второй план, едва Анастасия выпустила нить. Красная струна зацепилась за шею первого нуля и притянула его ко второму. Ещё одна нить выпущенная из другой перчатки опутала третьего противника.
В отличии от искоренителя, нить имела куда более тонкую настройку. Искоренитель тупо разрубал всё с чем только сталкивалось его лезвие, а вот нить работала совершенно по другому принципу. Она могла легко опутать противника, но при этом не разрубать его тело при контакте. Именно по этой причине нить нуждалась в особой чувствительности того, кто ей управлял.
Анастасия, как я понял являлась лучшей из всех. В тот момент, когда три нулевые формы приблизились к ней, они уже были полностью опутаны нитями. За несколько метров до столкновения с нулевыми формами, Анастасия высоко подпрыгнула и развела руки в стороны. Нити натянулись и зазвенели как натянутые струны, перед тем, как лопнуть.
Но эти струны не лопнули, они легко выдержали напряжение, чего нельзя сказать о телах нулевых форм. В то место, где недавно находилась Анастасия, посыпались части металлических тел, разрезанных нитями. Теперь я воочию убедился в том, насколько опасно это оружие и почему владеющих им, называют погибелью.
Находясь рядом с Анастасией я легко мог бы попасть под одну из струн и быть связан с одним из нулей. Когда такое происходит то у неё остаётся только два варианта действий. Первый, это разрезать противника вместе со своим напарником. А второй, пожалеть его и быть убитыми нулевыми формами.
Наверное я слишком много думаю и анализирую, но неприятная мысль, как заноза застряла у меня в голове. Анастасия одна из лучших специалистов по владению нитью. Но теперь у меня возникли сомнения в том, что она никого из инженеров не отправила на тот свет. Анастасия подошла к разрезанным останкам нулевых форм и подняла с земли три чипа, в которых находились кодексы.
— Ты не о том думаешь, — произнесла она, убирая чипы в карман.
— Ты о чём?
— Я о твоём взгляде. Я заметила промелькнувшее в нём опасение за собственную жизнь.
— Тебе показалось.
— А вот это неудачная попытка соврать, — услышал я голос своего кодекса.
— И когда ты перестанешь меня выставлять в невыгодном свете? — обернулся я к её голограмме.
— Как только придумаешь мне имя, так сразу и перестану, — пообещала кодекс. — На какое-то время, — тут же добавила она.
По правде говоря, когда она доставала меня этим вопросом в прошлом, то, это не сильно меня волновало, ведь мы были только вдвоём. Я работал один и никто её голосовой функции по большому счёту не слышал. По крайней мере из тех, чьё мнение меня хоть как-то интересовало. Но вот когда у меня появилась напарница, этот момент начал меня довольно часто ставить в неловкие положения.
— Ты прямо, как доставучий интеллект недоделанного андроида, — ответил я. — Огромное количество программных ошибок, которые регулярно повторяются.
— Договорились, я согласна с новым именем.
— С каким именем? Я ещё ничего не придумал.
— Придумал не придумал, но ты его озвучил. Оно конечно, длинное, но я взяла начальные буквы и мне имя понравилось.
— Ты о чём сейчас говоришь?
— Она говорит, что имя Дина её вполне устраивает, — встряла в нашу беседу Анастасия.
— Я ничего такого… ах да, доставучая, — сообразил я. — Хорошо, Дина так Дина, а взгляд у меня совершенно обычный и уж точно опасений в нём не читалось, — посмотрел я на напарницу.
— Дело в том, что я слишком хорошо знакома с подомными оттенками во взгляде, — произнесла Анастасия. — Когда тебя боятся, как огня, твои же напарники, ты начинаешь замечать подобные мелочи, в их взглядах. И я нашла отличный выход избегать подобного. В рейдах я всегда работала одна, но теперь у меня, впрочем, как и у тебя, ситуация изменилась и нам придётся доверять друг другу. У нас просто нет иного выхода.
— Она права, — поддержала её Дина. — В данный момент я обнаружила пятьдесят две нулевые формы. Но странно то, что я не заметила, как они приблизились и это меня настораживает.
— Это спящие, — объяснила Анастасия. — Они переходят в автономный режим наибольшей экономии энергии и практически перестают её излучать. Их невозможно заметить, ведь они ничем не отличаются от окружающейся обстановки. Любая гора хлама или металлолома, вполне может оказаться спящей нулевой формой. Это своего рода мины, которые можно обнаружить только в тот момент, когда ты на них наступишь. Правда, такого большого количества я ещё не встречала. Нули опять меняют тактику и это самое опасное в них.
Я ещё не сталкивался со спящими, но если Дина говорит, что они совсем рядом, значит так оно и есть. Неожиданно, позади Дины, активировалась голограмма кодекса, первой нулевой формы, которую я недавно обезвредил.
— Предвестники, мы вас ждали, — произнесла голограмма, глядя на нас красными глазами. — Не сопротивляйтесь, и тогда хозяин не причинит вам вреда.
Глава 13
После того, как кодекс нулевой формы посоветовал нам не сопротивляться, а просто сдаться, она отключила голограмму. Затем я увидел спящих. Нулевые формы начали вылезать из развалин и заброшенных зданий. Первое, что бросилось мне в глаза, это сама форма спящих. Их металлические тела полностью копировали телосложение человека.
Скопировано было всё, вплоть до человеческого лица. Для чего они это сделали, мне было совершенно не понятно. Если их желание состояло в том, чтобы полностью истребить человечество, то, за каким чёртом им нужно выглядеть как мы?
— С подобным видом спящих я ещё не встречалась, — заметила Анастасия. — Это определённо новая серия. Нужно будет уточнить у Лидова, возможно спящие с которыми работает аналитический отдел именно так и выглядят. Пока я являлась инженером, спящие выглядели так же, как и обыкновенные нулевые формы.
— Спросить у Лидова, отличная мысль, — согласился я. — Но вот только для этого необходимо остаться в живых. И если говорить на чистоту, то, здесь у меня большие сомнения.
Спящие тем временем всё прибывали и прибывали. Мне даже показалось, что их гораздо больше чем пятьдесят два, но я доверял Дине и не собирался оспаривать её расчёты. Хотя с другой стороны я понимал, что у страха глаза велики и, скорее всего, именно по этой причине мне казалось, что противников гораздо больше, чем их есть на самом деле.
— А теперь ты уже не боишься, что я рядом? — спросила Анастасия.
Я заметил, как на кончиках пальцев у перчатки, появились небольшие отверстия.
— Что-то мне подсказывает, что живым от сюда я скорее всего не выберусь, поэтому предаваться страху довольно глупо, — ответил я.
— А вот это
