тщетно. Черт с ним, может, завтра, на свежую голову… а может, еще доведется встретиться, пока он здесь, в северной столице. Не то чтобы слишком хотелось, припоминая ее последние, лениво брошенные на прощанье слова.
Усталость постепенно наваливалась, спутывая ясность мышления, а из глубин подсознания медленно поднималась не оформившаяся в четкие образы липкая муть. Проклятый черный турмалин… Могущественный лорд Эдвард, нелепо погибший наследник Эдгар, жертва роковой случайности… Утонченный Кристофер, полная тайн Маршал, неудачливый Стефан, не в меру бдительный служащий вокзала, привязчивая глупышка София, любимая Моник… Моник… Снова София. Все смешалось в голове, клубком змей сплелось в диковинный многоголовый узел. Отбросив попытки контролировать этот иррациональный бред, Себастьян сдался и закрыл слипающиеся веки, проваливаясь в муторный, тягостный сон.
Пятый лунный день подошел к концу, завершившись так же безрезультатно, как и первые четыре.
Глава 13,
в которой приходится скрываться от Инквизиции, решая в процессе уйму морально-этических проблем
Спал Себастьян беспокойно.
Сон этот до обидного мало походил на желанный отдых: ни на одну минуту ювелир не прекращал ворочаться, судорожно дергать конечностями, вздыхать и произносить отдельные неразборчивые слова.
Весь остаток ночи, до самого рассвета, дождь без устали барабанил по стеклам и жестяным карнизам, и навязчивый голос воды рождал в душе неясную тревогу. Реальность просачивалась в сон, путаясь и сплетаясь с ним. Себастьяну снились лихие погони, перестрелки и таинственные враги, по неизвестным причинам упорно жаждавшие его смерти. Проснувшись засветло, он почувствовал себя измотанным и уставшим. Неосознанные, запертые где-то в самых глубинах души чувства исподволь отягощали сознание. Словно и не отдыхал почти целые сутки.
Чертовски хотелось глотнуть свежего воздуха. Как же давно не слушал он голоса ветра в траве, в листьях высоких, наполненных жизнью древних деревьев, мощными кронами подпиравших самое небо… Обитая в каменных застенках городов, Себастьян успел уже позабыть, каково это – дышать глубоко, полной грудью, не опасаясь, что воздух отравлен пылью бесконечных строек, грязными выбросами и сточными водами фабрик, ядовитым дымом заводских труб или, еще хуже и опаснее, модифицирован беспрерывными излучениями драгоценных камней…
Ювелир только вздохнул. И почему люди убеждены, что все должно доставаться даром? Откуда взялась эта абсолютная, самонадеянная и ни на чем не основанная уверенность? Старшие расы мудрее. Возможно, именно поэтому они не вступают в открытое противостояние и вынуждены скрываться в Пустошах, признав доминирующее положение человеческой цивилизации.
Конечно, признав не безоговорочно и больше на словах, но тем не менее.
А платить все равно приходится – и за прогресс, и за магию. В основном им, простым смертным, терпеливо сносящим побочные эффекты заклинаний, неудобства и болезни, которые с каждым годом становятся лишь разнообразнее и смертоноснее.
В открытое окно потянулись ленты сырого тумана, прохладные, похожие на щупальца неведомых морских тварей. Непрекращающееся смутное волнение изрядно портило обычно благостный настрой Себастьяна. Должно быть, сказывались кошмары и явь последних дней, кстати, не менее кошмарная. Отправив Софию за завтраком, он опустился на колени и сложил руки перед грудью, намереваясь наконец вдоволь помолиться в этот тихий рассветный час, слать в запредельное молитву за молитвой, дабы Изначальный услышал и унял его тревогу.
– Серафим! – приглушенный шепот Софии не дал осуществиться этим бессовестно жизнеутверждающим планам.
Золотистой змейкой девушка быстро проскользнула в комнату, беззвучно закрыв за собой дверь. В застывших янтарем глазах было нечто такое, что заставило Себастьяна оставить смиренную молитвенную позу. Одним движением он оказался на ногах, схватил вещи, которые как раз для таких непредвиденных случаев всегда лежали наготове.
Не в первый раз приходилось видеть беспомощные и отчаянные взгляды, говорящие яснее слов.
– Там, внизу… – грудь Софии часто и тяжело вздымалась, руки мелко подрагивали, – инквизиторы! Они говорят с хозяином… Похоже, ищут кого-то.
Да неужели? И кого это, интересно? Самое время удивленно всплеснуть руками и самозабвенно удариться в истерику.
Но это не входило в планы на день.
– Сколько их? – флегматично спросил Себастьян, надевая плащ и надвигая на глаза неизменную шляпу. Нет-нет, в схватку он вступать не собирался, просто стало любопытно, какое мнение о его скромной персоне сложилось в доблестной святой службе.
– Пятеро… – София на краткий миг задумалась, припоминая. – Нет, шестеро. Но что нам делать?
– Бежать, – беззлобно усмехнулся ювелир. Бестолковая паника спутницы откровенно забавляла его. – И чем скорее, тем лучше. Не беспокойся, хозяину я заплатил авансом, он мне еще должен останется. Жаль, на голодный желудок уходим, и позавтракать не успели… Ну что за люди? Всегда их черти не вовремя приносят.
– Но мы же не сможем так просто пройти мимо инквизиторов, – растерянно протянула София, судя по всему, не вполне разделяя оптимистичный энтузиазм.
– Скорее всего, нет. Поэтому лично я собираюсь воспользоваться резервным выходом. – Себастьян шагнул к окну и, одним движением вспрыгнув на подоконник, настежь распахнул створки.
Уже в следующий миг силуэт его лишь смутно угадывался в проеме, сливаясь с ворвавшимся внутрь туманом. Серой тряпкой, цепляясь за островерхие крыши и шпили, висел над городом тусклый рассвет. Блеклые, невыразительные лучи скупо просачивались в редкие разрывы туч, давая больше теней, чем света.
– А ты сейчас же уходи из комнаты. Спокойно пройдешь мимо инквизиторов, как ни в чем не бывало, они даже внимание не обратят. Сегодня они ищут вполне конкретного человека, и это не ты.
– Что? – София побелела от страха, исказившего черты хорошенького лица. – А если меня все-таки схватят?!
– Ну извини. – Себастьян широко улыбнулся, разводя руками. – Я же говорил, что это опасная и совсем не женская профессия. Самое время отказаться, как думаешь?
– Ни за что! – Искаженная упрямо вздернула подбородок и сжала руки в кулаки, хотя в глазах по-прежнему колыхался совершенно детский ужас. – Где и когда встречаемся?
– Главная площадь, через два часа. – Ювелир пожал плечами, поворачиваясь к ней спиной. – Если приведешь за собой хвост, можешь на меня не рассчитывать. Давай-ка, поторопись. И сотри с лица это выражение, оно тебя с головой выдает. Будешь и дальше такой непосредственной, долго не проживешь.
Обиженно поджав губы, София пулей вылетела из комнаты. Что ж, есть небольшая надежда, что ее не заметят, – дураков и новичков удача обычно любит… А тут, похоже, и то, и другое.
Но пора спешить. Себастьян уже слышал опасные шаги на лестнице. Мягкой кошачьей поступью крались враги. Крались так тихо и быстро, что ювелир едва ли сумел определить, сколько их, если бы не София. Это были не рядовые инквизиторы – специально подготовленные бойцы из отряда внутренних расследований, готовые при необходимости убить собрата, если тот чем-то запятнал себя и святую службу. Они не
