Джад оторвался от своих бумаг, заметив, что Минерва вышла из комнаты. Он встал и пошел ее искать. Она оказалась на кухне.
– У меня такое ощущение, что тебя что-то тревожит, – начал разговор Джад.
Минерва вздрогнула, не ожидая услышать его голос. Какое-то время она недоуменно молчала, а потом, вспомнив, что сама собиралась с ним поговорить, торопливо пробормотала:
– Да, да, да.
– Так давай поговорим, – предложил Джад.
– Это насчет нашего брака. – Минерва колебалась.
Джад внутренне весь подобрался. Он не хотел слышать о том, что она намерена уйти. Но какой бы неприятной ни была правда, неизвестность еще хуже.
– Ты несчастлива?
– Не то чтобы…
– Тогда что?
– Верность.
Джад вопросительно поднял брови.
– Ты помнишь, накануне нашей свадьбы я просила о том, чтобы, пока мы женаты, ты оставался мне верен.
Джад понял, что ее тревожит совсем не то, чего он опасался.
– Я полностью соблюдаю свой обет.
Минерва заставила себя отбросить смущение и, мучительно краснея, подняла глаза и посмотрела ему в лицо.
– Видишь ли, помимо запоминающегося запаха духов, на твоей щеке вчера еще был след поцелуя.
– Дурная привычка Сюзанны, она всегда целует на прощание. Всех без исключения.
Минерва скептически переспросила:
– Всех-всех?
– Ну, может быть, и не всех. Но, к сожалению, я вхожу в круг тех лиц, на которых распространяется это правило. Уверяю тебя, она интересует меня исключительно как выгодная клиентка. – В его глазах заплясали смешинки. – Ты меня вполне удовлетворяешь.
Минерва густо покраснела.
– Хорошо… – Не зная, что сказать, она хотела было уйти.
Джад поймал ее за руку и прижал к своей груди.
– Извини, в последнее время я действительно уделял тебе мало внимания.
В его глазах продолжали плясать чертики, и Минерва почувствовала, что начинает откликаться на его молчаливый призыв.
– Может быть, немножко больше…
Джад рассмеялся, подхватил ее на руки и понес в спальню. Там он поставил ее на ноги, но только для того, чтобы раздеть. Минерва знала, что в этот момент он самая счастливая женщина в мире.
Правда, четыре дня спустя она стала сильно сомневаться в своем переменчивом счастье. Все ее тревоги снова вернулись. Сюзанна все-таки настояла на том, чтобы Джад поехал в Северную Каролину и лично осмотрел ландшафт купленного участка. Единственное, на чем смог настоять Джад, так это на том, что Сюзанне совсем не обязательно сопровождать его. Правда, Минерва сомневалась, что последнее условие будет соблюдено. Ведь он не любит ее. Даже мужчины, которые любят и счастливы в браке, изредка позволяют себе послабления, а тут такая возможность…
– Я думаю, ты должна поехать и сама убедиться, как там продвигаются дела, – сказала Люси в унисон ее собственным мыслям.
Дело в том, что именно сегодня утром звонил Джад и предупредил, что задержится еще на пару дней.
– Я не могу оставить тебя одну с детьми. – Но это была не главная причина, почему Минерва не решалась последовать ее совету. Ей хотелось доверять Джаду.
– Не волнуйся, Клавдия поможет мне.
По тому, как упорно Люси настаивала на поездке, Минерва поняла, что она волнуется, как бы к Джаду не присоединилась сама Сюзанна.
– Мне бы не хотелось, чтобы Джад думал, что я за ним слежу.
– А ты не за ним следишь, а за Глэдстоун, – поправила Люси. – Дорогая моя, эта не та женщина, которой я стала бы доверять.
В Минерве боролись противоречивые чувства. Если Джад ей изменяет, то она имеет право знать об этом. По крайней мере должна оставаться честной сама с собой, чтобы сохранить свою гордость. То немногое, что у нее еще осталось.
– Ну что ж, если Клавдия тебе поможет с детьми, то мою поездку можно будет выдать за романтическое рандеву в горах.
– Клавдия будет рада мне помочь, я с ней уже вчера разговаривала на эту тему. Можешь идти собирать вещи.
Напор Люси и тот факт, что она уже согласовала все с Клавдией, решили дело. Минерва поняла: ей нужно ехать. Она успокаивала себя, что поступает правильно.
Но на душе было противно, когда она наконец припарковалась у гостиницы, где остановился Джад.
Огромный трехэтажный особняк с белыми колоннами напоминал об ушедшей эпохе. Навстречу Минерве вышла красивая женщина – судя по внешнему виду, служащая гостиницы.
– Я могу вам чем-то помочь? – с приветливой улыбкой поинтересовалась она.
– Да, я приехала, чтобы увидеть своего мужа Джада Грэма.
Лицо женщины моментально изменилось. Она некоторое время молчала, затем спросила:
– У вас есть для этого какие-то важные причины?
«Наверное, они не любят, когда к их посетителям неожиданно, словно снег на голову, сваливаются гости», – подумала про себя Минерва, а вслух сказала:
– Да, конечно, – и для большей убедительности протянула ей свои водительские права.
Женщина недоверчиво взяла их и долго изучала, потом вернула.
– Я, конечно, не полицейский, но, поверьте, я меньше всего хочу неприятностей.
Минерва ощутила холодок в груди. Но она уже здесь, и с этим ничего не поделаешь.
– В чем дело? Я только хочу увидеть своего мужа.
– Женщина, которая приехала час назад, тоже сказала, что она хочет увидеть своего мужа Джада Грэма.
Минерва опешила.
– А как она выглядит? – вопрос сам слетел с языка.
– Блондинка, красивая, чуть больше двадцати лет.
В этот момент в холле появилась Фелиса.
– У вас удивительно красивый сад… – Она выразительно замолчала, увидев Минерву.
– Вы?.. – Минерва увидела достаточно. Самые худшие ее опасения оправдались.
Фелиса сначала побледнела, потом покраснела.
– Когда звонил Джад, он сказал, что один, – пролепетала она.
Минерва ничего не хотела слышать. Что за жалкий лепет она несет, когда разрушена ее жизнь! Она выбежала во двор и бросилась к своей машине. Домой, в Атланту. Ей удалось проехать всего лишь квартал, потом она была вынуждена остановить машину. Слезы душили ее и застилали глаза. Минерва разревелась во весь голос. Ведь она поверила ему, поверила…
Через какое-то время она взяла себя в руки и поехала дальше, но временами слезы все равно наворачивались на глаза и текли по щекам.
«Этого следовало ожидать, – убеждала она себя. – Ты ведешь себя так, словно ваш брак изначально основан на любви. Ты забыла, что в твои обязанности входит присматривать за детьми и время от времени удовлетворять его желания в постели. Самая большая глупость, которую ты сделала в своей жизни, – это когда в него влюбилась».
«Мой отец кругом оказался прав» – вспомнилась очередная горькая истина.
Нет, нельзя позволить, чтобы дети заметили, что она чем-то расстроена или огорчена. Усилием воли Минерва прекратила рьдать. Нет, никто не увидит ее слез.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
