— Мы вступаем в высшую лигу, парень! Произнеся эту фразу, Джино неожиданно осознал, что теперь он без всякой опаски может отправляться за Леонорой. Деньги больше не проблема — они сами идут в руки. Заниматься на абсолютно законной основе поставками спиртного из Чикаго, да еще с долгосрочной перспективой — ото же целое долбаное состояние!
Клуб «Атлас», расположенный в пригороде Чикаго, принадлежал к числу наиболее престижных. Его члены представляли собой цвет местного общества: политики, высшее чиновничество, наиболее состоятельные граждане города и, конечно же, прекрасные дамы.
Энцо был в числе совладельцев заведения. Ему же принадлежала и Пэш Ла Мур — очаровательная певичка из клубного шоу.
Джино вместе с Алдо сидели за одним столиком с Энцо, Пэш и двумя ее подругами. За соседним помещались пятеро телохранителей — и никаких девушек.
Энцо считал, что оказал своим гостям великую честь. Две самые лакомые киски в Чикаго. О Леоноре и Барбаре ему не было известно абсолютно ничего. Он и представить себе не мог, что ни Джино, ни Алдо вовсе не собирались играть ни в какие игры с чикагскими кисками.
— Как вам здесь, парни? — пропищала Пэш. От голоса этой крашеной блондинки свернулось бы молоко.
— Отличное место, — отозвался Джино. Он и в самом деле так думал. До этого ему еще не приходилось бывать в подобных местах. Впечатляла сама атмосфера заведения. Запах дорогих сигар и женских духов наталкивал на мысль, что настоящая жизнь — вот она! А здорово было бы привести сюда Леонору. Она дала бы сто очков любой здешней красотке — и без всяких следов пудры или помады на лице! Ей вполне хватало того, что дала природа.
— Скоро мой номер, мальчики, — вновь подала голос Пэш. — Вам представляется возможность оценить меня!
— Твоя цена всем известна! — сделал попытку пошутить Энцо.
— Не хами! — Она поднялась со своего стула. — В конце концов, только после того как ты услышал мое пение, ты соизволил обратить на меня внимание.
Энцо подмигнул и демонстративным взглядом уставился на ее грудь.
— Ну конечно, дорогая, так оно и было.
— Девочки, пошли! — Она сделала знак своим подругам. — Шоу вот-вот начнется. Увидимся позднее. — Пэш повернулась к мужчинам. — И пусть нас ждет бутылка холодного шампанского! Энцо, ты хорошо знаешь, как твоя маленькая Пэш хочет пить после выступления!
Энцо рассмеялся, глядя, как она пробирается по залу.
— Дурочка, — ласково произнес он. — Все они дурочки. Повозился с ними — и брось, потрахался — и забудь — вот мой девиз.
Джино вспомнил, что когда-то это было и его девизом. До знакомства с Леонорой, конечно.
Какой-то маршевой мелодией сбоку от танцплощадки рояль возвестил о начале развлекательной программы. Вышедший конферансье сказал несколько плоских шуток, исполнил слащавую песенку про любовь и объявил гвоздь программы. Из-за занавеса на небольшую сцену одна за другой стали выбегать девушки.
— О-о! — восхищенно протянул Алдо, забыв при виде обтянутых серебристыми чулками ножек и боа из страусовых перьев, соблазнительно прикрывавших десять пар восхитительных грудей, об оставленной в Нью-Йорке Барбаре.
В свою очередь, Джино несколько смутился, обнаружив, что брюки вдруг стали ему мешать. Интересно, кому бы они в этот момент не помешали?
Появилась Пэш, ошеломившая публику своей точеной фигурой, затянутой в какой-то немыслимый наряд, напоминавший на расстоянии вторую кожу. Подойдя к краю сцены, она пронзительным своим голоском затянула «Хотела бы я танцевать шимми, как моя сестричка Кэйт».
Джино понял, почему ее голос не имел ровным счетом никакого значения — мужчины в зале были загипнотизированы ее телом.
Энцо сосредоточился на гаванской сигаре.
— Ничего, а? — с гордостью спросил он. Алдо поцеловал кончики пальцев.
— Да, братец, ты умеешь их подобрать. Я думаю…
Закончить свою мысль он не успел. В зал, где они сидели, стремительно ворвалась группа мужчин с автоматическими пистолетами в руках. Без всякого волнения они принялись поливать помещение свинцом так, как садовник поливает из шланга розы.
Это был какой-то ужас — паника, истерические крики, мечущиеся из стороны в сторону люди и безошибочные звуки бьющих по телу пуль.
Реакция у Энцо оказалась завидной; он одним движением перевернул стол и укрылся за ним. Алдо ранили в руку, а Джино повезло: он инстинктивно бросился на пол при первом же выстреле.
— Долбаные выродки! — кричал Энцо своей охране. — Стреляйте!
Но тем и не требовалось команды. Перестрелка уже шла вовсю. Однако первыми же выпущенными пулями были убиты или тяжело ранены двое из его людей, а оставшиеся три человека, естественно, не могли сколь-нибудь серьезно противостоять нападавшим, которые к тому же в этот момент стали выбираться из зала, посчитав свою работу выполненной, и — это было очевидно — выполненной неплохо.
Джино осторожно подтянул Алдо поближе к себе.
Энцо, прикрываясь столом, пытался подстрелить хоть кого-нибудь из своего револьвера. Ловким движением руки он достал второй, перебросил его Джино.
— Не теряй времени!
Над чьим-то распростертым телом причитала женщина.
— О Боже! Мой муж! Господи, они снесли ему лицо! О-о!
Джино прицелился в одну из последних фигур. До этого ему еще не приходилось держать в руках оружие, но Банан как-то объяснял ему, что к чему.
— Есть! — крикнул Энцо. — Ты всадил этому подонку пулю прямо в живот!
Стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась. Нападавшие скрылись, оставив двоих из своих людей лежащими на полу: одного, подстреленного Джино, и другого, раненного в обе ноги и безуспешно пытавшегося подползти к двери.
Энцо не колебался ни секунды. Подняв пистолет, он нажал на курок, и раненый, издав предсмертный крик, замер в неподвижности.
— Давайте побыстрее, — пробормотал Энцо. — Нужно успеть выбраться отсюда до того, как нагрянет полиция.
Джино поднялся на ноги, обвел глазами зал. Вокруг хаос: битое стекло, перевернутые столы и стулья, разбросанные здесь и там человеческие тела.
— Тут уж ничего не поделаешь, — как бы прочитав его мысли, сказал Энцо. — Поднимай Алдо и шевелись, шевелись. Мы посадим вас в поезд — повезешь его в Нью-Йорк.
Джино помог Алдо подняться. Несмотря на кровотечение, у того хватало сил на то, чтобы сыпать проклятиями на протяжении всего пути.
Через боковой вход они попали на улицу, где уже ждала машина.
— Живее! — заорал Энцо на водителя, тут же беспрекословно подчинившегося.
— Вы в порядке, босс? — тревожно спросил он, трогая машину с места.
— Только не вашими молитвами, — бросил Энцо. — Как это им удалось пройти незамеченными мимо Большого Макса и Шотти?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
