы, я добрался до брони предвестника и едва опять не затупил, но вовремя спохватился и начал избавляться от брони инженера. Наконец мне удалось поместить своё тело в новую защиту.
— Я действительно полторы минуты на неё смотрел? — шепнул я кодексу.
— Нет, на счёт полутора минут я пошутила, — обнадёжила она меня.
— Отлично, — облегчённо выдохнул я. — А-то я уже подумал, что начинаю терять контроль над временем.
— Полторы минуты, это действительно была шутка, ты на неё таращился две минуты сорок три секунды, — разбила она мой стеклянный замок, под названием самообладание. — Бери пример с неё, внешне она совершенно спокойна и холодна.
— Это из-за того, что я не в её вкусе, — нашёл я, что ответить и прицепил искоренитель к поясу.
— Вот я например, искусственный интеллект, но даже мне понятно, когда дело доходит до отношений, мужчины становятся тупыми как пробки. Когда в кафе нижнего города, она тебе это шептала на ухо, её сердцебиение участилось, словно она находилась в бою.
— Конечно участилось, мы ведь направлялись на место бойни, где расчленению подверглись, несколько групп Брага, — ответил я.
Кодекс посмотрела на меня странным взглядом, а затем отключила голограмму.
«Дебил», услышал я у себя в голове.
За что она меня обозвала, я решил сейчас не выспрашивать. У нас намечалась куда
