произнести Себастьян, донельзя шокированный услышанным. – Как ты взяла его в руки, Искаженная?
София смутилась еще сильнее. Но ответить пришлось.
– Надела перчатки, конечно.
Повинуясь немому вопросу, застывшему в глазах ювелира, она помахала перед самым его носом парой серебристых перчаток, сплетенных из тончайших невесомых колец. Изумлению Себастьяна не было предела.
– Вот… – смутившись, неуклюже объяснила София. – Это такой специальный сплав…
– Тише, – резко оборвал Себастьян, быстро глянув по сторонам. – Я знаю. Но откуда это у тебя… Они же стоят целое состояние! Одна работа потянет на кругленькую сумму, а цена материала… вообще немыслима…
– Ну, я же все-таки племянница главы «Нового мира». – Хитро улыбнувшись, Искаженная скоро спрятала артефакт. – Должны же мы хоть как-то бороться за жизнь. Такие вещицы здорово помогают.
Ювелир криво ухмыльнулся в ответ, борясь с навязчивым приступом дурноты. А девица-то не так проста, как кажется. Может, если подучить немного, не пропадет? Не таскать же ее за собой до конца жизни, в самом деле. Это плохо сказывается на его душевном покое. И сложных отношениях с собственной совестью.
– Я тут прибралась немного, пока ты спал.
Себастьян перевел взгляд на пол. Тот был чист, похоже, даже чище, чем когда они сюда въехали. Но опытный взгляд все же подметил кое-где оставшиеся следы тщательно замытой свежей крови. Пришедшую в неприглядный вид рубаху София застирала и, не привлекая лишнего внимания, повесила сушиться тут же, в комнате. Сам Себастьян был заботливо переодет в чистое, лицо и руки тщательно омыты.
– Спасибо.
Ювелир одобрительно кивнул и устало откинулся на подушки, давая понять, что собирается спать и дальше, до самого рассвета. Смышленая девочка все-таки. Хорошо хоть некоторые вещи не приходится ей объяснять.
Однако он потерял слишком много крови: во всем теле, руках, ногах, голове разливалась непривычная, тяжелая слабость, как после продолжительной болезни. Долго же придется восстанавливаться…
Так что же все-таки случилось? Неясно. Заклинание поиска вроде бы удачно активировалось… но дальнейшее не укладывалось ни в какие рамки. Неужели произошел сбой? По какой причине? Прежде такого не бывало… Черт побери, одни вопросы.
Может быть, минерал слишком мощен и требует излишне много энергии для поддержания активности, то есть в его случае много крови? Или же в камень предусмотрительно встроили ловушку на случай таких вот нетрадиционных действий? Хм, это было бы очень странно, учитывая ничтожно малую вероятность использования магии крови сильфов… Эта древняя раса практически исчезла и не выходит на контакт с людьми. Значит – самое страшное! – при активации камня проявился побочный эффект проклятия?
Ответить однозначно мог только опытный маг. К сожалению, Себастьян вовсе им не был, поэтому оставалось только гадать и надеяться на лучшее. Как бы то ни было, ритуал не помог в поиске пропавшего шерла-близнеца. А значит, стоило спешно искать другие пути. Но какие? Кажется, он уже все испробовал.
Среди прочих мыслей неожиданно затесалась одна мелкая, противная, привязчивая. Не мысль даже, а так – мыслишка. А может, ну его, это расследование? Уж очень тяжело оно идет. Дни тают, как снег под весенним солнцем, а он не продвинулся ни на шаг: следы вели в тупик. Больше зацепок не осталось. Никаких.
Что же делать: вернуть аванс и бежать прочь из города? Куда? Да неважно, лишь бы подальше от Ледума. Здесь становится слишком опасно. Бежать, пока его самого не схватили охотники Кристофера или ищейки особой службы и не обвинили во всех смертных грехах… За ними не заржавеет.
Стоп, стоп. Себастьян мысленно одернул себя. Такое поведение недостойно громкого, прославленного имени Серафима. Он взялся выполнить заказ, и выполнит, никуда не денется. Дабы не уронить чести ювелира и не испортить безукоризненную профессиональную репутацию.
Даже самому стало смешно. Вот же чертов перфекционист.
Без каких-либо явных причин Себастьяну вдруг вспомнилась Маршал. Вот уж кто настоящий профессионал своего дела… Но как же все-таки странно она себя вела в последнюю встречу. Отбросив недомолвки, можно даже сказать – подозрительно. Из головы не шел голос убийцы, убедительно советовавший не лезть в это дело.
Но почему? Со стороны такого рода заказ выглядел вполне безобидно – всего-навсего поиск пропавшего камня. Может, Маршалу в самом деле известно нечто большее, о чем она не пожелала распространяться? Это объяснение казалось правдоподобным. Но каковы истинные причины такого поведения?
Себастьян задумался и помрачнел. Об этом не говорят прямо, да и вообще предпочитают не рассуждать на скользкие темы вслух, но… В определенных кругах многим очевидно, что Маршал работает под покровительством лорда Эдварда, которое тот скрытно оказывает еще со времен ее бегства из Нериума.
Но помощь правителя Ледума вряд ли бескорыстна. Мягкое, полезное во многих смыслах покровительство наверняка обернулось для Маршала зависимостью, разорвать которую та не в силах. Конечно, грех жаловаться: по существу она превратилась в самого высокооплачиваемого и практически легального наемного убийцу Ледума. Всегда при работе, всегда при деньгах. Не секрет, что последние крупные заказы лежали за пределами города и касались лиц, так или иначе перешедших дорогу лорду Эдварду. В самом же Ледуме Маршал теперь почти не работала. Ну, разве только «бытовые» убийства, не имеющие какой-либо политической окраски, которые не могут серьезно нарушить расстановку сил в высшем свете.
Зная свободолюбивый нрав Маршала, Себастьян мог предположить, что рано или поздно ей станет невыносимо такое положение дел. По сути, она обрела хозяина. А она не из тех, кого легко приручить, кто любит получать приказы.
Но уж больно глубоко она завязла здесь, в этом хищном городе. Как и многие, привлеченные сюда мечтами о свободе и легких заработках. Слишком радужными для серого Ледума мечтами.
Неужели Маршал решилась предать своего лорда? Тогда она затеяла ту самую опасную игру, от которой отговаривала Себастьяна. Но предать – кому?
Подозрения неминуемо падают на лорда Октавиана Севира: он один из немногих, кто может выступить против могущественного правителя Ледума на равных. В этом случае Маршалу стоит опасаться попасть в зависимость к новому хозяину, едва избавившись от нынешнего… Неужели она этого не понимает?
Или все это просто плод его воспаленной фантазии и расшалившихся от последних событий нервов? И правда, не стоит простому смертному лезть в высокую политику.
Себастьян внезапно осознал, что не может вспомнить цвет глаз Маршала. Вот ведь удивительно – не один раз ее видел, а даже черты лица смутно всплывают в памяти. Поистине, Маршал обладала внешностью идеального убийцы: незапоминающейся и легко изменяемой. Но все-таки, каков же цвет глаз? Голубой? Зеленый? Карий? Серый? Хотя бы темный или светлый? Вновь и вновь ювелир мучительно пытался припомнить, но
