В Англии розенкрейцеры растворяются в зарождающемся франкмасонстве. Они заявят о себе миру в середине XVIII в., тогда они будут говорить о своем более раннем происхождении в сравнении с масонством и христианством и о преемственности своей традиции, восходящей к Египту.
Розенкрейцерство и франкмасоны
Франкмасонство появляется в Англии в XVIII в. на почве, возделанной розенкрейцерством. Некоторые авторы, как, например, Иоганн Готлиб Буле в 1804 г. или Томас Квинси в 1824 г., считают франкмасонство производным от розенкрейцерства. Еще в 1638 г. о связях, существующих между двумя движениями, упоминается в изданной в Эдинбурге поэме Адамсона «Музы». В ее тексте говорится: «Мы – братья Розы и Креста; нам принадлежит слово “Масон” и мы обладаем двойным зрением». Несколько лет спустя, 10 октября 1676 г., газета Poor Robin’s Intelligence публикует заметку, в которой говорится, что «Древнее Братство Розы и Креста, адепты Герметизма и Общества Принятых Каменщиков устраивают совместный ужин». Об этой связи говорится также в Daily Journal от 5 сентября 1730 г.: «За границей существует Общество, у которого английские франкмасоны […] скопировали некоторые церемонии и стараются убедить мир в том, что они из него вышли и ему идентичны. Их называют розенкрейцерами».
Брат I.О
Любопытно, что два самых первых упоминания о масонских ритуалах связаны с людьми, находившимися в прямой или косвенной связи с розенкрейцерством. Первое относится к сэру Роберту Морэю. 29 мая 1641 г. он был посвящен в масоны в ложе «Часовня Марии» в Эдинбурге. Интересно отметить, что страстно увлеченный алхимией Роберт Морэй был одним из членов-основателей Королевского Общества и являлся покровителем Томаса Вогана (1622–1666). А последний под псевдонимом Евгения Филалета опубликовал в Англии перевод розенкрейцерских манифестов на английский язык: Fama and Confessio (1652).
Элиас Эшмол (1617–1692) и титульный лист его сборника алхимических текстов Theatrum Chemicum Britannicum (1652)
Второе упоминание касается Элиаса Эшмола (1617–1692), который был принят в масонскую ложу 16 октября 1646 г. в Уоррингтоне. Шесть лет спустя он издает обширный сборник алхимических трактатов Theatrum Chemicum Britannicum (1652). В первых строках этой книги Элиас Эшмол ссылается на Fama Fraternitatis. Он напоминает, что в первом розенкрейцерском манифесте говорится о том, что один из четырех соратников Христиана Розенкрейца, Брат I.О., отправился в Англию. Некоторые другие детали также свидетельствуют об особом интересе Элиаса Эшмола к розенкрейцерству. Действительно, в его архивах находится рукописная копия розенкрейцерских манифестов, а также текст письма с просьбой о принятии его в розенкрейцеры. Немного позже Никола де Бонвиль в работе «Масонство шведского ритуала в сравнении с тремя профессиями и Тайной Тамплиеров XIV в.» (La Maçonnerie écossaise comparée avec les trois professions et le secret des templiers du XIVe siècle, 1788) заявит, что франкмасонство заимствовало все аллегории, символы и пароли у розенкрейцеров. Конечно, было бы преувеличением утверждать на этом основании, что франкмасонство происходит из розенкрейцерства, однако нужно признать, что первые франкмасоны тесно связаны с английским розенкрейцерством XVIII в.
Конституции Андерсона
Деятельность франкмасонов началась в XVIII в. Принято считать, что акт об основании этого общества относится к 1717 г., именно тогда была основана Великая ложа Лондона. Однако в полной мере основание франкмасонства знаменуется публикацией Конституций Андерсона (1723) герцогом Уортоном, который на тот момент был Великим магистром этой ложи. Авторами этого текста, представляющего собой переработку масонских «старых архивов», были Джеймс Андерсон, Жан-Теофил Дезагюлье и Джордж Пэйн. Архивы, о которых идет речь (Old Charges, или Старые обязанности), принадлежали старинным братствам (гильдиям) каменотесов. Самые древние тексты относятся к XIV в. (например: Regius, 1390 и Cooke, 1410). Но здесь не стоит говорить о прямом наследовании старым гильдиям профессиональных каменщиков, речь идет о традиции умозрительного, теоретического франкмасонства, то есть сообщества свободомыслящих людей. Оно возводит свою традицию к Адаму и утверждает, что имеет право владеть Свободными Искусствами – знаниями, записанными когда-то на двух колоннах, уцелевших после Потопа.
Конституции Андерсона представлены как переработка принадлежащих древним братствам каменотесов текстов, но при этом их авторы утверждают, что текст Конституций восходит к Адаму.
В Конституциях Андерсона, помимо легенды об истории франкмасонства, приводится устав ордена, а также тексты гимнов, предназначенных для исполнения на собраниях в ложах. В целом можно сказать: сама идея этих Конституций имеет скорее общественный, нежели духовный характер. В эпоху порожденного Реформацией и Контрреформацией разобщения они призывают членов лож принадлежать к той лишь «религии, в которой согласны между собой все без исключения люди. Эта религия предписывает им быть людьми добродетельными и верными, людьми честными и порядочными, вне зависимости от личных убеждений и конфессиональной принадлежности каждого из них»[194].
Лист из серии гравюр, посвященных различным церемониям масонов (Paris, Le Bas, 1740)
Хирам и Розенкрейц
В XVIII в. франкмасонство еще не имело той организации, которую оно приобрело в наше время. Базовая структура, состоящая из трех степеней: Ученик, Подмастерье и Мастер (совокупность этих трех степеней называют «Голубое масонство», или Craft Degrees в англосаксонской традиции), оформится только несколько лет спустя. Вначале было только две степени: Ученик и Подмастерье. Третья степень – Мастер – появляется около 1730 г. Официальное упоминание об этой степени встречается только во втором издании Конституций Андерсона 1738 г., а характерный для франкмасонства символизм мифа о Хираме был принят в Англии в 1760 г.[195] В некоторых аспектах, например в символике, связанной с открытием усыпальницы Учителя, образ Хирама явно заимствует черты Христиана Розенкрейца. Следует ли видеть в Хираме, как пишет Антуан Февр, сына Христиана Розенкрейца? «Также будучи мифическим основателем, первый, вероятно, является Христианом, сведенным к относительной абстракции в галерее великих иерархических фигур Традиции»[196].
В начале франкмасонство не представляется действительно посвященческим обществом, хотя его церемонии называются «ритуалами принятия». Термин «посвящение» появляется в масонских текстах только около 1728–1730 гг., а официальным он станет во Франции после 1826 г.[197] Масонские ритуалы придают таинственный вид собраниям лож, однако в целом они являются местами, где занимаются филантропией и развивают искусства. Посвященческая и эзотерическая составляющие разовьются в масонстве только по прошествии достаточного времени[198].
Египетские тайны
В отличие от эпохи Ренессанса, в XVII в. о Египте почти совсем не вспоминают. К теме Египта обращаются немногие мыслители, такие как, например, ученик Парацельса Герхард Дорн. В целом критически настроенный к эзотеризму своего времени, он утверждал, что Первичное откровение, доверенное Адаму и доведенное до совершенства египтянами, было искажено теми, кто передал его нам, то есть греками. Иезуит Афанасий Кирхер (1610–1680), ученый, страстно увлекавшийся археологией, лингвистикой, алхимией и магнетизмом, также обращается к теме Египта. На протяжении многих лет он пытался открыть секрет египетских иероглифов. В книге «Египетский Эдип» (1652) он пишет, что эти таинственные знаки скрывают остатки знания, которое Бог открыл людям до Потопа. Он называл Египет колыбелью всех знаний[199]. До тех пор, пока Шампольон не
