были расписаны пожеланиями, как на праздничной открытке. На груди была выписана сура из Корана. По всей видимости, охранная. Альфа, увидев удивленный взгляд, с удовольствием пояснил, что это написал отец. А на спине написал суру брат. Салах развернулся и показал красивую вязь письма. Альфа продолжил объяснять, что на руках писали пожелания друзья-альфы, вместе с которыми он рос, его учителя и наставники.
- А это мне нарисовал брат, - Салах показал, нарисованную на животе красивую ветку жасмина, – когда я рассказал им, что при мыслях о тебе у меня в животе все сжимается от восторга и нежности. И брат нарисовал мне здесь тебя!
Глаза омеги увлажнились. Дэйчи в первый раз в жизни не мог найти слов. Ветка жасмина опускалась вниз и скрывалась в штанах альфы. Омега потянул пояс, желая увидеть, где заканчивается рисунок. Но Салах накрыл тонкую руку своей горячей рукой.
- Ну, уж нет! - альфа довольно улыбался. - Ты вообще ничего этого до вечера не должен был увидеть! Потерпишь, любопытный! Я дольше терпел и ждал!
- Ну, я только одним глазком! – взмолился омега. – Меня же от любопытства разорвет!
Салах в ответ только рассмеялся и поцеловал нежные пальцы. Он быстро вскочил с кровати и подошел к шкафу, и, выбрав красивую рубаху с вышитым воротом, стал одеваться. Дэйчи оставалось только смотреть, как красиво перекатываются мышцы на расписанной спине. Альфа достал ятаган в красивых ножнах и пристегнул к поясу. Дэйчи подошел ближе и прижался к спине альфы, обхватив его руками.
- Я тоже скучаю по тебе, - Салах погладил руки Дэйчи. – Мне надо идти. Жеребца уже ведут по городу. Я решил назвать его Лясар, что значит ураган. Я бы хотел, чтобы ты его увидел. Он красивый, гордый и сильный. Отпусти меня, Ясмин, я не в силах разорвать твои объятия.
Дэйчи поцеловал его спину через рубашку и похлопал напоследок. Салах подхватил халат и, не оборачиваясь, вышел из комнаты. Дэйчи, не зная чем заняться, побрел обратно на кровать, но дверь распахнулась, и в комнату влетел жада.
- Быстрей надевай красивое платье! – Айдан улыбался и подпрыгивал на месте, как молоденький омежка. Он хлопнул в ладоши, и в комнату вбежали Гасан с красным платьем в руках и Азиз с алыми туфлями, расшитыми блестками. Они принялись быстро одевать омегу. Пока беты застегивали бесконечные мелкие пуговки на платье, Айдан закрутил волосы Дэйчи и заколол их несколькими шпильками.
- Идем! Ты должен это видеть! – жада схватил Дэйчи за руку и потащил куда-то.
Дэйчи не оставалось ничего другого, как, подхватив подол платья, бежать следом. Они пробежали по переходам и лесенкам. Айдан остановился возле маленькой винтовой лестницы и с восторгом посмотрел на Дэйчи.
- Пришли. Это «Птичья клетка», давным-давно ее построили для одного из фаворитов эмира, тот очень любил небо и одиночество, – жада сделал приглашающий жест и стал подниматься наверх, – отсюда прекрасно виден весь внутренний двор, а вот со двора это убежище не видно. Очень удобно наблюдать за слугами, - хихикнул омега.
Дэйчи, наконец, поднялся по крутой винтовой лестнице на самый верх. Там была небольшая башенка-шатер с сетками вместо окон. В ячейки сетки действительно все было видно. В башенку уже набилось достаточно омег. Айдан бесцеремонно растолкал всех, и усадил Дэйчи рядом с Амином. Омега был одет в ярко-лимонное платье, а на шее красовалось ожерелье из сапфиров под цвет глаз.
Дэйчи посмотрел вниз на большой двор с круглым загоном. По периметру загона ходили альфы, одетые в такую же одежду, что и Салах. В толпе мелькали дети и работники в разноцветных жилетках. Дэйчи сразу же стал высматривать Рона. Но вместо этого увидел Салаха и Айюба. Рядом с ними стоял еще один мощный альфа в дорогом халате. По всей видимости, это был Саид, старший сын Айюба.
В загон двое альф завели крупного черного, как ночь, жеребца. Они вели его с двух сторон на длинных веревках, привязанных к узде. Конь, увидев, что оказался в замкнутом пространстве стал всхрапывать и бить копытом. Он попытался встать на дыбы, и двое альф почти повисли на веревках, пытаясь его удержать. Салах перепрыгнул через заграждение и медленно пошел к Жеребцу. Увидев его в загоне, альфы бросили веревки, и ушли за загородку. Жеребец, увидев Салаха, стал вскидывать голову. Салах подошел ближе и, что-то ласково говоря, погладил коня по носу, потом медленно отцепил от узды висящие веревки. Он угостил коня яблоком, и конь боднул его головой в грудь. Салах засмеялся и что-то сказал, его смех подхватили альфы у загона.
Салах позволил коню положить ему голову на плечо, и похлопал сильную гордую шею. Жеребец толкнул его грудью. Салах сразу же толкнул его в бок, заставляя отступить в сторону.
- Что он делает? – не выдержал Дэйчи.
Амин с гордостью посмотрел на Дэйчи и стал надменно объяснять.
- Коня, как и омегу можно взять силой или лаской. Можно силой сломать гордое и сильное животное, но тогда ты получишь не друга, а только слугу. Слуга может струсить и предать, а верный конь будет с тобой до конца, вынесет раненного с поля боя и будет драться копытами в бою сам. Однажды Аюйба ранили, а его верный конь нашел его после битвы, и когда понял, что хозяин не может забраться в седло, лег рядом, а потом встал вместе с моим Айюбом на спине. Он привез его домой!
- Салах объясняет коню, что он ему друг, - жада держался за прорези решетки, всматриваясь вниз. – Видишь, он позволил положить коню голову на плечо как равному, а потом конь толкнул его. Он взрослый жеребец и, конечно, захочет быть лидером, но Салах заставил его отступить, так делают лидеры в табуне. Жеребец должен с самого начала понять, что Салах главный, и покориться ему, как лидеру. Они вчера весь день провели вместе. Салах его поил и кормил с рук, а потом конь позволил его взнуздать и оседлать.
В это время Салах хлопал жеребца по седлу. Он что-то говорил ему в ухо, а конь махал время от времени головой. Салах опять угостил коня и одним текучим движением оказался в седле. Конь покосился на спину и сделал несколько шагов вперед. Салах сидел неподвижно, похлопывая коня по шее и что-то ему объясняя. Затем альфа тронул бока коня ногами, призывая к движению, но конь стоял неподвижно. Салах хлопнул
