(1714–1780) провозглашает источником всех знаний чувства. По его мнению, человек достигает познания самого себя и своих возможностей не тем, как он думает (так считал Декарт), но тем, как он чувствует. Кондильяк был родоначальником сенсуализма, течения, к которому также принадлежали Клод Адриан Гельвеций[215] (1715–1771) и Поль-Анри Тири, барон Гольбах (1723–1789). Приверженность к абсолютному материализму и атеизму способствовала представлению религии как инструмента тирании и препятствия к достижению всеобщего счастья.
Титульный лист «Энциклопедии или аргументированного словаря наук и искусств» (Encyclopédie ou dictionnaire raisonné des sciences et des arts, 1751)
Человек как машина
Цель этого времени больше не в том, чтобы улучшить внутреннего человека, а в том, чтобы двигаться к прогрессу, который принесет счастье всем. Более того, этот период ставит под сомнение само существование внутреннего человека, души. Жюльен Оффре де Ламетри (1709–1751) в книге «Человек-машина» (1748) сводит человека к механизму, для существования которого не нужен Творец. Большинство философов разделяют эту точку зрения. Хотя Жан-Жак Руссо выступил против такой позиции, он тем не менее, подобно Гельвецию, Вольтеру, Монтескье, Кондильяку, является одним из авторов главного произведении эпохи Просвещения – Энциклопедии Дидро и Д’Аламбера (Encyclopédie, ou Dictionnaire raisonné des sciences, des arts et des métiers, 1751–1772). Рационализм и материализм этой Энциклопедии оказал большое влияние на культуру того времени. Иезуиты и янсенисты назовут ее «книгой дьявола».
Человек XVIII в. все еще может верить, что в нем присутствует высший принцип, душа, связывающая его с гипотетическим Богом. Конечно, обыватели вряд ли были восприимчивы к идеям Просвещения, но сторонники Иллюминизма[216], то есть эзотеризма, были обеспокоены таким положением вещей. Именно тогда появляется новая наука – магнетизм. Исследования в этой области вызовут споры, в которых спиритуалисты и материалисты будут яростно противостоять друг другу. Бывший секретарь ордена Избранных коэнов Аббат Фурнье сказал по этому поводу, что магнетизм послан людям Богом, дабы заставить нас понять, что у человека есть отдельная и независимая от тела душа[217].
Магнетизм
С точки зрения Элифаса Леви, важнейшим достижением XVIII в. была не Энциклопедия, не философия Вольтера и Руссо, а открытый Францем-Антоном Месмером магнетизм. Он говорит: «Месмер подобен Прометею: он дал людям небесный огонь, от которого Франклин умел всего лишь защищать»[218], точно так же Артур Шопенгауэр считает, что магнетизм «является самым далеко идущим из всех открытий, хотя иногда он задает больше загадок, чем дает ответов»[219]. Основателем этой новой науки был уроженец Швабии, врач Франц-Антон Месмер (1734–1815). В 1766 г. он написал физико-медицинскую диссертацию о влиянии планет[220], в которой исследовал причину всемирного тяготения и его влияние на здоровье. Он основывается на гипотезах Парацельса и Роберта Фладда о мировой душе, алхимика ван Гельмонта о медицинском магнетизме[221] и на теории Уильяма Максвелла о жизненном духе[222]. Сопоставив эти различные точки зрения с принципами, изложенными Исааком Ньютоном, и собственными размышлениями, он в конечном итоге разработал теорию «животного магнетизма». Под этим названием он понимает «свойство тел быть восприимчивыми к действию универсального флюида, который проницает все сущее и служит для поддержания баланса всех жизненно важных функций»[223].
Теоретик животного магнетизма Франц-Антон Месмер (1734–1815)
«Бакэ» Месмера, гравюра из журнала Magasin pittoresque, Paris, 1842
Франц-Антон Месмер считал себя способным улавливать эту тонкую энергию и лечить больных, возвращая им необходимую для здоровья энергетическую гармонию. Таким образом, он утверждал, что может исцелять всевозможные недуги. С 1772 г. он начал лечить посредством магнитов. Со временем он поймет, что не менее значительных эффектов он может достичь посредством своих рук. Также он лечит с помощью намагниченной воды, но основной метод лечения – знаменитый «бакэ» (baquet). Эта конструкция представляла собой чан диаметром около шести футов (примерно 1,8 м), в котором находится смешанный с осколками разбитых бутылок песок, измельченная сера и железные опилки. Чан наполнялся водой и закрывался крышкой, через которую пропускались железные стержни, расположенные таким образом, чтобы больной мог приложить конец стержня к предназначенной для восстановительного лечения части тела.
Общество Гармонии
Вскоре Месмера обвинили в шарлатанстве и даже в том, что он занимается магией. Однако он был твердо уверен в своей правоте, всю свою жизнь он будет неустанно объяснять, что в магнетизме нет ничего сверхъестественного, что это физическое явление. Устав от нападок, он покинул Вену и поселился в Мюнхене, а затем в Париже. Именно здесь он опубликовал мемуары об открытии животного магнетизма (1779), в которых попытался обосновать происхождение своей теории. В мемуарах он настаивает на существовании циркулирующего в живых телах универсального флюида. Хотя Месмер достаточно часто проявлял высокомерное отношение к официальной науке, он разослал свою книгу в 47 научных обществ по всему миру, включая Америку, Голландию, Россию и Испанию.
Эта публикация втянула Месмера в многочисленные споры с Академией наук, Королевским медицинским обществом и другими парижскими институтами. Из-за этих споров Месмер был вынужден уехать и из Парижа. Он поселился в местечке Спа в Бельгии. Местные пациенты Месмера были впечатлены результатами лечения магнетизмом. Двое из них, адвокат из Лиона Николя Бергасс и эльзасский банкир Корнманн, помогли ему создать клинику, в которой больные могли бы проходить лечение магнетизмом и где также можно было бы преподавать эту науку. В 1783 г. Месмер основал Общество Гармонии, благодаря ему магнетизм пользуется все большим успехом. Даже Луи Клод де Сен-Мартен на некоторое время увлекся магнетизмом. Хотя Месмер делал все возможное, чтобы доказать, что магнетизм не имеет ничего общего с оккультизмом, «Обществу Гармонии» он все же придал форму, напоминающую масонские организации. Он назвал общество ложей, а для передачи учения использовал систему специальных знаков и символов. Ритуал приема новых членов был похож на масонские ритуалы посвящения. Собрания были секретными и включали разнообразные церемонии. Фактически, можно сказать, что Общество Гармонии было квази-масонским. Сам Месмер был масоном, масонами и мартинистами были и многие члены его Общества[224]. В дальнейшем Месмер инициировал создание подобных обществ во многих городах. Маркиз де Пюисегюр основал Благотворительное Общество Гармонии воссоединенных друзей в Страсбурге, доктор Дютрих – общество Согласие в Лионе, доктор Мюзе – общество в Бордо.
Месмер и его последователи маркиз де Пюисегюр и Делёз
Гравюра из «Различных способов украшения каминов» (1769) Джованни Баттисты Пиранези свидетельствует о влиянии египетского искусства на архитектуру XVIII в.
Искусство и египетское наследие
Потеря церковью влияния привела к тому, что люди XVIII в. стали более свободно интересоваться другими формами духовности, и зародившийся несколько ранее интерес к Египту усилился.
